Счастливого нового года от критики24.ру критика24.ру
Верный помощник!

РЕГИСТРАЦИЯ
  вход
забыли пароль?





ПОИСК:

У нас более 50 000 материалов воспользуйтесь поиском! Вам повезёт!


Мастерство Лермонтова- психолога (*Общие критические статьи)


Мастерство Лермонтова – психолога в романе «Герой нашего времени»

1) Особенности композиции романа М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»

К особенностям композиции романа Лермонтова можно отнести нарушение хронологической последовательности в изложении событий и наличие в нём трёх рассказчиков: Максим Максимыч, странствующий офицер и Печорин. Причина такого сложного построения романа заключается в той художественной задаче, которую ставил перед собой писатель: постепенно раскрыть характер главного героя. В романе главы располагаются следующим образом: «Бэла» - «Максим Максимыч» - «Тамань» - «Княжна Мери» - «Фаталист». Если бы мы расположили главы в хронологической последовательности, то главы должны были идти в таком порядке: «Тамань» - «Княжна Мери» - «Фаталист» - «Бэла» - «Максим Максимыч».

Вот как происходили события в историческом времени.


Печорина за какую-то скандальную историю высылают из Петербурга на Кавказ. По дороге к месту своего назначения герой останавливается на короткое время в Тамани, где и происходит его столкновение с «мирными контрабандистами» (Глава «Тамань»). Затем за участие в военной операции в Чечне Печорину дают небольшой отпуск, и он оказывается в Пятигорске, где происходит его столкновение с «водяным обществом» (Глава «Княжна Мери»). За дуэль с Грушницким Печорина отправляют в крепость под начало Максима Максимыча. Две недели он живёт в казачьей станице, где и происходит его пари с Вуличем («Фаталист»). После возвращения из казачьей станицы Печорин живёт в крепости, где и происходит похищение Бэлы («Бэла»). Спустя пять лет Печорин, послужив в Грузии, пожив в Петербурге, едет в Персию и по пути встречается со своим бывшим начальником и приятелем

Максимом Максимычем («Максим Максимыч»).

Foxford

Из предисловия к «Журналу Печорина» от лица рассказчика – странствующего офицера – мы узнаём, что

Печорин на пути из Персии заболел и умер в дороге. Рассказчик считает, что теперь имеет право напечатать «Журнал Печорина», объясняя это так: «История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа, особенно когда она – следствие наблюдений ума зрелого над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие или удивление. Исповедь Руссо имеет уже тот недостаток, что он читал её своим друзьям» [Лермонтов: стр. 248].

По мнению В. А. Мануйлова, «такое расположение частей романа, нарушающее хронологический (фабульный) порядок, усиливает сюжетное напряжение, даёт возможность максимально заинтересовать читателя Печориным и его судьбой, постепенно раскрывая во всей противоречивости и сложности его характер» [Мануйлов: стр. 4]. Критик пишет: «В романе Лермонтова композиция и стиль подчинены одной задаче: как можно глубже и всестороннее раскрыть образ героя своего времени, проследить историю его внутренней жизни» [Мануйлов: стр. 4].

Теперь попробуем объяснить присутствие в романе трёх рассказчиков. Роман открывается главой «Бэла». Автор предоставляет слово простому штабс-капитану Максиму Максимычу. Кавказский офицер рассказывает историю пятилетней давности, когда в крепости под его началом служил Григорий Александрович Печорин – «молодой человек лет двадцати пяти». «Тоненький», «беленький», в «новеньком мундире» - именно таким увидел добрый комендант крепости только что прибывшего в его распоряжение офицера.

Портрет «героя нашего времени» словно просвечивает сквозь двойную раму зимнего стекла. Простодушный и необразованный штабс-капитан, ни разу не бывавший в северной столице и не имевший опыта общения с

петербургскими аристократами, смотрит на Печорина, словно через двойное стекло. Непроницательный и недалёкий комендант, не склонный к «метафизическим измышлениям», только констатирует «странности» Григория Александровича, но объяснить их не может. Противоречивость героя показана только с внешней стороны: «в дождик, в холод целый день на охоте; все иззябнут, - а ему ничего. А другой раз сидит у себя в комнате, ветер пахнёт, уверяет, что простудился…»

