В чём проявляется жизненная стойкость? Именно этот вопрос волнует А. Я. Бруштейн, автора предложенного текста. Писательница размышляет о людях, столкнувшихся с тяжёлой болезнью — потерей зрения, и показывает, что истинная сила духа заключается не в отсутствии страданий, а в способности не замыкаться на них, а продолжать жить и помогать другим.
Позиция автора заключается в том, что жизненная стойкость проявляется в деятельном преодолении собственного несчастья и в активном сострадании к окружающим. Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста.
Первым примером является мальчик Сашок, который, ослепнув после скарлатины, «необыкновенно быстро приспособился к слепоте». Он не ходит, как слепой, протянув вперёд руки, а передвигается на руках и перекувыркивается. На вопрос, почему он так делает, Сашок отвечает: «Привык…». И далее поясняет: «Нога — она что? Глупая… И ходит, как дура, ничего не разбирает. А рука всякую щепочку видит, всякую ямку на полу!» Этот пример свидетельствует о том, что жизненная стойкость проявляется в активной адаптации к самым страшным обстоятельствам. Сашок не просто смирился со слепотой, а нашёл способ жить полноценно, превратив свою беду в новый навык. Его стойкость — в движении, в поиске выхода, в преодолении пассивности.
Вторым примером является Александра Артемьевна. Это женщина, которая сама теряет зрение и понимает, что её случай неизлечим. Однако она «с утра и до ночи… занята чужими горестями». Она водит тех, кто совсем ослеп, в умывалку, в столовую, «вьётся вокруг тех, кто нуждается в участии». Автор подчёркивает, что «для всех у Александры Артемьевны находится и сердечное слово, и материнская улыбка, и добрая рука». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что стойкость проявляется в самоотдаче, в умении забыть о собственной боли ради других. Александра Артемьевна не позволяет своему горю разрушить её мир, а, напротив, строит его заново через помощь ближним.
Смысловая связь между приведёнными примерами — дополнение. В первом примере показана стойкость как преодоление физического недуга через активную деятельность, направленную на себя. Сашок учится жить в новых условиях, осваивая мир на свой лад. Во втором примере стойкость предстаёт как преодоление душевной боли через служение другим. Александра Артемьевна не ищет утешения для себя, а сама становится источником утешения для окружающих. Именно благодаря этому противопоставлению двух типов поведения формируется полное представление о том, что жизненная стойкость — это многогранное качество, включающее и личную активность, и альтруизм.
Я согласен с точкой зрения автора. Действительно, настоящая сила человека проверяется в беде, и проявляется она не в жалобах, а в действии. Например, в романе Бориса Полевого «Повесть о настоящем человеке» лётчик Алексей Мересьев, потеряв обе ноги, не только не сдался, но и вернулся в строй, научившись не только ходить на протезах, но и управлять истребителем. Его стойкость, как и стойкость героев Бруштейн, заключалась в отказе от уныния и в огромной внутренней работе, направленной на возвращение к полноценной жизни.
Итак, жизненная стойкость — это не пассивное терпение, а активная борьба с обстоятельствами и, что ещё важнее, деятельное сострадание к тем, кто рядом. Это умение, несмотря на собственную боль, находить в себе силы улыбаться и протягивать руку помощи, превращая страдание в источник внутренней силы.
(1)Я выхожу из больничной палаты. (2)За дверью – неожиданное видение: мальчик Сашок шествует по коридору на руках! (3)Иногда он еще и перекувыркивается через голову. (4)Сашок ещё недавно был акробатом, выступал в цирковом ансамбле вместе с отцом и матерью. (5)Глядя на полную свободу его движений, не сразу веришь, что этот шестилетний мальчик совершенно слеп. (6)Это понимаешь лишь при взгляде на его глаза. (7)Здесь, в Офтальмологическом институте имени академика В. П. Филатова (кратко все говорят: «здесь, у Филатова»), видишь очень много таких глаз. (8)Сашок ослеп недавно, после перенесенной им скарлатины, но необыкновенно быстро приспособился к слепоте. (9)Он и не ходит, как слепой, протянув вперёд руки и опасливо возя ногами по полу. (10)Он ступает всей ступней, как зрячий. (11)Когда Сашка спрашивают, почему он ходит не как все люди – на руках, – он коротко отвечает: – Привык… (12)А однажды объяснил подробнее: – Нога – она что? (13)Глупая… (14)И ходит, как дура, ничего не разбирает. (15)А рука всякую щепочку видит, всякую ямку на полу!?