В одном из своих интервью известный писатель А. Солженицын очень метко подметил, насколько важна роль искусства в жизни каждого человека. По мнению писателя «искусство развивает нежные свойства души», помогая человеку становиться лучше и добрее. Предназначение каждого человека в том, считает А. Солженицын, чтобы развивать в себе те лучшие качества, которыми человека одарила природа. Даже если человек наделен добродетелью с детства, но ничего не делает для собственного самоусовершенствования, он не сможет выполнить то, что ему назначено судьбой. Поэтому искусству как важному средству на пути к нравственным ориентирам надлежит сыграть одну из ведущих ролей в жизни человека.
Трудно найти человека, которого бы не восхищала прекрасная мелодия, картина, написанная рукой настоящего мастера или литературное произведение. По мнению писателя это происходит от того, что искусство всегда правдиво передает самые важные жизненные события, которые спустя много веков будут восприниматься возможно по-разному, но всегда будут будить мысли и вызывать раздумья, не оставляя никого равнодушным. Триединство Добра, Истины и Красоты лежит в основе настоящего искусства. Не случайно слова Достоевского о том, что красота спасет мир, несут глубокий философский смысл. Особенно важно это понимать в наш век прогресса, на фоне которого подменяются истинные ценности. По этому поводу А. Солженицын высказывается, что в современном мире «люди стали терять душу» ради материальных благ. Именно лучшие творения знаменитых художников, архитекторов, композиторов и писателей способны, по словам Солженицына готовить человека к жизни, открывая ему всю ее полноту и разнообразие.
Так К. Паустовский, характеризуя творчество А.П. Чехова, обращает внимание на нравственные качества личности, которые писатель открывает своему читателю. По мнению Паустовского без произведений Чехова человек был бы «беднее духом и сердцем». Чеховские рассказы и повести насквозь пронизаны темой добра и уважения к личности. В рассказе «Крыжовник» писатель обращается к читателям с призывом не наслаждаться эгоистично тем, что имеешь, а всегда помнить о тех, кто лишен элементарных вещей. Рассказ Чехова «Размазня» учит отстаивать собственное мнение и протестовать против несправедливости.
Написанное в годы войны стихотворение К. Симонова «Жди меня» помогло многим в трудную минуту. Оно поддерживало матерей, жен и любимых в то время, когда сыновья, отцы, мужья стояли насмерть, не уступая без боя и пяди родной земли. Это стихотворение читали как молитву и верили, что дождутся своего солдата с войны. Многих эта вера спасла от верной гибели. В этом и есть великая сила искусства.
(4)И ошибались, и ошибутся все предсказатели, что искусство разложится, изживёт свои формы, умрёт. (5)Умрём — мы, а оно — останется. (6)И ещё поймём ли мы до нашей гибели все стороны и все назначенья его?
...(7)Искусство растепляет даже захоложенную, затемнённую душу к высокому духовному опыту. (8)Посредством искусства иногда посылаются нам, смутно, коротко, — такие откровения, каких не выработать рассудочному мышлению.
(9)Как то маленькое зеркальце сказок: в него глянешь и увидишь — не себя, — увидишь на миг Недоступное, куда не доскакать, не долететь. (10)И только душа занывает...
(11)Достоевский загадочно обронил однажды: «Мир спасёт красота». (12)Что это? (13)Мне долго казалось — просто фраза. (14)Как бы это возможно? (15)Когда в кровожадной истории, кого и от чего спасала красота? (16)Облагораживала, возвышала — да, но кого спасла?
(17)Однако есть такая особенность в сути красоты, особенность в положении искусства: убедительность истинно художественного произведения совершенно неопровержима и подчиняет себе даже противящееся сердце. (18)Политическую речь, напористую публицистику, программу социальной жизни, философскую систему можно по видимости построить гладко, стройно и на ошибке, и на лжи; и что скрыто, и что искажено — увидится не сразу. (19)А выйдет на спор противонаправленная речь, публицистика, программа, иноструктурная философия, — и всё опять так же стройно и гладко, и опять сошлось. (20)Оттого доверие к ним есть — и доверия нет.
(21)Попусту твердится, что к сердцу не ложится.
(22)Произведение же художественное свою проверку несёт само в себе: концепции придуманные, натянутые не выдерживают испытания на образах: разваливаются и те и другие, оказываются хилы, бледны, никого не убеждают. (23)Произведения же, зачерпнувшие истины и представившие нам её сгущённо-живой, захватывают нас, приобщают к себе властно, — и никто, никогда, даже через века, не явится их опровергать.
(24)Так может быть, это старое триединство Истины, Добра и Красоты не просто парадная обветшалая формула, как казалось нам в пору нашей самонадеянной материалистической юности? (25)Если вершины этих трёх дерев сходятся, как утверждали исследователи, но слишком явные, слишком прямые поросли Истины и Добра задавлены, срублены, не пропускаются, — то может быть причудливые, непредсказуемые, неожидаемые поросли Красоты пробьются и взовьются в то же самое место и так выполнят работу за всех трёх?