В чем заключается внутренняя противоречивость доброты, которая, не будучи подкреплена разумом, приносит лишь разрушение? Именно эту непростую проблему поднимает Викентий Викентьевич Вересаев в предложенном тексте.
Позиция автора по данному вопросу такова: деятельная, но лишенная рассудительности доброта может превращаться в навязчивую страсть, которая не только не помогает окружающим, но и разрушает жизнь самого человека. Вересаев показывает, что такая «помощь» становится бессмысленной и даже вредной, так как не решает проблемы, а лишь усугубляет их.
Чтобы обосновать свою точку зрения, писатель обращается к образу тёти Анны. С одной стороны, она изображена как человек, не способный пройти мимо чужого горя. Автор показывает, что «несчастие другого человека не давало ей покоя, не давало жить». Она постоянно была в хлопотах, всегда искала «ужасно бедное семейство, которое нужно было накормить, страшно несчастного человека, которого нужно было пристроить». Этот пример-иллюстрация свидетельствует о том, что её стремление помогать было искренним и неодолимым.
Однако, размышляя над этой страстью, Вересаев подчеркивает её трагическую иррациональность. Он замечает, что «свою жажду помощи её тянуло утолить так же неодолимо и настойчиво, как пьяницу тянет к вину». Этот пример-иллюстрация говорит о том, что доброта тёти Анны была лишена здравого смысла. Собранные деньги пропивались главою несчастного семейства, а выхлопотанное место занимал «прохвост или пропойца». Помочь ей самой было так же трудно и бесплодно, «как запойному пьянице». Этим автор подводит нас к мысли о том, что такое поведение не только не приносит пользы, но и является губительным для самого благодетеля.
Смысловая связь между приведенными примерами — усиление и детализация. В первом примере показан общий принцип, внутренний механизм этого явления: альтруизм как болезненная зависимость. Во втором примере эта мысль детализируется и конкретизируется на примере денег, присланных автором. Тетя Анна, вместо того чтобы потратить их на свои насущные нужды, «на рубль купила себе конфет», а остальные раздала, не думая о собственном положении. Именно благодаря этому сопоставлению общего принципа и конкретного поступка формируется правильное представление о том, что доброта, лишенная разумного начала, превращается в форму саморазрушения.
Я согласен с мнением писателя. Действительно, благие намерения, не подкрепленные трезвой оценкой ситуации, часто приводят к обратным результатам. Например, в романе Льва Николаевича Толстого «Война и мир» княжна Марья Болконская, движимая искренним желанием помочь, постоянно страдает от тирании отца, но её кротость и жертвенность не меняют его жестокого нрава, а лишь поощряют его самодурство. Подлинная помощь должна быть не только сердечной, но и разумной, иначе она рискует превратиться в разрушительную силу как для того, кто помогает, так и для того, кому помогают. Таким образом, автор текста заставляет нас задуматься о том, что истинная доброта требует не только сострадания, но и мудрости.
(3)Худая, с птичьим личиком, с медленно-степенными движениями, она была учительницей музыки. (4)У неё учились музыке сёстры и все наши знакомые барышни. (5)За уроками лицо её было строго, серьёзно и торжественно. (6)Но учительница она была очень плохая. (7)Всем её ученицам, сколько-нибудь способным, приходилось потом переучиваться. (8)У неё самой рояль был плохонький и звучал, как слабо натянутый барабан. (9)Я никогда не слышал, чтоб она сама что-нибудь играла, – только кадрили и польки, когда мы танцевали.
(10)Всегда она была в хлопотах. (11)Всегда у неё было какое-нибудь ужасно бедное семейство, которое нужно было накормить, страшно несчастный человек, которого нужно было пристроить. (12)Она обходила знакомых, собирала деньги, выпрашивала место. (13)Собранные деньги главою несчастного семейства пропивались; несчастный человек, получивший место, оказывался прохвостом или пропойцей. (14)И уже давно никто не верил рекомендациям тёти Анны.
(15)Несчастие другого человека не давало ей покоя, не давало жить. (16)Вернее, даже не так, а вот как: свою жажду помощи её тянуло утолить так же неодолимо и настойчиво, как пьяницу тянет к вину. (17)Когда она знала, что денег не пожертвуют, она просила ссудить определённую сумму на время.
– (18)Дайте мне взаймы двадцать рублей, – просила она. (19)Через три дня я получу в женском епархиальном училище за уроки музыки и отдам.
– (20)Ну смотрите, только на три дня даю! (21)Если не отдадите, поставите меня в безвыходное положение.
– (22)Ну конечно же, отдам!
(23)И не отдавала. (24)Не потому, что не хотела, а просто не донесла. (25)Встретилось новое горе – и отдала туда. (26)Резкие письма с упрёками и прямыми оскорблениями, грозные требования, тяжёлые объяснения с клятвами сейчас же отдать при первой возможности, озлобленно-виноватые глаза, боязнь встретиться на улице… (27)А завтра опять то же самое. (28)Вся она была в долгах, всё у неё было заложено, ростовщикам платила ужасные проценты.
(29)При жизни бабушки ей всё-таки приходилось несколько сдерживаться. (30)Но когда бабушка умерла и домик перешёл в её владение, тётя Анна совсем запуталась. (31)Домик сейчас же был заложен, потом перезаложен. (32)Деньги немедленно уплыли. (33)А заработок её всё уменьшался. (34)Появились другие учительницы музыки, более молодые и талантливые, уроков становилось всё меньше.
(35)Под конец жизни тётя Анна жила в большой нужде в своём доме, приходившем всё в большее разрушение. (36)Сарай грозил обрушиться, подгнившие перемёты еле держались. (37)Но тётя доказывала, что это не опасно: дверь открывается внутрь и поддержит перемёт, если он обвалится в то время, когда в сарае человек. (38)Помогать ей было так же трудно и бесплодно, как запойному пьянице. (39)Пошлёшь ей к празднику пятьдесят рублей. (40)Через некоторое время придёт ответ. (41)«Милый Витя! (42)Большое тебе спасибо за присланные деньги. (43)На рубль я купила себе конфет. (44)Пять рублей дала на праздники Козловым. (45)Купила башмаки Лидочке Лочагиной, – они у ней совсем дырявые, и она постоянно простужается». (46)Далее всё в таком же роде. (47)И в заключение: «Вот видишь, скольким людям ты доставил радость присланными деньгами».
(48)Меня это, признаюсь, нисколько не радовало.
(По В.В. Вересаеву*)
* Викентий Викентьевич Вересаев (1867—1945) — русский писатель, врач, мемуарист.