Авторское отношение к главному герою повести «Шинель» двойственно, что также проявляется в приведённом фрагменте.
С одной стороны, Акакий Акакиевич — хороший работник и человек, который не только любит своё занятие, но и не жалеет душевных сил для выполнения работы. Так, автор отмечает, что Башмачкин видел «в этом переписыванье» «разнообразный и богатый мир», у героя даже некоторые буквы были «фавориты», и, когда он «добирался» до одной из них, то «был сам не свой». Акакия Акакиевича также не тревожил его внешний вид или одежда других людей, так как на улице обыкновенно был погружён в мысли о своём любимом деле. В этом проявляется положительное отношение автора к главному герою.
С другой стороны, Башмачкин — это интеллектуально ограниченный человек, который не стремится к чему-то новому. Так, «один директор» предложил герою выполнить более сложную работу, которая заключалась не просто в переписывании, но и в том, «чтобы переменить заглавный титул да переменить кое-где глаголы из первого лица в третье». Акакий Акакиевич, несмотря на примитивность поставленной задачи, не смог с ней справиться и «это задало ему такую работу, что он вспотел совершенно». В этой интеллектуальной неразвитости и слабости проявляется отрицательное отношение автора к главному герою.
Итак, оценка автором Акакия Акакиевича неоднозначна. Он, с одной стороны, отмечает любовь Башмачкина к своему делу и рачительность в исполнении своих обязанностей, а с другой — видит в герое примитивного человека, не способного на развитие.
Вряд ли где можно было найти человека, который так жил бы в своей должности. Мало сказать: он служил ревностно, – нет, он служил с любовью. Там, в этом переписыванье, ему виделся какой-то свой разнообразный и приятный мир. Наслаждение выражалось на лице его; некоторые буквы у него были фавориты, до которых если он добирался, то был сам не свой: и подсмеивался, и подмигивал, и помогал губами, так что в лице его, казалось, можно было прочесть всякую букву, которую выводило перо его. Если бы соразмерно его рвению давали ему награды, он, к изумлению своему, может быть, даже попал бы в статские советники; но выслужил он, как выражались остряки, его товарищи, пряжку в петлицу да нажил геморрой в поясницу. Впрочем, нельзя сказать, чтобы не было к нему никакого внимания. Один директор, будучи добрый человек и желая вознаградить его за долгую службу, приказал дать ему что-нибудь поважнее, чем обыкновенное переписывание; именно из готового уже дела велено было ему сделать какое-то отношение в другое присутственное место; дело состояло только в том, чтобы переменить заглавный титул да переменить кое-где глаголы из первого лица в третье. Это задало ему такую работу, что он вспотел совершенно, тер лоб и наконец сказал: «Нет, лучше дайте я перепишу что-нибудь». С тех пор оставили его навсегда переписывать. Вне этого переписыванья, казалось, для него ничего не существовало. Он не думал вовсе о своем платье: вицмундир у него был не зеленый, а какого-то рыжевато-мучного цвета. Воротничок на нем был узенький, низенький, так что шея его, несмотря на то что не была длинна, выходя из воротника, казалась необыкновенно длинною, как у тех гипсовых котенков, болтающих головами, которых носят на головах целыми десятками русские иностранцы. И всегда что-нибудь да прилипало к его вицмундиру: или сенца кусочек, или какая-нибудь ниточка; к тому же он имел особенное искусство, ходя по улице, поспевать под окно именно в то самое время, когда из него выбрасывали всякую дрянь, и оттого вечно уносил на своей шляпе арбузные и дынные корки и тому подобный вздор. Ни один раз в жизни не обратил он внимания на то, что делается и происходит всякий день на улице, на что, как известно, всегда посмотрит его же брат, молодой чиновник, простирающий до того проницательность своего бойкого взгляда, что заметит даже, у кого на другой стороне тротуара отпоролась внизу панталон стремешка, – что вызывает всегда лукавую усмешку на лице его.
1. Соответствие ответа заданию
Ответ на вопрос дан и свидетельствует о понимании текста приведённого фрагмента/стихотворения (2 из 2).
2. Привлечение текста произведения для аргументации
Для аргументации суждений текст привлекается на уровне анализа важных для выполнения задания фрагментов, образов, микротем, деталей и т.п., авторская позиция не искажена, фактические ошибки отсутствуют (2 из 2).
3. Логичность и соблюдение речевых норм
Допущено не более одной ошибки каждого вида: логическая и/или речевая (суммарно не более двух ошибок) (1 из 2).
Речевая ошибка:
"любовь Башмачкина к своему делу и рачительность в исполнении своих обязанностей" - повтор: свой.
Дополнительно
"и, когда он «добирался» до одной из них, то" - запятая перед "когда" не требуется.
"не просто в переписывании, но и в том" - не только... но и в том. Либо: не просто... а в том.
Таким образом, 5 из 6.