В современном мире, перенасыщенном развлекательным контентом, особенно остро встаёт вопрос о том, не превращается ли массовая культура в инструмент управления сознанием, лишающий человека подлинной свободы. Именно эту проблему поднимает Татьяна Устинова в предложенном тексте, заставляя задуматься о сущности свободы выбора и иллюзиях, навязанных современным обществом. Позиция автора наиболее ярко выражена в словах бабушки, Марины Тимофеевны, которая утверждает, что «массовая культура в современном мире – поролоновая игрушечка для безмозглых кошек», а сами молодые люди, считающие себя свободными, на самом деле находятся в рабстве у «повелителей», которые «говорят вам, как любить, куда смотреть, во что одеваться и что есть».
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Автор показывает диалог между бабушкой и её внучкой Настей вместе с подругой Джессикой. Настя, желая защитить свой вкус, восклицает: «Мы любим настоящее кино! Настоящее! „Низкие игры“, к примеру! Ты, небось, даже не слыхала! „Утопия“, „Баттл он Реймс“, „Паук Рембрандта“!» Этот пример иллюстрирует искреннюю убеждённость молодых людей в том, что они самостоятельно выбирают «настоящее» искусство, и их энтузиазм кажется непоколебимым. Однако автор подчёркивает, что этот выбор на самом деле продиктован внешними силами. Пояснение к этому примеру: Настя не видит, что её «настоящее кино» — это тоже продукт массовой индустрии, который потребляется ею как данность, без критического осмысления. Её бунт против бабушкиного мнения — лишь проявление той самой запрограммированности, о которой говорит Марина Тимофеевна.
Второй пример-иллюстрация раскрывает позицию бабушки, которая объясняет механизм этого «рабства». Она говорит: «Человек умирает от скуки на работе, и, если он ещё будет умирать от скуки вне работы, вскоре трудиться станет некому. Для того чтобы рабы не вымерли совсем, повелители придумали кино, которое вам так нравится! Много красивых и уродливых людей, уродство отлично развлекает, пейзажи, приключения». Этот пример показывает взгляд на индустрию развлечений как на средство отвлечения и контроля. Пояснение к нему: бабушка вскрывает корыстную подоплёку: массовое искусство создано не для духовного развития, а для того, чтобы заполнить пустоту и усталость человека, лишённого возможности «думать, читать, созерцать… сады Ватикана!».
Смысловая связь между этими двумя примерами-иллюстрациями является противопоставлением. В первом примере показано наивное, восторженное восприятие молодёжью своего культурного потребления как проявления свободы и индивидуальности. Во втором примере, напротив, бабушка разоблачает это потребление как форму запланированного отвлечения, лишающего человека подлинной жизни. Именно благодаря этому противопоставлению формируется правильное представление о проблеме: за внешней свободой выбора скрывается глубокая зависимость от стандартов, навязываемых «повелителями».
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, иллюзия свободного выбора в современной массовой культуре часто подменяет собой настоящую свободу, которая требует усилий, рефлексии и времени. Например, история знает множество примеров того, как тоталитарные режимы активно использовали массовое искусство для управления сознанием граждан. Вспомним роман-антиутопию Евгения Замятина «Мы», где Единое Государство использует «Музыкальный завод», чтобы создавать однообразные марши, лишающие людей индивидуальности и критического мышления. Как и в тексте Устиновой, герои Замятина уверены, что они счастливы и свободны, но на самом деле они — лишь винтики в системе, чьи желания запрограммированы. Так и в современном мире блестящие, но пустые фильмы и шоу служат той же цели: усыпить бдительность и заменить настоящую жизнь её суррогатом.
Итак, Татьяна Устинова в своём тексте поднимает очень серьёзную проблему: увлечение массовой культурой может превратить человека не в свободную личность, а в управляемую «кошку», которая довольствуется «поролоновой игрушечкой». Чтобы остаться по-настоящему свободным, необходимо научиться видеть за красивой обёрткой скрытые механизмы влияния и уметь ценить не только развлечение, но и тишину, труд мысли и настоящую, а не придуманную жизнь.
(2)Та стрельнула в бабку глазами, поёжилась, положила ложку и, глядя в пол, тихо-тихо проговорила, что хочет быть актрисой.
(3)– Ты любишь театр?
(4)Джессика совсем поникла и прошептала, что любит кино.
(5)– Какое же кино ты любишь? (6)Иностранное или отечественное?
(7)Джессика умоляюще посмотрела на Настю – спасай.
(8)– Ба, ты не смотришь кино, которые мы любим.
(9)– Вполне возможно, и всё же?..
(10)Настя закатила глаза.
(11)– Мы любим настоящее кино! – закричала она. (12)– Настоящее! (13)«Низкие игры», к примеру! (14)Ты, небось, даже не слыхала! (15)«Утопия», «Баттл он Реймс», «Паук Рембрандта»!
(16)– Я «Игру престолов» сильно люблю, – еле слышно призналась Джессика.
(17)– Ну, разумеется, – не моргнув глазом согласилась бабка. (18)– Великое произведение искусства.
(19)– А ты не знаешь, и не говори! (20)Ты хоть одну серию смотрела?!