И слова, и поступки Печорина ставят прямодушного Максима Максимыча в тупик. Подчинённый увозит тайком дочь местного «мирного князя» Бэлу, и штабс-капитан пытается выполнить свой долг: отбирает шпагу Печорина, стремится уговорить его, чтобы тот вернул княжну отцу. Но Григорий Александрович убеждает своего начальника в том, что этого делать не следует, и объясняет свой поступок по-детски эгоистично: «Да когда она мне нравится?» Бедный Максим Максимыч не знает, что и возразить: «…есть люди, с которыми непременно должно соглашаться». Не понять и простодушному кавказскому офицеру, человеку одинокому и всю жизнь служившему царю и Отечеству, почему так быстро охладел Печорин к бедняжке Бэле. Исповедь Печорина глубоко «врезалась» в память Максима Максимыча: в первый раз он «слышал такие вещи от двадцатипятилетнего человека: «… авось где-нибудь умру на дороге!»

Пятидесятилетний штабс-капитан с «преждевременно поседевшими усами» сохранил молодость, ясность и детскую чистоту души, крепость и бодрость духа. Двадцатипятилетний Печорин преждевременно постарел душой, скучая и страдая оттого, что «жизнь его становится всё пустее день ото дня». Причину всех бед Максим Максимыч, ещё в молодости давший зарок не пить, объясняет просто: «Моду скучать ввели англичане», которые «всегда были отъявленными пьяницами!»

Итак, мы убедились, что мастерство Лермонтова-психолога проявляется в сложном построении романа и в создании системы образов, постепенно раскрывающих характер главного героя. В частности, образ Максима Максимыча играет важную идейно-композиционную роль в романе. Во-первых, чтобы наиболее ярко и правдиво представить «портрет, составленный из пороков всего …поколения, в полном их развитии», автору необходимо противопоставить своему герою человека цельного, гармоничного. Нравственно здорового, не заражённого «болезнью века», и таким человеком является Максим Максимыч. Во-вторых, нужно было, чтобы о «странном человеке» рассказал простодушный штабс-капитан, наименее способный анализировать слова и поступки Печорина. С помощью образа простого человека из народа наиболее отчётливо обозначена проблема «загадки героя».

Мастерство Лермонтова – психолога заключается и в том, что, стремясь наиболее полно и всесторонне раскрыть «внутреннего человека», автор каждый раз помещает своего героя в новую среду. В главе «Бэла» Лермонтов «помещает» своего героя в среду горцев – «детей природы», людей, наиболее отдалённых от петербургского аристократа по своим обычаям, нравам, культуре, вере. Характер героя раскрывается в сопоставлении с этими «детьми гор». С Азаматом Печорина роднит его авантюризм, детская эгоистичность, стремление добиться своей цели любой ценой, не гнушаясь никакими средствами, совершенно не задумываясь о том, как их поступки отразятся на окружающих. Казбич и Печорин противопоставлены. Влюблённый в Бэлу, «человек природы» отказывается от предложения Азамата обменять девушку на самого лучшего скакуна в Кабарде Карагёза. Конь для восточного человека дороже любой красавицы. Печорин же сам предлагает Азамату Карагёза в обмен на Бэлу. Печорин нравственно «убивает» Бэлу, мучая её холодностью и равнодушием. Казбич закалывает девушку кинжалом. Оба виновны в её гибели.

Сопоставляя своего героя с черкешенкой, умеющей горячо и беззаветно любить, автор подчёркивает неспособность Печорина на глубокое настоящее чувство.

Следующие события происходят спустя пять лет и описаны в главе «Максим Максимыч». Печорин не находит в себе душевных сил, чтобы уделить штабс-капитану хотя бы полчаса, нанося тем самым обиду бедному старику, разочаровывая его в дружбе. Единственное, что сообщает о себе Печорин, так это то, что все эти пять лет он скучал, а теперь едет в Персию. При упоминании о Бэле Григорий Александрович «чуть – чуть побледнел и отвернулся», а фразу «да, помню», произнёс, «почти тотчас принуждённо зевнув». Эти психологические детали подчёркивают, что воспоминание о гибели Бэлы до сих пор причиняет герою душевное страдание, но он тщательно его скрывает за маской равнодушия и скуки, потому что не привык открывать своих чувств.

2) Приёмы психологического анализа в изображении внутреннего мира Печорина.

