Какие качества человека проявляются в годы войны? По Г. Я. Бакланову «За год службы в батарее Долговушин переменил множество должностей, нигде не проявив способностей…»

(1)За год службы в батарее Долговушин переменил множество должностей, нигде не проявив способностей. (2)Вначале его определили к Богачёву во взвод управления катушечным телефонистом. (3)За Днестром, под Яссами, Богачёв всего один раз взял его с собой на передовой наблюдательный пункт, где все простреливалось из пулемётов и где не то что днём, но и ночью-то головы не поднять. (4)Тут Долговушин по глупости постирал с себя все и остался в одной шинели, а под ней — в чем мать родила. (5)Так он и сидел у телефона, запахнувшись, а напарник и бегал и ползал с катушкой по линии, пока его не ранило. (6)На следующий день Богачёв выгнал Долговушина, к себе во взвод он подбирал людей, на которых мог положиться в бою, как на себя. (7)И Долговушин попал к огневикам. (8)Безропотный, молчаливо-старательный, все бы хорошо, только уж больно бестолков оказался.Когда выпадало опасное задание, о нем говорили: «Этот не справится». (9)А раз не справится, зачем посылать? (10)И посылали другого. (11)Так Долговушин откочевал в повозочные. (12)Он не просил, его перевели. (13)Может быть, теперь, к концу войны, за неспособностью воевал бы он уже где-нибудь на складе ПФС, но в повозочных суждено было ему попасть под начало старшины Пономарёва. (14)Этот не верил в бестолковость и сразу объяснил свои установки:
(15)— В армии так: не знаешь — научат, не хочешь — заставят. (16)— И ещё сказал: — Отсюда тебе путь один: в пехоту. (17)Так и запомни.
(18)— Что ж пехота? (19)И в пехоте люди живут, — уныло отвечал Долговушин, больше всего на свете боявшийся снова попасть в пехоту. (20)С тем старшина и начал его воспитывать. (21)Долговушину не стало житья. (22)Вот и сейчас он тащился на НП, под самый обстрел, все ради того же воспитания.
(23)Едва Пономарёв и Долговушин покинули НП, как попали под обстрел. (24)Они перележали его в неглубокой воронке.Неширокая полоса кукурузы кончилась, и они шли наизволок, отдыхая на ходу: здесь было безопасно.
(25)До кукурузы оставалось метров пятьдесят, когда на гребень окопа вспрыгнул человек в каске. (26)Расставив короткие ноги, чётко видный на фоне неба, он поднял над головой винтовку, потряс ею и что-то крикнул.
(27)— Немцы! (28)— обмер Долговушин.
(29)— Я те дам «немцы»! (30)— прикрикнул старшина и погрозил пальцем. (31)Он всю дорогу не столько за противником наблюдал, как за Долговушиным, которого твёрдо решил перевоспитать. (32)И когда тот закричал «немцы», старшина, относившийся к нему подозрительно, не только усмотрел в этом трусость, но ещё и неверие в порядок и разумность, существующие в армии. (33)Однако Долговушин, обычно робевший начальства, на этот раз, не обращая внимания, кинулся бежать назад и влево.— Я те побегу! (34)— кричал ему вслед Пономарёв и пытался расстегнуть кобуру нагана. (35)Долговушин упал, быстро-быстро загребая руками, мелькая подошвами сапог, пополз с термосом на спине. (36)Пули уже вскидывали снег около него. (37)Ничего не понимая, старшина смотрел на эти вскипавшие снежные фонтанчики. (38)Внезапно за Долговушиным, в открывшейся под скатом низине, он увидел санный обоз. (39)На ровном, как замёрзшая река, снежном поле около саней стояли лошади. (40)Другие лошади валялись тут же. (41)От саней веером расходились следы ног и глубокие борозды, оставленные ползшими людьми. (42)Они обрывались внезапно, и в конце каждой из них, где догнала его пуля, лежал ездовой. (43)Только один, уйдя уже далеко, продолжал ползти с кнутом в руке, а по нему сверху безостановочно бил пулемёт. (44)«Немцы в тылу!» — понял Пономарёв. (45)Теперь, если надавят с фронта и пехота начнёт отходить, отсюда, из тыла, из укрытия, немцы встретят её пулемётным огнём. (46)На ровном месте это — уничтожение.— Правей, правей ползи! (47)— закричал он Долговушину. (48)Но тут старшину толкнуло в плечо, он упал и уже не видел, что произошло с повозочным. (49)Только каблуки Долговушина мелькали впереди, удаляясь. (50)Пономарёв тяжело полз за ним следом и, подымая голову от снега, кричал: — Правей бери, правей! (51)Там скат!
(52)Каблуки вильнули влево. (53)«Услышал!» — радостно подумал Пономарёв. (54)Ему наконец удалось вытащить наган. (55)Он обернулся и, целясь, давая Долговушину уйти, выпустил в немцев все семь патронов. (56)Но в раненой руке не было упора. (57)Потом он опять пополз. (58)Метров шесть ему осталось до кукурузы, не больше, и он уже подумал про себя: «Теперь — жив». (59)Тут кто-то палкой ударил его по голове, по кости. (60)Пономарёв дрогнул, ткнулся лицом в снег, и свет померк. (61)А Долговушин тем временем благополучно спустился под скат. (62)Здесь пули шли поверху. (63)Долговушин отдышался, вынул из-за отворота ушанки «бычок» и, согнувшись, искурил его. (64)Он глотал дым, давясь и обжигаясь, и озирался по сторонам. (65)Наверху уже не стреляли. (66)Там все было кончено. (67)«Правей ползи», — вспомнил Долговушин и усмехнулся с превосходством живого над мёртвым.— Вот те и вышло правей… (68)Он высвободил плечи от лямок, и термос упал в снег. (69)Долговушин отпихнул его ногой. (70)Где ползком, где сгибаясь и перебежками, выбрался он из-под огня, и тот, кто считал, что Долговушин «богом ушибленный», поразился бы сейчас, как толково, применяясь к местности, действует он. (71)Вечером Долговушин пришёл на огневые позиции. (72)Он рассказал, как они отстреливались, как старшину убило на его глазах и он пытался тащить, его мёртвого. (73)Он показал пустой диск автомата. (74)Сидя на земле рядом с кухней, он жадно ел, а повар ложкой вылавливал из черпака мясо и подкладывал ему в котелок. (75)И все сочувственно смотрели на Долговушина. (76)«Вот как нельзя с первого взгляда составлять мнение о людях, — подумал Назаров, которому Долговушин не понравился. (77)— Я его считал человеком себе на уме, а он вот какой, оказывается. (78)Просто я ещё не умею разбираться в людях…» И поскольку в этот день ранило каптёра, Назаров, чувствуя себя виноватым перед Долговушиным, позвонил командиру батареи, и Долговушин занял тихую, хлебную должность каптёра.
(79)(По Г.Я. (80)Бакланову*)
(81)* Григорий Яковлевич Бакланов (1923–2009) — советский русский писатель и сценарист, участник Великой Отечественной войны, один из крупнейших представителей «лейтенантской прозы».
(По Г.Я. Бакланову*)
* Григорий Яковлевич Бакланов (1923–2009) — советский русский писатель и сценарист, участник Великой Отечественной войны, один из крупнейших представителей «лейтенантской прозы».