ЕГЭ по русскому

Как искусство открывает красоту обыденного? По тексту В. Тальникова «Это было очень давно, когда я учился в третьем классе…»

📅 27.09.2026
Автор: Ekspert

Мы часто проходим мимо того, что способно поразить наше воображение, не замечая чуда в повседневности. Но иногда одна встреча с произведением искусства меняет взгляд на мир. Об этом заставляет задуматься текст В. Тальникова. Автор поднимает проблему роли искусства в жизни человека и его способности открывать красоту, скрытую в обыденности.

Позиция автора мне ясна. В. Тальников убеждён: даже несовершенное с точки зрения техники произведение может стать для человека настоящим откровением, если оно пробуждает в нём способность видеть прекрасное. По мнению писателя, самый настоящий гений — тот, кто с бескорыстным простодушием доброго волшебника показывает нам, что самое прекрасное на земле — это жизнь, на которую смотришь влюблёнными глазами.

Чтобы обосновать позицию автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Рассказчик, тогда ещё третьеклассник, случайно отходит от очереди за билетами и замечает сутулого мужчину, который медленно размешивает краску и задумчиво глядит себе под ноги. На полу лежит незаконченная картина: заросшая ковылём степь, бурая борозда пашни, ястреб, поднимающийся с большого коричневого валуна, покрытого зелёной щетиной лишайника. Мальчик поражён настолько, что ему чудится, будто он слышит шелест крыльев птицы, рассыпающиеся комья земли, струящийся меж стеблей ветер. В тексте сказано: «Мне почудилось, будто я услышал, как шелестят о воздух крылья испуганно взметнувшейся ввысь птицы, как рассыпаются сухие комья земли, вынутой плугом, как меж стеблей струится ветер, и, сделай я ещё один шаг, — мои ноги утонут в мягкой, как серый пух, пахоте». Этот пример свидетельствует о том, что искусство способно пробудить в человеке живое, почти физическое ощущение красоты, перенести его в другой мир, заставить пережить восторг.

Кроме того, автор акцентирует внимание на разговоре героя с другом Сашкой Табуховым. Тот презрительно заявляет: «Да какой это художник! С него художник, как с моей бабушки вратарь. Он просто перерисовывает картину. Квадратиками». Мальчик узнаёт, что художник всего лишь копирует, разлиновывая картину на маленькие квадратики. Однако это не разрушает его восхищения. Рассказчик признаётся: «Та картина до сих пор висит в нашем Доме культуры. Да, вероятно, тот безымянный художник в общепринятом смысле не относится к числу гениальных живописцев, но для меня он самый настоящий гений, потому что с бескорыстным простодушием доброго волшебника он показал мне, что самое прекрасное на земле — это жизнь, на которую смотришь влюблёнными глазами». Этот пример говорит о том, что ценность искусства определяется не техникой исполнения, а способностью открыть человеку глаза на красоту жизни.

Смысловая связь между приведёнными примерами — противопоставление. В первом примере показано непосредственное, восторженное восприятие картины ребёнком, который видит в ней чудо. Во втором примере раскрывается трезвый, обыденный взгляд Сашки, развенчивающий художника. Именно благодаря этому противопоставлению становится ясно: даже знание о нехитром способе создания картины не отменяет её воздействия на душу. Искусство ценно не техникой, а тем откликом, который оно вызывает.

Я разделяю позицию В. Тальникова. Действительно, подлинное искусство — это не только мастерство, но и умение разбудить в человеке чувство прекрасного. Вспомним рассказ К.Г. Паустовского «Корзина с еловыми шишками». Композитор Григ, встретив в лесу маленькую девочку Дагни, обещает сделать ей подарок, но не сразу. Спустя годы, уже взрослой, она попадает на концерт и слышит музыку, написанную для неё. Эта музыка открывает ей красоту мира, она плачет от переполняющих чувств и понимает, что жизнь прекрасна. Григ не просто сочинил мелодию — он подарил Дагни способность видеть чудесное в обычном, как и безымянный художник из текста Тальникова подарил мальчику влюблённый взгляд на жизнь.