В этой части нашей работы мы рассмотрим такие приёмы психологического анализа в изображении внутреннего мира Печорина, как его портрет, внутренний монолог, диалог, пейзаж и систему двойников героя и его антиподов.

А) Портрет героя как средство его психологической характеристики

В главе «Максим Максимыч» портрет Печорина дан глазами второго рассказчика романа – странствующего офицера, в отличие от Максима Максимыча. Человека образованного и начитанного, не чуждого писательской деятельности. В начале повести «Бэла», где повествование идёт от его лица, он сообщает: «Вся поклажа моей тележки состояла из одного небольшого чемодана, который до половины был набит путевыми записками о Грузии. Большая часть из них, к счастию для вас, потеряна, а чемодан с остальными вещами, к счастию для меня, остался цел». Мы видим, что, кроме склонности к ведению записок о своём путешествии, рассказчик ещё и наделён чувством юмора, иронично относясь к значению своих писательских трудов для читателей. Рассказчик относится к той же социальной среде, что и Печорин, поэтому он ближе, чем Максим Максимыч, к разгадке личности героя своего

времени. Перед читателем словно открывается вторая рама двойного окна, и мы смотрим на героя уже сквозь одно стекло.

Портрет Печорина, данный глазами рассказчика, - первый психологический портрет в русской литературе. Все детали портрета можно разделить на две группы. Одни служат созданию внешнего облика, другие создают образ «внутреннего человека». К деталям внешнего облика можно отнести следующие: средний рост, стройный, тонкий стан, широкие плечи, крепкое телосложение; возраст в определении рассказчика колеблется от 23 до 30 лет. Но если учесть, что пять лет назад Печорину было 25 лет, то перед рассказчиком тридцатилетний человек. К этой же группе относятся детали, подчёркивающие аристократизм Печорина: «пыльный бархатный сюртучок его. Застёгнутый только на две нижние пуговицы, позволял разглядеть ослепительно чистое бельё, изобличавшее привычки порядочного человека; его запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической руке». Рассказчик отмечает особую «породистость» в герое: «Несмотря на светлый цвет его волос, усы его и брови были чёрные – признак породы в человеке, так, как чёрная грива и чёрный хвост у белой лошади». Внешнюю красоту Печорина подчёркивают следующие детали: «Его кожа имела какую-то женскую нежность; белокурые волосы, вьющиеся от природы, так живописно обрисовывали его бледный, благородный лоб», «зубы ослепительной белизны и карие глаза». Рассказчик делает вывод, что Печорин «был вообще очень недурён и имел одну из тех оригинальных физиогномий, которые особенно нравятся женщинам светским».

Теперь перейдём к психологическим деталям портрета, проливающим свет на внутренний мир героя. Сразу же бросается в глаза противоречивость героя. С одной стороны, он имеет «крепкое телосложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов, не побеждённое ни развратом

столичной жизни, ни бурями душевными». С другой стороны, описывая Печорина, усевшегося на скамью, автор подчёркивает в своём герое «какую-то нервическую слабость» и сравнивает его с Бальзаковой тридцатилетней кокеткой «на своих пуховых креслах после утомительного бала».

«И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели», - именно эта строчка из стихотворения Лермонтова «Дума» сразу же всплывает в сознании.

Ещё одна психологическая деталь, подчёркивающая не просто внутреннюю расслабленность героя, но полнейшее душевное опустошение, апатию, разочарование, равнодушие: «Когда он опустился на скамью, то прямой стан его согнулся, как будто у него в спине не было ни одной косточки; положение его тела изобразило какую-то нервическую слабость».

Делая свои наблюдения над Печориным, рассказчик не преподносит читателю никаких однозначных выводов, только противоречивые предположения, предоставляя самим читателям составить своё мнение о герое. Вот как, например, описана походка Печорина: «Его походка была небрежна и ленива, но я заметил, что он не размахивал руками – верный признак некоторой скрытности характера. Впрочем, это мои собственные замечания, основанные на моих же наблюдениях, и я вовсе не хочу вас заставить веровать в них слепо».

