Мы никогда не задумывались над тем, насколько похожи жизни большинства людей. Без сомнения, все люди разные, однако их образ жизни стремительно подчиняется установленным в обществе шаблонам, также широко распространяются и традиционные жизненные ценности. Возможно ли отказаться от общепринятых шаблонов? Почему некоторые люди отказываются от устоявшихся идеалов? Над этими и другими вопросами в своем тексте размышляет русский писатель А. И. Герцен, поднимая проблему отрицания традиционных жизненных ценностей.
Обратимся к тексту. Для раскрытия поставленной проблемы автор знакомит нас с героем текста — Химиком, как его называли родственники рассказика. Повествуя о его жизни, писатель убеждает нас в том, что есть люди, чьи личные убеждения очень сильно отличаются от общепринятых. Это проявляется в различии жизненных ценностей и, как правило, приводит к формированию нестандартного образа жизни. Герой данного текста оказался одним их таких людей. Герцен показывает позицию Химика относительно многих жизненных вопросов, чтобы это доказать: Химик неохотно говорил о философии, поскольку считал её «болтовнёй», не верил в людей, объясняя это тем, что единственным мотивом человеческой деятельности является эгоизм. Более того, он совершенно не признавал семейную жизнь, брак, а также любовь к женщинам, что подтверждается в этих строках: «… он прожил тридцать лет, не любя ни одной женщины». Таким образом, Герцен в своем тексте даёт понять, что существуют люди, готовые отрицать традиционные жизненные ценности.
Также писатель показывает проблему с другой стороны. В тесте содержится мысль о том, что, несмотря на существенные различия в мировоззрении разных людей, каждый без исключения человек любит свою мать и старается заботиться о ней, окружая теплотой и вниманием. В тексте упоминается о теплом отношении Химика к матери. Чтобы подчеркнуть исключительность этого чувства в жизни Химика, Герцен называет его «тёплой струйкой» в этом «охлаждённом человеке». Автор акцентирует на этом внимание, чтобы показать способность Химика чувствовать; любовь к матери можно назвать слабым местом этого сильного человека. В тексте оговариваются причины таких близких отношений — они связаны с бедствиями, которые мать с сыном пережили вместе. Химик проявлял любовь, как умел: покоем и вниманием. Этот пример показывает, что даже такой независимый и отрешённый человек, как химик, может отрицать не все ценности. Любовь к матери является исключением.
Оба эти примера показывают, что некоторые люди отказываются от общепринятых ценностей в угоду своим собственным, однако есть те ценности, которые невозможно игнорировать, например, любовь к матери.
По мнению автора, пойти своим путём, невзирая на установленные обществом шаблоны и модели поведения, может только человек, твёрдый в своих убеждениях и уверенный в правильности выбранного жизненного пути.
Мне близка позиция автора. Я считаю, что способность бросить вызов системе и следовать своим целям, даже если они не укладываются в установленные рамки разумного — это большая сила, которую имеют немногие. В качестве примера приведу книгу Макса Фрая «Чужак». Герой, от лица которого ведётся повествование, чувствовал себя некомфортно все детство, когда был вынужден следовать расписанию, ходить в школу, делать то, что ему говорят; особенно его не устраивал ранний подъем. Зато он любил жизнь в своих сновидениях, в которых он чувствовал себя абсолютно свободным и счастливым. Именно поэтому в один момент он покинул Земной мир и отправился в город Эхо, находящийся в другом измерении, где были оценены его магические способности. Там герой начал новую жизнь, полную чудес и приключений, которые будут описаны в следующих книгах Макса Фрая. Данный пример показывает, что некоторые люди могут отказаться от традиционных ценностей и выбрать ту жизнь, которая сделает их счастливыми.
Подводя итог вышесказанному, хочется добавить, что в мире живёт огромное количество людей. Кто-то наслаждается своей размеренной, хоть и однообразной, жизнью; а кто-то отказывается жить в соответствии с установленными нормами и следует своим целям, даже если они могут показаться необычными и нестандартными окружающим людям.
