В юности у меня был друг Валька Зыков, человек очень необычный - строгий, твердый, серьезный, что такое человеческие слабости, не знающий компромиссов. Именно так Владимир Алексеевич Солоухин начинает свое повествование, сразу задавая высокую нравственную планку своему герою. Писатель поднимает важную проблему истинной и ложной честности, нравственного выбора между принципиальностью и человечностью. Может ли человек оставаться абсолютно честным, не предавая себя, но при этом сохраняя способность к состраданию? На протяжении всего текста автор ищет ответ на этот непростой вопрос.
Позиция Владимира Алексеевича Солоухина по данной проблеме, на мой взгляд, заключается в том, что настоящая честность не является абстрактным и жестким правилом, а находится в гармонии с добротой и способностью к сопереживанию. Истинная нравственность, по мысли автора, заключается не в слепом следовании раз и навсегда принятым принципам, а в умении сделать правильный выбор в конкретной, жизненной ситуации, даже если этот выбор противоречит формальным установкам. Писатель показывает, что Валька Зыков, несмотря на свою декларируемую непримиримость, оказывается способен на высшее проявление человечности.
Чтобы обосновать эту позицию, обратимся к первому примеру-иллюстрации из текста. Когда Валька прогулял урок, он, имея возможность соврать или воспользоваться подсказкой учительницы, которая сама ему ее предлагает, твердо отвечает: «Нет я не был болен. Я бы полностью и абсолютно здоров. Я прогуливал». Этот эпизод демонстрирует его непоколебимую приверженность данному когда-то самому себе слову никогда не врать. Поступок героя свидетельствует о его внутренней силе и бескомпромиссности, которые вызывают уважение, но и создают вокруг него ореол мученика, «одинокого и скорбного, как Джордано Бруно». Этот пример показывает формальную, внешнюю сторону честности, доведенную до абсолюта.
Однако, как пишет автор, «я вспомнил: это же Валька Зыков, не знающий компромиссов… этот разве подскажет!» Но именно здесь и происходит перелом. В ситуации, когда герою нужно выбрать между своей «непримиримостью» и спасением друга, он делает труднейший выбор в пользу второго. Владимир Алексеевич Солоухин акцентирует внимание на внутренней борьбе Вальки: «Лицо его мучительно искривилось. он страдал. он был слишком правдив, чтобы подсказать, и слишком добр, чтобы дать мне утонуть. и он мучился, Валька Зыков, зажатый в тисках своей принципиальностью и своей добротой». И вот, превозмогая себя, он «прерывающимся шепотом произнес дату». Этот второй пример-иллюстрация говорит о том, что настоящая, глубокая человечность оказывается сильнее надуманных правил. Доброта побеждает, и именно это автор считает высшим проявлением нравственности.
Смысловая связь между приведёнными примерами — противопоставление. В первом случае мы видим честность, которая выражается в формальном следовании принципу «не врать», что приводит к отчуждению и гордому одиночеству Вальки. В то время как во втором случае автор демонстрирует «честность» более высокого порядка — честность перед самим собой и перед дружбой, которая проявляется через доброту и сострадание, пусть и ценой нарушения данного слова. Именно благодаря этому противопоставлению формируется правильное представление о том, что истинная нравственность не может быть бездушной и сухой, она всегда связана с милосердием.
Я согласен с точкой зрения Владимира Алексеевича Солоухина. Действительно, абсолютная, догматичная принципиальность, лишенная тепла и понимания, может превратить человека в бездушного праведника, который, следуя букве закона, забывает о его духе. Настоящая честность — это не просто произнесение правды вслух, это поступок, продиктованный любовью к ближнему. Например, вспомним героя романа Ф.М. Достоевского «Идиот» князя Мышкина. Его «идиотизм» заключается именно в абсолютной нравственной чистоте и всепрощающей любви, которые для окружающих кажутся безумием, но на самом деле являются высшим проявлением честности перед собой и миром. Он тоже не мог пройти мимо чужой беды, жертвуя своим спокойствием и репутацией.
