«Каковы признаки настоящего искусства?» — такова проблема, которую ставит Т. Толстая, современная писательница, размышляя о природе творчества и его воздействии на человека. Автор противопоставляет два вида искусства — театр и кинематограф — чтобы выявить, в чём заключается подлинное преображение реальности, способное захватить зрителя.
Позиция Т. Толстой заключается в том, что настоящее искусство должно обладать магической силой полного погружения, «окончательного обмана», когда зритель забывает о реальности и оказывается в мире иллюзий. Эту способность писательница находит в кинематографе, который, по её словам, «притворяется, что всё, что вы видите, — правда», в отличие от театра, открыто признающего свою условность.
Чтобы обосновать свою точку зрения, автор приводит два примера. Первый связан с разочарованием рассказчицы в театре. Она описывает сцену, где «пожилой дядька в камзоле с пышными рукавами, с большим бархатным животом, колыхавшимся над тоненькими ножками» вопрошает героиню, а «грузная тётенька гавкнула в ответ: “Осьмнадцать лет!”». Эта нелепая условность вызывает у героини «ужасное смятение и стыд», разрушая её попытки полюбить театр. Т. Толстая подчёркивает, что, несмотря на внешний лоск — «нарядных людей», «занавеси из парашютного шёлка», — театр остаётся для неё чужим «храмом» с ложными «богами», потому что не способен преодолеть барьер между зрителем и сценой.
Второй пример посвящён кинотеатру «Арс», представляющему собой «плохонький сарайчик на площади». Здесь, среди «неудобных сидений» и «кислого запаха сырых пальто», происходит чудо: «удар луча — и всё, понеслось». Экран превращается в «пространство, мир, полёт», зритель переступает «черту», где начинается «сон, мираж, мечта». Автор акцентирует внимание на контрасте между убогостью кинотеатра и волшебством происходящего на экране, доказывая, что суть искусства — не в обстановке, а в умении «преобразить» реальность, заставить поверить в невозможное.
Смысловая связь между примерами основана на противопоставлении. Театр, даже будучи «храмом» с традициями, вызывает отторжение своей искусственностью, тогда как кино, несмотря на внешнюю невзрачность, дарит подлинное чудо. Именно это противопоставление позволяет Т. Толстой сделать вывод: настоящее искусство рождается там, где исчезает грань между действительностью и вымыслом, захватывая зрителя целиком.
Я согласна с автором. Искусство, которое не трогает душу, не погружает в иную реальность, становится пустой формой. Примером может служить роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита». Читатель, следя за полётом Маргариты над Москвой или встречей Понтия Пилата с Иешуа, забывает, что перед ним вымысел. Магия текста настолько сильна, что реальность книги затмевает окружающий мир, подтверждая мысль Т. Толстой: истинное искусство — это «преображение», победа воображения над обыденностью.
Таким образом, признаки настоящего искусства — способность создавать иллюзию правды, увлекать в мир грёз, стирая границы между возможным и невозможным. Как пишет Т. Толстая, оно должно быть «для детей», то есть для тех, кто готов верить в чудо, ведь только тогда искусство становится подлинным проводником в неизведанное.
(4)а между тем в театре было тепло, в зале приятно и сложно пахло, в фойе гуляли нарядные люди, окна были укутаны шторами из парашютного шёлка, будто кучевыми облаками. (5)да, храм. (6)наверное. (7)но это не мой храм, и боги в нём не мои.
(8)а вот совсем другое дело – кинотеатр «арс», плохонький сарайчик на площади. (9)там неудобные деревянные сиденья, там сидят в пальто, там мусор лежит на полу. (10)там не встретишь «завзятых театралов», принаряженных дам, заранее оскорблённых тем, что они, люди приличные, вынуждены три часа провести в обществе ничего не смыслящих профанов. (11)там толпа вваливается и рассаживается, гремя сиденьями и распространяя кислый запах сырых пальто. (12)сейчас начнут. (13)это – счастье. (14)это – кино.
(15)медленно гасят свет. (16)стрекотание проектора, удар луча – и всё, понеслось. (17)перейдена черта, прошёл этот неуловимый миг, когда плоский и туповатый экран растворился, исчез, стал пространством, миром, полётом. (18)сон, мираж, мечта. (19)преображение.
(20)да, я, безусловно, простой и примитивный кинозритель, как большинство людей. (21)от кино я именно и жду полного преображения, окончательного обмана – «чтоб не думать зачем, чтоб не помнить когда». (22)театр на это не способен, да и не претендует.
(23)театр для тех, кто любит живых актёров и милостиво прощает им их несовершенства в обмен на искусство. (24)кино для тех, кто любит сны и чудеса. (25)театр не скрывает, что всё, что вы видите, – притворство. (26)кино притворяется, что всё, что вы видите, – правда. (27)театр – для взрослых; кино – для детей. (по т. толстой)*
* толстая татьяна никитична (род. в 1951 г.) – современная писательница, телеведущая, филолог.