Особенное внимание рассказчик уделяет глазам Печорина. Если верно, что глаза – зеркало души, то это объясняет, почему так много психологических деталей в описании глаз героя, ведь автор стремится раскрыть сущность души героя. Самая главная психологическая деталь: глаза Печорина «не смеялись, когда он смеялся!». Даётся двойственное объяснение этому факту: «Это признак – или злого нрава, или глубокой постоянной грусти». Затем психологически подробно, в деталях, описывается взгляд «героя своего времени»: глаза его «из-за полуопущенных ресниц сияли каким-то фосфорическим блеском». Но рассказчик подчёркивает, что этот «фосфорический блеск» не отражает «жара душевного или играющего воображения». Он сравнивает блеск глаз Печорина с блеском, подобным «блеску гладкой стали», ослепительному, но холодному. Как этот взгляд действует на окружающих? Автор пишет: «…взгляд его – непродолжительный, но проницательный и тяжёлый, оставлял по себе неприятное впечатление и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен».

Рассказчик подчёркивает, что его наблюдения навеяны тем, что он знал некоторые подробности жизни Печорина, и поэтому делает такие выводы. Может быть, на другого человека Печорин произвёл бы другое впечатление.

Несмотря на то, что в психологическом портрете героя указаны некоторые черты его личности, такие как равнодушие, холодность, затаённая грусть, он остаётся для читателей загадкой.

Б) Внутренний монолог как средство психологической характеристики героя.

Журнал Печорина – это его большой внутренний монолог, представленный в письменной форме. Дневник представляет большой интерес, потому что теперь открывается последняя рама, закрывавшая от нас героя, окно распахнуто полностью и в нём показывается герой собственной персоной, открывая сердечные тайны самому себе. Никто не может заподозрить Печорина в том, что он «рисуется» перед читательской публикой, потому что эти записи не предполагалось выставлять на всеобщее обозрение. Герой был честен и откровенен с самим собой, насколько это возможно, признавался себе в своих слабостях и пороках. По крайней мере рассказчик, решивший после смерти Печорина опубликовать этот журнал и ставшие его первым читателем. Отмечает: «Перечитывая эти записки, я убедился в искренности того, кто так беспощадно выставлял наружу собственные слабости и пороки».

«Журнал Печорина» открывается главой «Тамань». Здесь Печорин совсем не похож на «нервически расслабленного героя», он активен, деятелен, решителен. А объясняется это тем, что именно с этой главы и начиналось бы повествование, если бы главы были расположены в хронологической последовательности. Разочарованный в светской жизни Петербурга герой едет на Кавказ с надеждой, что скука не живёт «под пулями чеченцев». Повествование начинается стремительно, с резких и решительных заявлений героя: «Тамань – самый скверный городишко из всех приморских городов России. Я там чуть не умер с голода, да ещё вдобавок меня хотели утопить». Герой показан в действиях, поступках, а его внутренний монолог дан только в конце главы. Сначала он решительно действует в своём намерении во что бы то ни стало раскрыть загадку слепого мальчика, который один идёт ночью на берег моря, таинственной девушки – «ундины», ожидающей смельчака Янко с грузом. Да и сам Янко, «решившийся в такую ночь пуститься через пролив на расстояние двадцати вёрст», вызывает в Печорине живейший интерес. А объяснение всего этого не романтическое, а довольно-таки банальное. Судьба столкнула Печорина с контрабандистами, и его неосторожная фраза о том, что он донесёт коменданту, воспринятая девушкой и Янко серьёзно, чуть ли не стоила ему жизни. Янко и «ундина» навсегда покидают городок, оставляя на произвол судьбы старуху и мальчика. Слыша рыдание слепого мальчика, Печорин испытывает грусть, раскаивается в том, что он разрушил чужую жизнь: «Мне стало грустно. И зачем было судьбе кинуть меня в мирный круг честных контрабандистов? Как камень, брошенный в гладкий источник, я встревожил их спокойствие и, как камень, едва сам не пошёл ко дну!» Но заканчивается эта глава, завершающая первую часть романа, диалектически противоположной фразой: «Что сталось с старухой и с бедным слепым – не знаю. Да и какое дело мне до радостей и бедствий человеческих, мне, странствующему офицеру, да ещё с подорожной по казённой надобности!..» Эта заключительная фраза, скорее всего, скрывает ту горечь и отчаяние, разочарование и чувство вины, которое испытывает Печорин, разрушив чужие судьбы.

