Война... Это страшное слово несет в себе разрушение, боль и смерть. Но что она делает с человеком, с его душой, с его способностью жить дальше? Именно этот вопрос поднимает Михаил Александрович Шолохов в предложенном для анализа отрывке из романа «Тихий Дон». Писатель показывает трагедию Григория Мелехова, человека, прошедшего через горнило гражданской войны, потерявшего всех, кто был ему дорог, и пытающегося найти в себе силы существовать в мире, который стал черным и выжженным.
Позиция автора очевидна: война опустошает человека, лишает его самого дорогого, делает его жизнь подобной мертвой, обуглившейся земле. Однако, по мнению Шолохова, даже в таком состоянии, когда, кажется, все потеряно, в человеке остается что-то светлое – любовь к детям, к родному дому, то, что способно удержать его на краю бездны и дать надежду на возрождение.
Чтобы обосновать свою точку зрения, автор прибегает к ярким художественным образам. Уже в начале текста он проводит глубокую параллель между выжженной весенними палами степью и жизнью Григория: «Как выжженная палами степь, черна стала жизнь Григория. Он лишился всего, что было дорого его сердцу. Все отняла у него, все порушила безжалостная смерть. Остались только дети». Этот пример-иллюстрация сразу же задает мрачную тональность. Мы видим, что война буквально испепелила душу героя: он потерял любимую женщину, мать, друзей, а самого его преследуют воспоминания, от которых он не может избавиться даже в лесной землянке, где скрывается от преследования. Пояснение к этому примеру показывает, насколько глубока трагедия: Григорий не просто страдает, его существование потеряло смысл, он «судорожно цеплялся за землю», но это скорее механическое продолжение жизни, чем осознанное желание жить.
Однако автор не оставляет своего героя в полном отчаянии. Второй пример-иллюстрация раскрывает светлую сторону его души – сцену возвращения домой и встречи с сыном. Шолохов пишет: «Григорий подошел к спуску, задыхаясь, хрипло окликнул сына: — Мишенька!.. Сынок!» И далее: «Опустившись на колени, целуя розовые холодные ручонки сына, он сдавленным голосом твердил только одно слово: — Сынок... сынок...» Поясняя этот эпизод, стоит отметить, что здесь мы видим не обезумевшего от горя бандита, а отца, в котором, несмотря на весь ужас пережитого, живет нежность и любовь к ребенку. Именно сын, маленький Мишатка, становится для Григория той ниточкой, которая связывает его с миром. Финал текста подчеркивает это: «Это было все, что осталось у него в жизни, что пока еще роднило его с землей и со всем этим огромным, сияющим под холодным солнцем миром».
Смысловая связь между этими примерами-иллюстрациями основана на противопоставлении. В первом случае война представлена как всепоглощающая сила, уничтожающая всё человеческое, оставляющая лишь пустоту и пепел. Во втором же случае, вопреки этому разрушению, проявляется неугасимая потребность человека любить и быть нужным. Противопоставление «черной степи» и «розовых холодных ручонок сына» позволяет Шолохову показать трагический контраст: даже когда кажется, что душа мертва, в ней теплится огонек надежды, но этот огонек лишь подчеркивает глубину потери – у Григория больше нет никого, кроме сына, и его жизнь навсегда сломана.
Я полностью согласен с точкой зрения Михаила Шолохова. Война действительно разрушает личности, оставляя глубокие раны, которые не заживают годами. Но человек, как бы жестоко ни обходилась с ним судьба, способен выжить, если у него есть ради кого жить. Подтверждение этой мысли я нахожу в произведении самого автора – рассказе «Судьба человека». Главный герой Андрей Соколов, потеряв всю семью во время Великой Отечественной войны, также оказывается на грани отчаяния. Однако встреча с маленьким сиротой Ваней дает ему новый смысл. Он усыновляет мальчика, и эта забота о ребенке помогает ему вернуться к жизни. Как и Григорий, Соколов находит спасение в любви к детям, в желании защитить их и дать им будущее. Этот пример из литературы доказывает, что даже в самых страшных обстоятельствах человеческая душа способна на возрождение через любовь и ответственность за других.
Итак, война, по мысли Шолохова, делает с человеком страшное – она выжигает его дотла, лишая всего, что составляло смысл его существования. Но вместе с тем она не способна уничтожить главное – способность любить и заботиться о тех, кто остался рядом. Именно в этой двойственности, в трагическом контрасте между опустошением и проблеском надежды, и заключается истинная правда о том, какой след оставляет война в человеческой душе. Она калечит, но не убивает окончательно ту искру жизни, что хранится в сердце каждого.
(7)Как выжженная палами степь, черна стала жизнь Григория. (8)Он лишился всего, что было дорого его сердцу. (9)Все отняла у него, все порушила безжалостная смерть. (10)Остались только дети. (11)Но сам он все еще судорожно цеплялся за землю, как будто и на самом деле изломанная жизнь его представляла какую-то ценность для него и для других...
(12)Похоронив Аксинью, трое суток бесцельно скитался он по степи, но ни домой, ни в
(13)Вешенскую не поехал с повинной. (14)На четвертые сутки, бросив лошадей в одном из хуторов
(15)Усть-Хоперской станицы, он переправился через Дон, пешком ушел и Слащевскую дубраву, на опушке которой в апреле впервые была разбита банда Фомина. (16)Еще тогда, в апреле, он Днем это ему удавалось, но длинными зимними ночами тоска воспоминаний одолевала его.
