Почему современного человека так сильно влечёт к охоте, рыбалке, собиранию грибов? Именно эту проблему ставит в своём тексте русский советский писатель и поэт Владимир Алексеевич Солоухин. Размышляя над ней, автор приходит к неожиданному и глубокому выводу.
Позиция автора заключается в следующем: страсть к охоте, рыбалке и собирательству есть не что иное, как «смутное воспоминание детства человечества», которое живёт в неведомых глубинах нашего существа и окрашено для нас в романтическую, милую дымку. Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста.
Владимир Солоухин рассуждает о том, как воспринимаются человеком события его собственного детства. Он пишет: «Всё, что связано с детством, кажется потом прекрасным». В качестве иллюстрации автор приводит историю своей жены, которая в детстве перенесла голод и ела «какие-то ужасные, чёрные, словно земля, клёклые блины из полусгнившей сырой картошки». Этот пример свидетельствует о том, что даже самые тяжёлые воспоминания детства со временем теряют свою остроту и «окрашиваются в смягчающий, примиряющий свет». Для жены автора эти оладьи, несмотря на все доступные сегодня деликатесы, остаются «высшим лакомством», потому что они связаны с самым дорогим периодом жизни.
Кроме того, автор проводит параллель между детством отдельного человека и детством всего человечества. Он отмечает, что в первобытные времена «охота, рыболовство, собирание даров леса, в том числе и грибов, было не забавой, не увлечением чудаков, но бытом, повседневностью, жизнью». По словам писателя, это была «суровая необходимость», но теперь, когда мы живём в цивилизованном мире, воспоминания о той поре «окрашены для нас в золотистую романтическую милую дымку». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что подсознательная память о далёком прошлом человечества трансформирует суровую реальность в желанную романтику.
Смысловая связь между приведёнными примерами — аналогия. Сравнивая детство человека и детство человечества, автор показывает универсальность этого психологического механизма. В первом примере детство конкретного человека окрашивает в тёплые тона даже голод и невзгоды, превращая их в объект сладких воспоминаний. В то время как во втором примере та же самая закономерность проецируется на всё человечество, объясняя нашу тягу к «добыче» как к смутному воспоминанию о давно минувшей, но такой притягательной эпохе. Именно благодаря этому сопоставлению формируется полное и ясное представление о том, почему для нас так сладка и желанна страсть к охоте, рыбалке и собиранию грибов.
Я согласен с позицией Владимира Алексеевича Солоухина. Действительно, многие увлечения взрослых людей имеют корни в глубоком подсознании, возможно, связанном с инстинктами, заложенными в нас тысячелетиями эволюции. Например, многие современные успешные бизнесмены, чья работа связана с постоянным стрессом и принятием решений в офисе, находят отдушину в экстремальных видах отдыха, таких как охота или рыбалка в диких условиях. Для них это не просто способ добыть еду, а возможность на время вернуться в то «первобытное» состояние, когда успех зависел только от их собственной ловкости и смекалки, что дарит ни с чем не сравнимое чувство свободы и удовлетворения.
Итак, Владимир Солоухин убедительно доказывает, что наша необъяснимая тяга к «диким» занятиям — это не просто хобби, а глубокая психологическая и историческая память. Человек, уставший от благ цивилизации, инстинктивно тянется к истокам, пытаясь вновь пережить то «чудесное состояние» единства с природой, которое было свойственно человечеству на заре его существования.
(5)Например, моя жена и её родные в детстве перенесли голод. (6)Они ели тогда какие-то ужасные, чёрные, словно земля, клёклые блины из полусгнившей сырой картошки. (7)И вот теперь, когда за витринами магазинов лежат греческие маслины, копчёная рыба, куропатки и мясо кальмаров, высшим лакомством для жены остаются эти картофельные оладьи. (8)Правда, они какие-то немножко не те, несмотря на то что у неё золотые руки и она готовит их сама. (9)Но это лишь потому, что слишком свежа картошка. (10)Ничего не поделаешь. (11)Воспоминание детства.
(12)Но ведь детство было и у человечества в целом. (13)Ничего нельзя было купить в магазине, не существовало стольких кафе, ресторанов, магазинов с доставкой продуктов на дом. (14)Всё, от лесного ореха до мяса мамонта, от рыбины до гриба, приходилось добывать самому. (15)В те времена охота, рыболовство, собирание даров леса, в том числе и грибов, было не забавой, не увлечением чудаков, но бытом, повседневностью, жизнью. (16)Точно так же, как детство человека, это не просто игра в куклы или солдатиков, но период жизни довольно суровый и ответственный, ибо именно в детстве формируется характер человека, именно в детстве его постигают всякие неожиданности, способные оборвать довольно слабенькую в то время ниточку жизни. (17)То, что страшно яблоневому ростку, не страшно взрослой и крепкой яблоне.
(18)Конечно, добывание себе пищи в первобытные времена было суровой необходимостью, а не забавой. (19)Но теперь, когда прошли века и добыча пищи состоит не в том, чтобы стрелять дичь, а в том, чтобы у станка стоять или в канцелярии сидеть, теперь воспоминания о суровой заре человечества, живущие в неведомых глубинах человеческого существа, окрашены для нас в золотистую романтическую милую дымку.
(20)Итак, я считаю, что страсть к охоте, к рыбалке, к грибам есть не что иное, как смутное воспоминание детства человечества, потому что сладка и желанна эта страсть. (21)Можно, оказывается, как бы возвратиться в то самое, прежнее состояние, когда ты один в дремучем лесу или на быстрой реке и только от тебя самого, от умения, ловкости, смекалки зависит, добудешь или не добудешь тетерева, щуку, корзину рыжиков или боровиков. (22)Чудесное состояние...
(По В.А. Солоухину*)
* Владимир Алексеевич Солоухин (1924–1997) — русский советский писатель и поэт, автор повестей «Капля росы», «Третья охота», «Владимирские просёлки».