Следующая глава «Княжна Мери» открывает вторую часть романа и больше всего похожа на дневник, так как герой ежедневно записывает события, происходившие с ним. Начало журнала датируется 11 мая, завершается записью от 16 июня, то есть события разворачиваются в течение чуть более месяца. Следующую запись Печорин делает уже в крепости, из которой мы и узнаём об исходе дуэли с Грушницким.

Глава «Княжна Мери» написана по законам «светской повести». Своеобразие её заключается в том, что в ней мы видим главного героя в обществе людей, близких ему по социальному положению, образу жизни, культуре. Каждый раз, помещая своего героя в новую среду, автор раскрывает всё новые и новые свойства души Печорина, словно поворачивает «волшебный фонарь» его души разными гранями.

Глава «Княжна Мери» является самой сложной и по количеству персонажей, и по многообразию событий, и по хитросплетениям интриги, лежащей в её основе. Повесть занимает центральную часть «Журнала Печорина» и более близка и по форме, и по содержанию к личному дневнику, как мы отмечали выше.

Завязка действия (в понимании Печорина) начинается с того момента, когда он узнаёт от доктора Вернера, что княжна Мери ошибочно полагает, что Грушницкий разжалован в солдаты за дуэль, хотя на самом деле Грушницкий ходит в «толстой серой солдатской шинели», так как ещё юнкер и не произведён в офицеры. Печорин восхищается тем, что судьба позаботилась о нём и ему не будет скучно.

С точки зрения жанра завязка начинается с того момента, как хорошенькая княжна Мери отличила в присутствии Печорина не его, а Грушницкого, и герой откровенно пишет об этом в своём дневнике, не боясь перед собой обнажать свои пороки и недостатки: «Признаюсь, что чувство неприятное, но знакомое пробежало слегка в это мгновение по моему сердцу; это чувство – было зависть; я говорю смело «зависть», потому что привык себе во всём признаваться…»

Всё идёт по плану, хитро придуманному Печориным. Мери узнаёт от него «в нужном месте и в нужный час», что Грушницкий – всего лишь юнкер. Герой добивается любви Мери, а потом говорит ей, что не любит её. В записи от 3-го июня герой спрашивает себя, зачем он так упорно добивается любви молоденькой девочки, которую обольстить не хочет и на которой никогда не женится. Он понимает, что это не «беспокойная потребность любви». Он «хлопочет» не из зависти к Грушницкому, которого презирает. Печорин откровенно признаётся, что «есть необъятное наслаждение в обладании молодой, едва распустившейся души!» Он смотрит «на страдания и радости других только в отношении к себе, как на пищу», поддерживающую его душевные силы. Не умея любить и отдавать, а не получать, Печорин ошибочно полагает, что счастье – это «насыщенная гордость». Возникает демонический образ героя, когда он заявляет, что «идея зла не может войти в голову человека без того, чтоб он не захотел применить её к действительности».

В «исповеди» княжне Мери, хотя идёт она не от совсем чистого сердца, так как Печорин говорит эти слова, «приняв глубоко тронутый вид», всё же есть зерно истины: корни «злого нрава» Печорина в детстве, когда «никто его не ласкал, все оскорбляли». Именно в детстве, по словам героя, он хотел любить весь мир, но его не поняли, и он выучился ненавидеть. «Зло порождает зло», - запишет он перед этим в дневнике. И здесь же герой признаётся Мери: «Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я её отрезал и бросил». Несомненно, он произносит эти слова намеренно, чтобы возбудить к себе сострадание, признаваясь в дневнике: «Сострадание – чувство, которому покоряются так легко все женщины, впустило свои когти в её неопытное сердце». Но всё же детские впечатления остались в его сердце навсегда, так как он сам признаётся, что ничего не забывает, и вылились в неуёмную жажду властвовать над людьми, быть всюду первым и побеждать.

Наиболее важен и значим в главе «Княжна Мери» внутренний монолог героя перед дуэлью с Грушницким, ведь перед лицом смерти человек не может лгать. Печорин подводит неутешительный итог своей жизни: «Пробегаю в памяти всё моё прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил? Для какой цели я родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе силы необъятные… Но я не угадал этого назначения, я увлёкся приманками страстей пустых и неблагодарных…»

Ключом к разгадке героя может быть его исповедь своему приятелю Вернеру наутро непосредственно перед поединком: «Во мне два человека: один живёт в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его».

В) Диалог как средство психологической характеристики героя.