(17)Он подолгу ворочался на нарах и не мог заснуть. (18)Днем никто из жильцов землянки не слышал от него ни слова жалобы, но по ночам он часто просыпался, вздрагивая, проводил рукою по лицу — щеки его и отросшая за полгода густая борода были мокры от слез.
(19)Ему часто снились дети, Аксинья, мать и все остальные близкие, кого уже не было в живых. (20)Вся жизнь Григория была в прошлом, а прошлое казалось недолгим и тяжким сном.
(21)«Походить бы ишо раз по родным местам, покрасоваться на детишек, тогда можно бы и помирать», — часто думал он.
(22)На провесне как-то днем неожиданно заявился Чумаков. (23)Он был мокр по пояс, но по-прежнему бодр и суетлив. (24)Высушив одежду возле печурки, обогревшись, подсел к
(25)Григорию на нары.
(26)— Погуляли же мы, Мелехов, с той поры, как ты от нас отбился! (27)И под Астраханью были, и в калмыцких степях... (28)Поглядели на белый свет! (29)А что крови чужой пролили - счету нету. (30)У Якова Ефимыча жену взяли заложницей, имущество забрали, ну, он и остервенился, приказал рубить всех, кто Советской власти служит. (31)И зачали рубить всех подряд: и учителей, и разных там фельдшеров, и агрономов... (32)Черт те кого только не рубили! (33)А зараз — кончили и нас, совсем, — сказал он, вздыхая и все еще ежась от озноба. (34)— Первый раз разбили нас под Тишанской, а неделю назад — под Соломным. (35)Ночью окружили с трех сторон, оставили один ход на бугор, а там снегу — лошадям по пузо... (36)С рассветом вдарили из пулеметов, и началось... (37)Всех посекли пулеметами. (38)Я да сынишка — Да, мне с вами не жить... (39)Твое рукомесло, Мелехов, — ложки-чашки вырезывать - не по мне, — насмешливо проговорил Чумаков и с поклоном снял шапку: - Спаси Христос, мирные разбойнички, за хлеб-соль. за приют. (40)Нехай боженька даст вам веселой жизни, а то дюже скучно у вас тут. (41)Живете в лесу, молитесь поломанному колесу — разве это жизня?
(42)Григорий после его ухода пожил в дубраве еще с неделю, потом собрался в дорогу.
(43)— Домой? (44)— спросил у него один из дезертиров.
(45)И Григорий, впервые за все время своего пребывания в лесу, чуть приметно улыбнулся:
(46)— Домой.
(47)— Подождал бы весны. (48)К Первому маю амнистию нам дадут, тогда и разойдемся.
(49)— Нет, не могу ждать, — сказал Григорий и распрощался.
(50)Утром на следующий день он подошел к Дону против хутора Татарского. (51)Долго смотрел на родной двор, бледнея от радостного волнения. (52)Потом снял винтовку и подсумок, достал из него шитвянку, конопляные хлопья, пузырек с ружейным маслом, зачем-то пересчитал патроны. (53)Их было двенадцать обойм и двадцать шесть штук россыпью.
(54)У крутояра лед отошел от берега. (55)Прозрачно-зеленая вода плескалась и обламывала иглистый ледок окраинцев. (56)Григорий бросил в воду винтовку, наган, потом высыпал патроны и тщательно вытер руки о полу шинели.
(57)Ниже хутора он перешел Дон по синему, изъеденному ростепелью, мартовскому льду, крупно зашагал к дому. (58)Еще издали он увидел на спуске к пристани Мишатку и еле 883 / 883 - 175% + смотрел, как голубые осколки катятся вниз, под гору.
(59)Мишатка обламывал свисавшие с камня ледяные сосульки, бросал их и внимательно
(60)Григорий подошел к спуску, задыхаясь, хрипло окликнул сына:
(61)— Мишенька!.. (62)Сынок!
(63)Мишатка испуганно взглянул на него и опустил глаза. (64)Он узнал в этом бородатом и страшном на вид человеке отца...
(65)Все ласковые и нежные слова, которые по ночам шептал Григорий, вспоминая там, в дубраве, своих детей, сейчас вылетели у него из памяти. (66)Опустившись на колени, целуя розовые холодные ручонки сына, он сдавленным голосом твердил только одно слово:
(67)- Сынок... сынок...
(68)Потом Григорий взял на руки сына. (69)Сухими, исступленно горящими глазами жадно всматриваясь в его лицо, спросил:
(70)— Как же вы тут?.. (71)Тетка, Полюшка — живые-здоровые?
(72)По-прежнему не глядя на отца, Мишатка тихо ответил:
(73)— Тетка Дуня здоровая, а Полюшка померла осенью... (74)От глотошной. (75)А дядя Михаил на службе...
(76)Что ж, и сбылось то немногое, о чем бессонными ночами мечтал Григорий. (77)Он стоял у ворот родного дома, держал на руках сына...
(78)Это было все, что осталось у него в жизни, что пока еще роднило его с землей и со всем этим огромным, сияющим под холодным солнцем миром.
(По М.А. Шолохову*)
* Михаил Александрович Шолохов (1905–1984) — русский советский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе, общественный деятель.