(1)Хочу в заключение сказать насчёт сорного языка, на который сейчас у нас жалуются. (2)Что правда — то правда, особенно среди беженства, где каждый вносит в речь русскую из…

«Что делать с сорным языком?» – такова проблема, которая интересует Михаила Андреевича Осоргина, автора предложенного текста. Его позиция заключается в следующем: засорение русского языка иноязычными словами – явление не новое, но опасное, и с ним необходимо бдительно бороться, особенно писателям, призванным быть хранителями чистоты речи.

Чтобы обосновать позицию автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Михаил Андреевич Осоргин, рассуждая о современных ему языковых издержках, указывает на историческую преемственность этой беды. Он отмечает, что «особенно среди беженства, где каждый вносит в речь русскую из чужого языка, так что не всегда и разберёшь». Однако писатель подчёркивает, что «это не новость, и раньше на то же жаловались». Этот пример свидетельствует о том, что Осоргин видит корни проблемы не в сиюминутной моде, а в давней тенденции, особенно обостряющейся в среде эмиграции, где языковая среда особенно уязвима.

Кроме того, автор акцентирует внимание на конкретном историческом свидетельстве, цитируя горестный упрёк из книги Курганова 1769 года. Осоргин приводит яркую, нарочито искажённую фразу того времени: «„Я в дистракции и дезеспере; аманта моя зделала мне инфиделите, а я, а ку сюр против риваля своего буду реванжироваться"». Писатель добавляет, что автор «Российской универсальной грамматики» «очень сердится, что ввели такие противные слова, как «лорнет» и «имитация», да ещё и мамку произвели в «гувернанта»». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что борьба за чистоту языка имеет глубокие традиции, а смешение языков порой доходит до абсурда, рождая нелепые и «противные» гибриды, оскорбляющие слух и смысл.

Смысловая связь между приведёнными примерами – аналогия. В первом примере автор констатирует факт современного ему языкового засорения в среде беженцев. Во втором примере он демонстрирует, что аналогичная ситуация, вызывающая такую же резкую критику, существовала и полтора века назад. Именно благодаря этому сопоставлению формируется убедительное представление о цикличности и устойчивости данной проблемы: каждое поколение сталкивается с волной неуместных заимствований и вынуждено с ней бороться.

Я полностью согласен с точкой зрения Михаила Андреевича Осоргина. Действительно, неконтролируемое внедрение иноязычных слов, когда в языке существуют точные и ясные аналоги, обедняет речь, делает её непонятной и лишает её самобытной красоты. Позиция автора особенно актуальна в наш цифровой век, когда поток англицизмов обрушивается на русский язык с невиданной силой. Например, сегодня мы нередко слышим, как вместо понятного «управляющий» говорят «менеджер», вместо «собрания» – «митинг», а вместо «возможностей» – «опций». Порой это приводит к комичным ситуациям, когда человек, желая блеснуть «современностью», говорит нечто вроде «зафиксируем этот инсайт для дальнейшего дедлайна», хотя мог бы выразиться просто и ясно: «отметим эту мысль для выполнения в срок». Так же, как и во времена Курганова, неумное заимствование становится не инструментом обогащения, а сорняком, заглушающим живую ткань родной речи.

Итак, проблема чистоты языка, поднятая Осоргиным, остаётся острой и сегодня. История, как показывает автор, учит нас бдительности. Писатели, журналисты, учителя – все, кто работает со словом, – несут особую ответственность. Они, помня завет Сумарокова, что «довольно наш язык в себе имеет слов», должны противостоять бездумному засорению речи, отстаивая её богатство, точность и ясность для будущих поколений.