Таким образом, текст В. Тальникова убеждает нас в том, что встреча с искусством может стать поворотным моментом в жизни человека. Неважно, кто автор — признанный гений или скромный художник, перерисовывающий картины по квадратикам. Важно, что его творение заставляет сердце замирать и открывает глаза на красоту, которая всегда рядом, но часто скрыта в темнице повседневности.

Исходный текст
(1)Это было очень давно, когда я учился в третьем классе. (2)Однажды я с друзьями пришёл в наш сельский Дом культуры, чтобы посмотреть сказку «Волшебная лампа Аладдина». (3)Билеты тогда добывали с боем, как герои, теряя в отчаянных схватках пуговицы и молочные зубы, приобретая взамен дерзкую отвагу и стойкость. (4)К заветному окошку, за которым невозмутимо сидела билетёрша, могли пробиться только те, кто считал кино самой большой радостью на свете, и, несмотря на подбитый глаз и красное прикушенное ухо, эти счастливчики победоносно несли над головой зелёный билетик, как золотую олимпийскую медаль.
(5)Я начал было ввинчиваться в голосящую толпу, как вдруг увидел на другом краю фойе сутулого мужчину, который медленно размешивал в баночке краску и задумчиво глядел себе под ноги. (6)Я выбрался из очереди и, как заворожённый, подошёл к нему. (7)Прямо на полу лежала заросшая ковылём степь, по ней пролегла бурая борозда пашни; с большого, по-моему, коричневого валуна, покрытого зелёной щетиной лишайника, поднимался ястреб.
(8)Я даже не сразу понял, что стою перед незаконченной картиной. (9)Мне почудилось, будто я услышал, как шелестят о воздух крылья испуганно взметнувшейся ввысь птицы, как рассыпаются сухие комья земли, вынутой плугом, как меж стеблей струится ветер, и, сделай я ещё один шаг, — мои ноги утонут в мягкой, как серый пух, пахоте.
(10)«Ничего себе!» — прошептал я, и глаза увлажнились от восторга.
(11)Тогда-то я понял, что красота, от которой замирает сердце, текут непонятные слёзы, не скрывается от нас в тридевятом царстве, она здесь, и воздух, которым мы дышим, и небо, которое висит над головой, — это красота, которая, будто никому не ведомая пленная царевна, безмолвно томится в темнице повседневности.
(12)Я мешал художнику окончить работу, но он не гнал меня, наверное, ему хотелось, чтобы хоть кто-нибудь похвалил его картину.
(13)— Нравится? — спросил художник. (14)Я молча кивнул. (15)— Витёк, давай быстрее! (16)Тебе уже взяли билет! — крикнул мне Сашка Табухов.
(17)Я вполглаза смотрел фильм про Аладдина, и сказочные события, которые я видел на экране, по­казались мне ненастоящими, мультяшными, в срав­нении с тем чудом, встречу с которым я только что пережил, прочувствовал.
(18)— Саня, кончится фильм — посмотри кар­тину в коридоре, что художник нарисовал! — шёпо­том взмолился я. (19)Мне так хотелось, чтобы кто-нибудь ещё свежим взглядом посмотрел на картину, чтобы, воспламенившись от чужого удивления, я смог ещё раз пережить тот же самый восторг.
(20)Но Саня презрительно сморщился:
— Да какой это художник! (21)С него художник, как с моей бабушки вратарь. (22)Он просто перери­совывает картину. (23)Квадратиками.
(24)— Какими ещё квадратиками?
(25)— Да обыкновенными. (26)Разлиновываешь какую-нибудь картину на маленькие квадратики, а потом на такие же квадратики разлиновываешь альбомный лист или где ты там будешь рисовать... (27)У нас Ринатик Жунусов так с новогодних от­крыток картинки перерисовывает! (28)Ещё лучше, чем этот твой художник!
(29)Я обиженно замолчал. (30)Та картина до сих пор висит в нашем Доме культуры. (31)Да, вероят­но, тот безымянный художник в общепринятом смысле не относится к числу гениальных живопис­цев, но для меня он самый настоящий гений, пото­му что с бескорыстным простодушием доброго вол­шебника он показал мне, что самое прекрасное на земле — это жизнь, на которую смотришь влюблён­ными глазами.
(По В. Тальникову)