… (16)Георгий Дмитриевич, в недавнем прошлом известный инженер, уже два месяца находится здесь, в институте. (17)Все применённые до сих пор лечебные средства оказались безрезультатными. (18)Он садится рядом у окна и начинает один из своих обычных монологов: – Если бы шквал огня из сверхмощных орудий сокрушил стены вот этого самого Офтальмологического института имени академика В. П. Филатова… (19)Как вы думаете, что бы тогда произошло? (20)– По законам физики стенам полагалось бы рассыпаться в прах… (21)– А вот и нет! – возражает Георгий Дмитриевич. (22)– Не рассыпались бы. (23)Они остались бы стоять незыблемо, подпёртые изнутри густым перенасыщенным рассолом человеческих слёз… (24)И самое удивительное ведь не то, что страданий так много, а то, что они так дьявольски изобретательно разнообразны! (25)Так несхожи у разных людей!… (26)Володю Горева недавно оперировали. (27)Володя – совсем молодой инженер, недавно окончивший институт, красивый, весёлый, необыкновенно дружелюбный к людям. (28)И здесь все его любят; дети так просто влюблены в него! (29)Здесь – «у Филатова» – его лечат, считают его заболевание излечимым, и зрение у Володи улучшается, хотя ещё и очень медленно. (30)«Терпение! – повторяют ему врачи. (31)– Терпение!». (32)Но трудно даётся ему это терпение! (33)Володя никогда не жалуется, да это здесь и не в чести! (34)А хнычущих, жалующихся больных здесь сторонятся: у всякого хватает своего горя. (35)Даже Георгия Дмитриевича, облекающего свои жалобы в форму отвлечённых монологов, слушают не слишком охотно: «Стонет, как несмазанная дверь!». (36)А нас, слушающих его, стало больше. (37)Подошёл пожилой слепнущий врач Корнев из Ленинграда и маленькая тихая женщина Александра Артемьевна. (38)Александра Артемьевна смотрит вслед Георгию Дмитриевичу и тихонько качает головой. (39)– Мается человек… – говорит она негромко. (40)Но тут неожиданно сердится доктор Корнев. (41)Сердится и брюзжит совсем по-стариковски: – Мается он! (42)Да кто тут не мается? (43)Что это – курорт? (44)Плёл тут, плел! (45)Врал-врал! (46)Пропади он совсем! (47)Когда и Корнев уходит, сердито шаркая подошвами по паркету, Володя Горев рассказывает: – Знаете, этот Корнев был врачом детского санатория под Ленинградом. (48)Во время пожара он шестнадцать ребят из огня вынес. (49)А уж самому уйти не пришлось: хотел прыгнуть с балкона второго этажа – балкон рухнул вместе с ним. (50)Когда вылечился от ожогов, оказалось в одном глазу десять процентов зрения, в другом – и того меньше. (51)Теперь его здесь лечат. (52)Филатов сказал: поможет ему лечение… (53)– Значит, поможет, – спокойно говорит Александра Артемьевна. (54)– Филатов зря не скажет. (55)– Да уж! (56)Как же, Филатов… – ядовито поджав губки, встревает в разговор Нонна Александровна, мрачная старуха, похожая на тощую осеннюю ворону. (57)– Помогут ему, как же! (58)Что-то не вижу я здесь таких счастливцев, которым Филатов помогает! (59)– Смотреть не умеете! (60)Или не хотите видеть! – резко откликается Володя. (61)– А вы поднимитесь этажом выше, во второе отделение, – там чудеса увидите! (62)– Зачем же мне в чужое отделение ходить, чужие чудеса смотреть? (63)Я хочу, чтобы мне помогли, здесь, в нашем отделении, помогли! (64)Да и вы того же хотите, и все этого хотят, не скрывайте!? (65)И Нонна Александровна плывёт прочь. (66)Теперь мы с Александрой Артемьевной одни у окна. (67)Она удивительный человек. (68)Как многие из нас, она теряет зрение. (69)Сама врач, она понимает, что случай её неизлечимый. (70)Но с утра и до ночи Александра Артемьевна занята чужими горестями. (71)Как ни мало осталось у неё зрения, она водит тех, кто совсем ослеп, в умывалку, в столовую, в кабинет врача. (72)Вьётся вокруг тех, кто нуждается в участии, а таких здесь, ох, много. (73)И всем существом переживает чужие беды. (74)Любопытно, что перед Александрой Артемьевной здесь охотно раскрываются все, а о ней никто из нас, в сущности, ничего не знает. (75)Даже диагноз её болезни нам неизвестен, никогда она об этом, как и вообще о себе самой, не говорит. (76)В последнее время её, видимо, сильно мучают боли в глазах. (77)Это мы замечаем, но спросить не решаемся. (78)Знаем наперёд: она промолчит и тотчас же заговорит о чём-нибудь другом. (79)Для всех у Александры Артемьевны находится и сердечное слово, и материнская улыбка, и добрая рука, щедро протянутая для того, чтобы погладить растрёпанные головы и растревоженные души. (80)Да, душу тоже можно погладить, и те, что умеют это делать, счастливцы: к ним льнут люди.
(По А. Я. Бруштейн)