Диалоги Печорина с другими персонажами романа всегда связаны с тем, что он, как опытный психолог, умеет воздействовать на людей и добиваться от них того, что ему нужно. Ключ к разгадке роли диалога в создании психологической характеристики героя лежит в высказывании самого Печорина. В записи от 13 мая в главе «Княжна Мери» он пишет о докторе Вернере: «Он изучал все живые струны сердца человеческого, как изучают жилы трупа, но никогда не умел воспользоваться своим знанием». Печорин же, прекрасно зная живые струны человеческой души, умеет воспользоваться своими знаниями, чтобы воздействовать на людей. Ещё раньше, в первой записи от 11 мая Печорин даёт едкую, нелицеприятную характеристику своему «приятелю»: «… он не знает людей и их слабых струн, потому что занимался целую жизнь одним собою».

Приведём пример такого психологического воздействия Печорина на людей. Он долго и упорно добивается любви похищенной Бэлы и в диалоге с нею, хотя трудно назвать этот разговор диалогом, ведь Бэла молчит, убеждает гордую черкешенку, что рано или поздно она должна принадлежать ему. Он задаёт девушке последовательно цепь вопросов, чтобы выяснить причину её отказа, и находит ответ: «Или твоя вера запрещает полюбить меня?» В этот момент Бэла побледнела, а Печорин стал доказывать, что «аллах для всех племён один и тот же», и, если он позволяет Печорину любить её, отчего же он запретит платить взаимностью. В этот момент в глазах Бэлы выразились недоверие и желание убедиться. Но только в тот момент, когда Печорин сказал Бэле, что уезжает и, может, погибнет под пулями чеченцев, только тогда девушка, движимая страхом за судьбу любимого м состраданием, открыла ему своё сердце.

Г) Пейзаж как средство психологической характеристики героя.

Пейзаж играет важную роль в психологической характеристике героя. В «Тамани» это романтический пейзаж, характеризующий активную и авантюрную человеческую природу Печорина. Ощущение таинственности, загадочности возникает с первым же описанием природы: «Полный месяц светил на камышовую крышу и белые стены моего жилища; на дворе, обведённом оградой из булыжника, стояла избочась другая лачужка, менее и древнее первой. Брег обрывом спускался к морю почти у самых стен её, и внизу с беспрерывным ропотом плескались тёмно-синие волны. Луна тихо смотрела на беспокойную, но покорную ей стихию, и я мог различать на свете её, далеко от берега, два корабля, которых чёрные снасти, подобно паутине, неподвижно рисовались на бледной черте небосклона». Образ моря как беспокойной и свободной стихии звучит и в песне красавицы «ундины». Море не просто фон, на котором разворачиваются стремительно события, но это и состояние беспокойной, мятущейся души героя.

Глава «Княжна Мери» открывается пейзажем, который по-новому раскрывает нам Печорина. «Просто прекрасное» его трогает. Он нанимает квартиру в Пятигорске на самом высоком месте, у подошвы Машука и радуется тому, что «во время грозы облака будут спускаться» до его кровли. Гроза, как и море, - символ природной стихии. Вспомним, что герой романтической поэмы Лермонтова «Мцыри» бежит из монастыря именно в грозу, он готов, «как брат», обняться с бурей. Пейзаж подчёркивает романтический характер Печорина, его внутреннюю связь с Мцыри. Общение с природой создаёт в душе Печорина ощущение покоя и гармонии: «Весело жить в такой земле! Какое-то отрадное чувство разлито во всех моих жилах. Воздух чист и свеж, как поцелуй ребёнка; солнце ярко, небо синё – чего бы, кажется, больше?.. зачем тут страсти, желания, сожаления?..»

Важную психологическую роль играет пейзаж, данный утром перед дуэлью. Герой, готовый расстаться с жизнью, по-новому ощущает красоту мира: «Я не помню утра более голубого и свежего! Солнце едва выказалось из-за зелёных вершин, и слияние первой теплоты его лучей с умирающей прохладой ночи наводило на все чувства какое-то сладкое томление; в ущелье не проникал ещё радостный луч молодого дня; он золотил только верхи утёсов, висящих с обеих сторон над нами…» В эту минуту герой «больше чем когда-нибудь прежде любил природу». Он всматривался «в каждую росинку, трепещущую на широком листе виноградном и отражавшую миллионы радужных лучей!»

