Перед нами стихотворение, написанное четырёхстопным ямбом с комбинациями мужской («дня» — «меня») и женской («тени» — «ступени») рифм. Реконструируя лирическую ситуацию, мы можем увидеть восхождение героя на башню и созерцание заката.
Обращаясь к языковым особенностям стихотворения, нельзя не отметить необычную синтаксическую организацию текста. Почти каждый новый стих начинается словами предыдущего («И внизу подо мною уже ночь наступила, // Уже ночь наступила для уснувшей земли»). Такое построение — повтор — семантически связано с лирической ситуацией — при подъёме по ступеням башни герой как бы находится одновременно на двух ступенях, как в двух стихах встречаются одинаковые лексические конструкции. Повтор как доминирующая синтаксическая фигура встречается не только на лексическом, но и на архитектоническом уровне – в начале и в конце четыре стиха почти тождественны (кольцевая композиция).
Большинство предложений построено инверсивно. Говорить о звукописи при рассмотренной синтаксической организации было бы трудно, но в 9 и 10 стихе отчётливо прослеживается аллитерация на «с» и «в». Основной троп, используемый в стихотворении, — эпитет («погасавшего дня», «дремлющих гор», «уснувшей земли»).
В тексте присутствуют элементы возвышенной лексики («выси», «взор», «светило»).
В целом можно отметить, что стихотворение не изобилует изобразительно-выразительными средствами, но при этом во время прочтения возникает ощущение нереальности — надмирности — происходящего. Во многом это происходит благодаря особенностям синтаксиса, что было рассмотрено выше.