По мнению писателя, чрезмерная забота о близких рождает в человеке эгоиста и манипулятора, который чересчур опекает родных.
Обратимся к тексту. Главный герой очень сильно любил свою тётю Зину и в любых несоглатииях принимал всегда её сторону. Как-то Митя сообщил тёте, что сильно влюблён в девушку по имени Людмила, но та попыталась его переубедить: «Всем так кажется... Я обязана предупредить. Удержать». В этом примере видно, что тётя Зина убеждает героя в ошибочных чувствах, не зная, так ли это. Она хочет защитить его не понято от чего, что свидетельствует о чрезмерной опеке.
Кроме того, Митя решил сделать предложение Любе в присутствии тёти, на что та немедленно спохватилась и начала отговаривать племянника. Она начала рассказывать, что ранние браки-это муки. А после сказала: «Митенька, ты умный, хороший, но слабый!» и начала объяснять, что герой не может взвалить на себя такую ответственность. Под видом заботы, она манипулировала им и его жизнью.
Оба примера дополняют друг друга. Они показывают, как чрезмерная забота о близких может быть опасна. Когда человек не думает ни о чем другом, кроме опеки о родных он превращается в эгоиста, желающего, чтобы все было в жизнях других так, как он хочет.
Нельзя не согласиться с такой точкой зрения автора. Иногда любящие могут быть страшнее, чем ненавидящие. Моя бабушка тоже была слишком заботлива по отношению к папе, поэтому он переехал от неё и общается довольно редко. Чрезмерная опека может привести к ухудшению отношений между близкими.
Таким образом слишком сильная забота о близких может сделать из человека эгоиста и манипулятора, который «душит» своей опекой.
(11)Я почти никогда и почти ничего не скрываю от тёти Зины. (12)И поведал о минутном разговоре, помнить который буду до своей последней минуты. (13)— Всем так кажется, — сказала тётя. (14)— Но в твоей жизни будет столько подобных минут! (15)— Не будет, — возразил я. (16)Буксир «Тётя Зина» вёл тебя за собой, Митенька, минуя опасные течения и скрытые мели. (17)Но всё же на одну из них ты, миленький, сел. (18)Я обязана предупредить. (19)Удержать… (20)Только сегодня могу дописать то, что случилось вчера. (21)По дороге, на улице и в метро, Люба спрашивала: — Зачем ты тащишь меня к своей тёте? (22)— Всё будет в порядке, — ответил я. (23)Тётя Зина знала меня со дня моего рождения и сразу же поняла, что случилось нечто чрезвычайное. (24)— Я пришёл, дорогая тётя, чтобы в твоём присутствии сделать предложение Любе! (25)Тётя немедленно «обожглась» моей фразой. (26)— А чем вызвана эта спешка? (27)— Дорогая тётя…
(28)Когда ты узнаешь обо всех подробностях, поймёшь ситуацию, ты дашь своё согласие… (29)Дашь! (30)Я ведь знаю тебя. (31)Твою доброту! (32)Тётя протянула свои худощавые, рыжеватые руки к нам обоим. (33)— О, боже мой, какие муки вам заготовил Гименей! (34)Дети, как уверяют, рождаются для того, чтобы лишить своих родителей эгоизма… (35)Но я лишилась даже признаков этого порока задолго до твоего рождения, Митенька. (36)Ещё в те годы, когда воспитывала твою маму… (37)Ни один час моей жизни не принадлежал мне самой! (38)Сперва твоя мама, потом ты… (39)Я счастлива, что так получилось!
(40)Но добровольно принесённые жертвы дают мне некоторые права. (41)Хотя бы право на элементарное благоразумие. (42)Митенька, ты умный, хороший, но слабый! (43)Я готов был зажать ей рот. (44)Но, разумеется, не зажал. (45)— Как же ты можешь взвалить на себя ответственность за семью, за Любу, которая, видимо, по столь понятному юношескому легкомыслию может дать согласие?.. (46)— Во-первых, я его ещё не дала, — спокойно ответила Люба, хотя так стиснула бумажки в руке, что я это услышал. (47)Тётя Зина стала поспешно искать союзницу в Любе: — Если б ты знала историю его мамы и бабушки! (48)Если б знала, какой ералаш в их и мою жизнь внесли ранние браки… (49)Тёте было удобно гладить мою послушную круглую голову: я стоял на коленях. (50)— Нет, я ещё не выполнила свой долг окончательно!
(51)Я должна буду пожертвовать многим, чтобы он завершил образование, вышел в люди, и лишь тогда… (52)Я понял, что мне предстоят долгие годы «тётиных жертв». (53)Когда мы с Любой вышли на улицу, я сказал: — Нехорошо получилось, что я стоял на коленях? (54)— Ты всегда на коленях, — ответила она. (55)— И, кажется, привык… (56)В этом-то и трагизм! (57)Я не знал, как реагировать. (58)Тогда она продолжила: — Как сказал один из мудрецов, любящие деспоты страшны не меньше, чем ненавидящие. (59)Запомни… (60)Даже если этого никто из великих не говорил.
(А. Г. Алексин)