(3)Мои родственники называли его не иначе как Химик, придавая этому слову порицательный смысл и подразумевая, что химия вовсе не может быть занятием порядочного человека.
(4)С самого начала нашего знакомства Химик увидел, что я серьёзно занимаюсь, и стал уговаривать, чтоб я бросил «пустые» занятия литературой и принялся за естественные науки. (5)Химик дал мне речь Кювье о геологических переворотах. (6)Видя, что чтение у меня идёт на пользу, он предложил превосходные собрания, снаряды, гербарии и даже собственное руководство. (7)Он на своей почве был очень занимателен, чрезвычайно учён, остёр и даже любезен, но для этого не надобно было ходить дальше обезьян; от камней до орангутана его всё интересовало, далее он неохотно пускался, особенно в философию, которую считал болтовнёй.
(8)Он не был ни консерватором, ни отсталым человеком, он просто не верил в людей, то есть верил, что эгоизм — исключительное начало всех действий, находил, что его сдерживает только безумие одних и невежество других.
(9)Меня возмущал его материализм. (10)Поверхностный и со страхом пополам вольтерианизм наших отцов нисколько не был похож на материализм Химика.
(11)Его взгляд отличался спокойствием, последовательностью, завершенностью и напоминал известный ответ Лаланда Наполеону. (12)«Кант принимает гипотезу Бога», — сказал ему Бонапарт. (13)«Государь, — возразил астроном, — мне в моих занятиях никогда не случалось нуждаться в этой гипотезе».
(14)Взгляд его становился ещё безотраднее во всех жизненных вопросах.
(15)Он находил, что на человеке так же мало лежит ответственности за добро и зло, как на звере; что всё - дело организации, обстоятельств и вообще устройства нервной системы, от которой больше ждут, нежели она в состоянии дать. (16)Семейную жизнь он не любил, говорил с ужасом о браке и наивно признавался, что он прожил тридцать лет, не любя ни одной женщины. (17)Впрочем, одна тёплая струйка в этом охлаждённом человеке ещё оставалась, она была видна в его отношениях к старушке матери; они много страдали вместе от отца, бедствия сильно сплавили их; он трогательно окружал одинокую и болезненную старость её, насколько умел, покоем и вниманием.
(18)Теорий своих, кроме химических, он никогда не проповедовал, они высказывались случайно, вызывались мною. (19)Он даже нехотя отвечал на мои романтические и философские возражения; его ответы были коротки, он их делал улыбаясь и с той деликатностью, с которой большой старый мастиф играет со шпицем, позволяя ему себя теребить и только легко отгоняя лапой. (20)Но это-то меня и дразнило всего больше, и я неутомимо возвращался к разговору, не выигрывая, впрочем, ни одного пальца почвы. (21)Впоследствии, то есть лет через двенадцать, я много раз поминал Химика так, как поминал замечания моего отца; разумеется, он был прав в трёх четвертях всего, на что я возражал. (22)Но ведь и я был прав.
(23)Есть истины, которые, как политические права, не передаются раньше известного возврата.
(24)Влияние Химика заставило меня избрать физико-математическое отделение; ещё лучше было бы вступить в медицинское, но беды большой в том нет, что я сперва посредственно выучил, потом основательно забыл дифференциальные и интегральные исчисления.
(35)Без естественных наук нет спасения современному человеку, без этой здоровой пищи, без этого строгого воспитания мысли фактами, без этой близости к окружающей нас жизни, без смирения перед её независимостью — где-нибудь в душе остаётся монашеская келья и в ней мистическое зерно, которое может разлиться тёмной водой по всему разумению.
(По А. Герцену*)
*Александр Пванович Герцен (1812-1870) — русский публицист, писатель, педагог, философ, автор мемуарной хроники «Былое и думы».