Важность преодоления жизненных трудностей по тексту К. Э. Циолковского «В деле прогресса человечества мы редко замечаем влияние наследственности…»

(1)В деле про­грес­са че­ло­ве­че­ства мы редко за­ме­ча­ем вли­я­ние на­след­ствен­но­сти. (2)Все эти фа­ра­деи, эдис­со­ны, форды, грам­мы, ко­лум­бы, ватты, сте­фен­со­ны, нью­то­ны, ла­пла­сы, фран­кли­ны и про­чие вышли из на­ро­да и не имели та­лант­ли­вых пред­ков. (3)Ни­ка­ких сле­дов на­след­ствен­но­сти мы тут не видим. (4)Ясно, что гений более создаётся усло­ви­я­ми, чем пе­ре­даётся от ро­ди­те­лей или дру­гих пред­ков. (5)Та­лан­ты у пред­ков, может быть, и были, но, оче­вид­но, на весь мир не про­яв­ля­лись: они выража­лись ме­лоч­но.
(6)Толь­ко в очень ред­ких слу­ча­ях ска­зы­ва­ет­ся явно на­след­ствен­ность да­ро­ва­ний. (7)Так, Гер­шель-сын и Дар­вин-сын были зна­ме­ни­ты, хотя да­ле­ко не так, как их отцы. (8)Но при­ме­ров таких в ис­то­рии го­раз­до мень­ше, чем об­рат­ных, по­это­му вывод на­пра­ши­ва­ет­ся такой: гений создаётся не­из­вест­ны­ми нам усло­ви­я­ми и под­хо­дя­щей средой.
(9)И всё же нель­зя це­ли­ком от­ри­цать и вли­я­ние на­след­ствен­но­сти. (10)По­это­му я пре­жде всего рас­ска­жу то не­мно­гое, что я знаю о моих ро­ди­те­лях и их роде. (11)В детстве и мо­ло­до­сти меня это ни­сколь­ко не ин­те­ре­со­ва­ло и я ни­че­го не узна­вал. (12)Потом ещё и глу­хо­та тому по­ме­ша­ла.
(13)Ха­рак­тер отца был бли­зок к хо­ле­ри­че­ско­му. (14)Отец все­гда был хо­ло­ден, сдер­жан. (15)Среди зна­ко­мых слыл умным че­ло­ве­ком и ора­то­ром, среди чи­нов­ни­ков — нетер­пи­мым по своей иде­аль­ной чест­но­сти. (16)Вид имел мрач­ный. (17)Редко сме­ял­ся. (18)Был страш­ный кри­ти­кан и спор­щик. (19)Ни с кем не со­гла­шал­ся, но, ка­жет­ся, не го­ря­чил­ся. (20)От­ли­чал­ся силь­ным и тяжёлым для окру­жа­ю­щих ха­рак­те­ром. (21)Ни­ко­го не тро­гал и не оби­жал, но все при нём стес­ня­лись. (22)Мы его бо­я­лись, хотя он ни­ко­гда не поз­во­лял себе ни яз­вить, ни ру­гать­ся, ни тем более драть­ся.
(23)При­стра­стие у него было к изоб­ре­та­тель­ству и стро­и­тель­ству. (24)Меня ещё не было на свете, когда он при­ду­мал и устро­ил мо­ло­тил­ку, – увы, не­удач­но! (25)Стар­шие бра­тья рас­ска­зы­ва­ли, что он с ними стро­ил мо­де­ли домов и двор­цов. (26)Вся­кий фи­зи­че­ский труд и са­мо­де­я­тель­ность он по­ощ­рял в нас. (27)Мы почти всё де­ла­ли все­гда сами.
(28)Мать была со­вер­шен­но дру­го­го ха­рак­те­ра: на­ту­ра санг­ви­ни­че­ская, да­ро­ви­тая, хо­хо­ту­нья, на­смеш­ни­ца. (29)В отце пре­об­ла­да­ли ха­рак­тер, сила воли, в ма­те­ри же — та­лант­ли­вость. (30)Её пение мне очень нра­ви­лось. (31)Тем­пе­ра­мент отца уме­рял при­род­ную пыл­кость и лег­ко­мыс­лие ма­те­ри.
(32)У ро­ди­те­лей было пре­не­бре­же­ние к одеж­де, к на­руж­но­сти и ува­же­ние к чи­сто­те и скром­но­сти. (33)Осо­бен­но у отца. (34)Зимой мы хо­ди­ли в дешёвых по­лу­шуб­ках, а летом и дома — в ру­баш­ках. (35)Иной одеж­ды, ка­жет­ся, не было — я даже на учи­тель­скую долж­ность ехал в по­лу­шуб­ке, при­кры­том дешёвым ба­ла­хо­ном. (36)Исключение было для уча­щих­ся в шко­лах. (37)По край­ней мере, были сюр­ту­ки (тогда в шко­лах блуз не но­си­ли).
(38)Отец был здо­ров: я не помню его боль­ным. (39)Толь­ко после смер­ти ма­те­ри у него сде­ла­лись при­ли­вы крови к мозгу (в 50 лет), и он всю осталь­ную жизнь носил на го­ло­ве ком­пресс.
(40)Мать тоже была хо­ро­ше­го здо­ро­вья. (41)Ни­ко­гда не видел её в по­сте­ли, ни­ко­гда не за­ме­чал пры­щи­ка на её лице.
(42)Как же ска­за­лись на мне свой­ства ро­ди­те­лей? (43)Я думаю, что по­лу­чил со­еди­не­ние силь­ной воли отца с та­лант­ли­во­стью ма­те­ри. (44)По­че­му же не ска­за­лось то же у бра­тьев и сестёр? (45)А по­то­му, что они были нор­маль­ны­ми и счаст­ли­вы­ми. (46)Меня же уни­жа­ла всё время глу­хо­та, бед­ная жизнь и не­удо­вле­творённость. (47)Но имен­но она то и дело под­го­ня­ла мою волю, за­став­ля­ла ра­бо­тать, ис­кать.
(48)Воз­мож­но, что ум­ствен­ные за­дат­ки у меня сла­бее, чем у бра­тьев: я же был мо­ло­же всех и по­то­му по­не­во­ле дол­жен быть сла­бее ум­ствен­но и фи­зи­че­ски. (49)И только край­нее на­пря­же­ние сил сде­ла­ло меня тем, что я есть. (50)Глу­хо­та — ужас­ное не­сча­стье, и я ни­ко­му её не желаю. (51)Но всё-таки те­перь при­знаю её ве­ли­кое зна­че­ние в моей де­я­тель­но­сти — в связи, ко­неч­но, с дру­ги­ми усло­ви­я­ми. (52)Без­услов­но, при­чин ещё мно­же­ство: на­при­мер, на­след­ствен­ность, удач­ное со­че­та­ние роди­те­лей, гнёт судь­бы. (53)Но всего пред­ви­деть и по­нять не­воз­мож­но.
(По К. Э. Циол­ков­ско­му*)
*Кон­стан­тин Эду­ар­до­вич Циол­ков­ский (1857-1935) — рус­ский и со­вет­ский учёный, раз­ра­ба­ты­вав­ший тео­ре­ти­че­ские во­про­сы кос­мо­нав­ти­ки.