(21)– Я посмотрела две, – проинформировала Марина Тимофеевна, и обе начинающие артистки уставились на неё в изумлении. (22)– Очень много голых людей и очень много коней. (23)Я быстро заскучала.
(24)– Ещё бы! (25)Это для молодых кино! (26)Для мо-ло-дых!
(27)– И бедных, – подхватила бабка. (28)– Для молодых и бедных.
(29)– При чём тут бедность?
(30)– Джессика, чай или кофе?.. (31)Или, может быть, кипячёного молока?.. – не дождавшись ответа, Марина Тимофеевна налила гостье чаю с молоком и стала неторопливо расправлять закатанные рукава рубашки. (32)– Видите ли, девочки, бедный человек не может позволить себе почти ничего, только ежедневную, изнурительную, очень скучную работу за мизерное жалование. (33)У него нет возможности думать, читать, созерцать… сады Ватикана!.. (34)Ему некогда и нет сил. (35)Он должен работать и кормить детей. (36)Но человек так устроен, что не может прожить без отвлечения и развлечения. (37)Даже в сталинских лагерях была самодеятельность! (38)И зэки пели и плясали, спектакли ставили, это исторический факт.
(39)– Ба, куда тебя понесло?! (40)Лагеря какие-то, зэки!.. (41)Что такое?!
(42)– Человек умирает от скуки на работе, и, если он ещё будет умирать от скуки вне работы, вскоре трудиться станет некому. (43)Для того чтобы рабы не вымерли совсем, повелители придумали кино, которое вам так нравится! (44)Много красивых и уродливых людей, уродство отлично развлекает, пейзажи, приключения. (45)Лошади скачут. (46)Иные миры угрожают нашему миру. (47)Наш мир угрожает большой любви. (48)Можно много интересного придумать и показать красиво!..
(49)– Повелители? – переспросила Настя, нахмурившись.
(50)– Ну, конечно, – безмятежно отозвалась бабка. (51)– Те, кто повелевает вами и правит миром. (52)Они говорят вам, как любить, куда смотреть, во что одеваться и что есть. (53)Вы же не можете себе позволить жить! (54)Вы можете только смотреть придуманную жизнь. (55)В кино или в Инстаграме, там тоже всё придумано, ни слова правды. (56)А вам нравится, разумеется, потому что это… весело.
(57)– Нам – это кому?
(58)Бабка подняла брови:
– Молодым и бедным. (59)Мы же о вас говорим.
(60)– А тебе, значит, кино никакое не нужно, Интернет тоже не нужен, потому что ты богатая и старая!
(61)– Ну да, – согласилась Марина Тимофеевна, и Настя вытаращила глаза.
(62)– Да у тебя пенсия двадцать тыщ, миллионерша! – в поисках поддержки Настя оглянулась на Джессику, но вид у той был перепуганный, никакой поддержки не получилось! (63)– Ты всю жизнь в музее просидела, никем не стала, даже знакомств никаких не завела!..
(64)– Тем не менее, у меня есть всё, чтобы жить счастливо, – не дрогнув, отрезала Марина Тимофеевна. (65)– Именно жить, а не коротать время за компьютером или у телевизора.
(66)Настя, которую сильно задело упоминание каких-то там «повелителей», злилась всерьёз. (67)Она свободный человек! (68)Она выросла, когда все оковы уже пали, мир стал един, у каждого человека появилось право на собственное мнение и возможность его высказать! (69)Повелители!.. (70)Да она в сто раз свободней бабки, которая, кажется, диссертацию защитила только с третьей попытки, потому что идеологически диссертация чему-то там не соответствовала!
(71)– Мы можем смотреть то, что захотим, и делать то, что считаем нужным, – начала она. (72)– В отличие от вас! (73)Вы ходили по струнке и в школьной форме!
(74)Бабка засмеялась:
– Ну, разумеется, школьная форма – символ рабства.
(75)– Вот именно, дорогая бабушка!
(76)– Форма – это просто форма, – и она снова засмеялась. (77)– У вас ведь тоже форма, только вы этого не замечаете, бедные. (78)Вы ходите в джинсах и толстовках, и они все одинаковые. (79)Да вы сейчас друг на друга посмотрите, девочки!..
(80)– Ну и что? – запальчиво сказала Настя. (81)– Ну, джинсы, ну, толстовки! (82)Нам так нравится!
(83)– Вот именно, – заключила Марина Тимофеевна. (84)– Вам нравится. (85)Кошке тоже нравятся диван и лоток, к которым её определили хозяева. (86)Она даже не догадывается, что есть сад, трава, забор, птичка, на которую можно поохотиться, и соседская собака, которую нужно остерегаться! (87)И это жизнь, девочки! (88)А диван и лоток – рабство, хотя есть корм и поролоновая игрушечка. (89)К сожалению, массовая культура в современном мире – поролоновая игрушечка для безмозглых кошек…
(По Т. В. Устиновой*)
*Татьяна Витальевна Устинова (род. в 1968 г.) - российская писательница-прозаик, автор детективных романов, сценарист, переводчик и телеведущая.