После дуэли описание внутреннего состояния героя дано кратко, но ёмко: «У меня на сердце был камень. Солнце казалось мне тускло, лучи его меня не грели». Несомненно, через эту короткую пейзажную зарисовку передаётся психологическое состояние героя, только что убившего своего врага – Грушницкого, но победа его не радует, а тяготит чувством вины.

В конце главы «Княжна Мери» снова возникает образ беспокойного моря и паруса, а Печорин сравнивает себя с матросом разбойничьего брига, который не смог бы ступить на берег с тихими радостями и душевным спокойствием.

Он будет всматриваться в туманную даль: «не мелькнёт ли там на бледной черте, отделяющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся к пустынной пристани…» Здесь возникают реминисценции, связанные со стихотворением Лермонтова «Парус» и его строками:

А он, мятежный, ищет бури,

Как будто в бурях есть покой!

Д) Система двойников героя как средство его психологической характеристики.

Чтобы полнее и ярче, психологически точнее раскрыть характер Печорина. Автор изображает рядом с ним двойников. В главе «Княжна Мери» двойниками Печорина являются Грушницкий и Вернер. Если Печорин искренне разочарован в жизни и скрывает своё разочарование как порок, то Грушницкий, начитавшийся романов Бестужева-Марлинского, играет роль некоего высшего существа, «не созданного для мира», «обречённого каким-то тайным страданиям». Юнкер и Григорий Александрович познакомились в действующем отряде. В Пятигорске они встретились приятелями, но в душе чувствовали враждебность по отношению друг к другу. Исключительный и неординарный, Печорин не любит Грушницкого, потому что тот подражает ему, играя роль исключительности, «драпируется в необыкновенные чувства», которых сам не испытывает. Печорин не приемлет театрально-лживых, напускных и фальшивых манер, неестественности в поведении. Очевидно, в Грушницком, как в кривом зеркале, пародийно отразились черты самого героя. Грушницкий не любит Печорина за то, что тот не верит его игре в высшее существо. Юнкер чувствует, что Печорин выше его и по уму, и по силе характера.

Доктор Вернер, с точки зрения Печорина, человек замечательный по многим причинам. В нём, как и в «герое своего времени», противоречиво сочетаются скептик и материалист, с одной стороны, и поэт и романтик, с другой стороны. Доктор умён, хорошо разбирается в людях, знает их слабые стороны, «у него злой язык: под вывескою его эпиграммы не один добряк прослыл пошлым дураком». Описывая Вернера, Печорин подчёркивает его исключительность, сравнивая его то с Байроном, то с Мефистофелем (так прозвала его молодёжь). Оба героя – двойника без слов понимают друг друга, но их отношения нельзя назвать дружбой. Печорин не способен на дружбу, так как считает, что в дружбе обязательно один подчиняется, а другой повелевает: подчиняться он не может, но и командовать для него – скучное и утомительное занятие.

В главе «Фаталист» рядом с Печориным изображён ещё один его двойник – Вулич. В психологическом портрете серба Вулича можно выделить «печоринские» черты, делающие его «существом особенным»: «чёрные проницательные глаза», «печальная и холодная улыбка».

Страсть Вулича к игре сродни жажде Григория Александровича к активной деятельности, его страстной погоне за жизнью. Эпизод с Вуличем, где он, не заботясь о пулях, отыскивает своего счастливого понтёра, возвращает долг, а затем «до самого конца прехладнокровно» перестреливается с чеченцами, - это тот «холодный кипяток нарзана», в который погружается Печорин перед дуэлью с Грушницким. В герое романа, как и в поручике-сербе, холодный рассудок, трезвый самоанализ и кипящие страсти, которые руководят его поступками.

Обновлено:
Опубликовал(а):

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Спасибо за внимание.

.

Полезный материал по теме
И это еще не весь материал, воспользуйтесь поиском


регистрация | забыли пароль?


  вход
логин:
пароль:
Запомнить?



Сайт имеет исключительно ознакомительный и обучающий характер. Все материалы взяты из открытых источников, все права на тексты принадлежат их авторам и издателям, то же относится к иллюстративным материалам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы они находились на этом сайте, они немедленно будут удалены.
Сообщить о плагиате

Copyright © 2011-2019 «Критическая Литература»

Обновлено: 06:40:20
Яндекс.Метрика Система Orphus Скачать приложение