Итак, Владимир Алексеевич Солоухин на примере своего друга Вальки Зыкова мастерски показывает, что подлинная нравственная зрелость заключается в способности сочетать твердость убеждений с милосердием и готовностью прийти на помощь. Формальная честность без доброты может обернуться душевной черствостью, и только в единстве этих качеств рождается настоящая человечность.
(2)Когда Вальке исполнилось тринадцать лет ,в этот исторический день он показал мне написанное им заявление, адресованное неизвестно кому, о том ,что с этого дня он берет на себя обязательство никогда не врать. (3)Я отнесся к этому заявлению скептически и недоверчиво.
(4)- Во-первых, это невозможно –сказал я ему.
(5)-Во-вторых, это неинтересно .
(6)Он посмотрел на меня светлыми, спокойными близорукими глазами первого отличника и не унизился до ответа.
(7)Однажды Валька зыков прогулял .Обычно нас спрашивали, почему мы отсутствовали. врал как мог Я, например обычно кого-нибудь встречал или провожал: уезжал мой отец ,то уезжала куда-то мать, то улетела срочным рейсом моя неугомонная бабушка.
(8)-У тебя не семья ,а подвижной состав ,-вздыхала классная руководительница и отмечала в журнале: >.
(9)-Что случилось с тобой, Зыков?
(10)Мрачно стукнула доска парты, волны бешеного шепота захлестали по классу : это Вальке подсказывали надежные и правдоподобные причины …Валькины глаза были печальны и ясны …
(11)- Что случилось с тобой, Зыков? (12)Может быть, ты переутомился ,плохо себя чувствовал? (13)-подсказывая ему выход , тихо и сочувственно говорила ему учительница .
(14)-Нет я не был болен, -твердо ответствовал Зыков. (15)-Я бы полностью и абсолютно здоров. (16)Он задумался на секунду и дрогнувшим, но громким голосом произнес: - Я прогуливал.
(17)Стон недоумения и отчаяния пронесся по классу а-ах!
(18)И классная руководительница проговорила проникновенно и устало:
(19)-Ты праведный мальчик, Зыков. (20)-И мелким четким почерком она поставила в журнале :>.
(21)когда после уроков мы возвращались домой, Зыков шёл впереди нас, одинокий и скорбный, как Джордано Бруно.
(22)Я верил Вальке. (23)Валька был моим рыцарем правды, всегдашним укором моей совести….
(24)однажды я сыпался на экзамене по истории, утопая в пучине дать и событий, и, утопая, я кинул Вальке белый флаг, я взмолился о помощи. (25)Я знал , что он выучил историю назубок.
(26)- Подскажи, Валька, - прошептал я.
(27)и тут я вспомнил: это же Валька Зыков, не знающий компромиссов…этот разве подскажет! я безнадежно и устало посмотрел на него. (28)Лицо его мучительно искривилось. он страдал. он был слишком правдив, чтобы подсказать, и слишком добр, чтобы дать мне утонуть. и он мучился, Валька Зыков, зажатый в тисках своей принципиальностью и своей добротой.
(29)- ну-с, в каком же году это произошло?!-риторически произнес я и развел руками. и тут я увидел. как разверзлись побледневшие уста моего друга, как дрогнули его непримиримые губы. прерывающимся шепотом он произнес дату. я был спасен.
(30)после экзамена я кинулся к нему. я хотел его обнять, я хотел сказать ему самые прекрасные слова. он отстранил меня твердой рукой, не принял моей благодарности. он ушел, гордо подняв неширокие плечи, ушел потому, что не смог соблюсти своих принципов и подавить свою доброту. я понял, как я был жесток, поставив его перед этим выбором.
(31)а потом мы выросли.
(По В.А. Солоухину*)
* Владимир Алексеевич Солоухин (1924–1997) — русский советский писатель и публицист, представитель «деревенской прозы». Фрагмент автобиографического рассказа о школьном друге Вальке Зыкове (атрибуция предположительная).