Доктор Янсен был святым города Смоленска, а потому и обреченным на особую, мученическую смерть. Такой финал кажется не случайным, а закономерным итогом жизни человека, обладавшего редчайшим даром жить не для себя. Именно проблему истинного человеческого величия, нравственного подвига и его неизбежной трагической развязки ставит в своем тексте Борис Львович Васильев. Писатель размышляет о природе святости, которая проявляется не в громких словах, а в повседневном, самоотверженном служении людям и готовности к высшей жертве.
Позиция автора по данной проблеме раскрывается через описание жизни и смерти доктора Янсена. Васильев убежден, что подлинный авторитет и уважение заслуживает лишь тот, кто живет по законам совести и долга, не ища личной выгоды. Автор восхищается своим героем, который обладал редчайшим даром жить не для себя, думать не о себе, заботиться не о себе. Писатель подчеркивает, что такой человек, по мнению благодарной молвы, возводится в ранг святого уже при жизни, и это накладывает на него особую ответственность, делая его обреченным на особую, мученическую смерть. Таков трагический удел истинного подвижника.
Чтобы обосновать позицию автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Васильев, повествуя о докторе Янсене, в первую очередь акцентирует внимание на его повседневном, титаническом труде. Он пишет, что доктор обладал неутомимыми ногами, великим терпением и долгом, и он бродил по доброй четверти губернского города Смоленска без выходных и без праздников, потому что болезни тоже не знали ни праздников, ни выходных, а доктор Янсен сражался за людские жизни. Этот пример свидетельствует о том, что святость героя не была искусственно созданным ореолом, а являлась естественным следствием его каждодневного подвига, его готовности бороться за каждую человеческую жизнь независимо от времени года и суток. Его авторитет был заработан годами честного служения, а не единичным героическим поступком.
Кроме того, Васильев акцентирует внимание на трагическом финале жизни доктора, который стал закономерным итогом его сущности. Автор неслучайно замечает, что не он искал героическую гибель, а героическая гибель искала его. По его словам, доктор Янсен задохнулся в канализационном колодце, спасая детей. Далее следует детальное описание его подвига: он спустился в колодец, нашел уже потерявших сознание мальчишек, сумел вытащить одного и, не отдохнув, полез за вторым, а поняв, что еще раз ему уже не подняться, привязал мальчика к обрывку веревки и потерял сознание. Приведенный пример-иллюстрация говорит о том, что героическая гибель действительно «искала» его, потому что он не мог поступить иначе. Его нравственный закон не позволял ему оставаться в стороне, когда детям грозила смертельная опасность, и он, жертвуя собой, выполнил свой долг до конца.
Смысловая связь между приведёнными примерами – причинно-следственная. Повседневное, почти незаметное служение людям, ставшее образом жизни доктора, стало причиной его трагического, но закономерного финала. Именно его каждодневный нравственный подвиг, его готовность «сражаться за людские жизни» предопределили его решение спуститься в смертельно опасный колодец. Благодаря этой связи мы понимаем, что истинная святость не может существовать отдельно от каждодневного труда и самопожертвования, а героическая смерть является лишь высшей точкой этого пути.
Я полностью согласен с точкой зрения автора. Действительно, величие человека определяется не красивыми словами или стремлением к славе, а его поступками, его готовностью жертвовать собой ради других. Жизнь, прожитая по законам совести и долга, неизбежно приводит человека к вершине нравственного подвига. В качестве примера, подтверждающего мою позицию, можно вспомнить жизнь и смерть врачей, работавших в очагах опасных инфекций. Например, врач-инфекционист, который, рискуя собственной жизнью, каждый день спасал пациентов во время эпидемии, не думал о героизме. Он просто делал свою работу, следуя призванию и долгу. И если приходилось жертвовать собой ради спасения других, он делал это так же самоотверженно, как доктор Янсен. Их объединяет то, что героическая гибель не была для них самоцелью, а стала трагическим, но единственно возможным продолжением их каждодневного служения.
Итак, Борис Васильев на примере жизни доктора Янсена показывает, что настоящий нравственный подвиг – это не единичный акт героизма, а вся жизнь, прожитая для других. Такие люди, как смоленский доктор, становятся нравственным ориентиром для общества, напоминая нам о том, что истинная ценность человека измеряется не тем, что он взял от жизни, а тем, что он отдал людям.
(8)Врачебный и человеческий авторитет доктора Янсена был выше, чем можно ребе вообразить в наше время. (9)Он обладал редчайшим даром жить не для себя, думать не о себе, заботиться не о себе, никогда никого не обманывать и всегда говорить правду, как бы горька она ни была. (10)Такие люди перестают быть только специалистами: людская благодарная молва приписывает им мудрость, граничащую со святостью. (11)И доктор Янсен не избежал этого. (12)Человек, при жизни возведённый в ранг святого, уже не волен в своей смерти, если, конечно, этот ореол святости не создан искусственным освещением. (13)Доктор Янсен был святым города Смоленска, а потому и обреченным на особую, мученическую смерть. (14)Нет, не он искал героическую гибель, а героическая гибель искала его. (15)Доктор Янсен задохнулся в канализационном колодце, спасая детей.
(16)В те времена центр города уже имел канализацию, которая постоянно рвалась, и тогда рылись глубокие колодцы. (17)Над колодцами устанавливался ворот с бадьей, которой откачивали просочившиеся сточные воды. (18)Процедура была длительной, рабочие в одну смену не управлялись, всё замирало до утра, и тогда бадьёй и воротом завладевали мы. (19)Нет, не в одном катании - стремительном падении, стоя на бадье, и медленном подъёме из тьмы - таилась притягательная сила этого развлечения.
(20)Провал в преисподнюю, где нельзя дышать, где воздух перенасыщен метаном, впрямую был связан с недавним прошлым наших отцов, с их риском, их разговорами, их воспоминаниями. (21)Наши отцы прошли не только гражданскую, но и мировую, «германскую» войну, где применялись реальные отравляющие вещества. (23)Обычно на бадью становился один, а двое вертели ворот. (24)Но однажды решили прокатиться вдвоем, и веревка оборвалась. (25)Доктор Янсен появился, когда возле колодца метались двое пацанов. (26)Отправив их за помощью, доктор тут же спустился в колодец, нашел уже потерявших сознание мальчишек, сумел вытащить одного и, не отдохнув, полез за вторым. (27)Спустился, понял, что еще раз ему уже не подняться, привязал мальчика к обрывку веревки и потерял сознание. (28)Мальчики пришли в себя быстро, но доктора Янсена спасти не удалось.
(29)Так погиб последний святой города Смоленска, ценою своей жизни оплатив жизнь двух мальчиков, и меня потрясла не только его смерть, но и его похороны. (30)Весь Смоленск от мала до велика хоронил своего доктора.
(По Б. Л. Васильеву)