(1) Можно пока начертить лишь наброски к портрету Горького, могуче вставшего на рубеже двух значительнейших наших эпох.
(2) Влияние его на два смежных поколения до очевидности огромно.
(3) Мне кажется, уже по величине этого влияния, сказавшегося в самых различных областях жизни, можно определить размер дел и свершений этого человека, как когда-то грек Фалес, к великому изумлению Амазиса, измерил высоту пирамиды по длине ее солнечной тени.
(4) Ни один из литераторов русских, за исключением разве тех, кто уже приобрел бронзовую неподвижность в нашем сознании, чья слава скоплена за целое столетие, не имел такой популярности в народе.
(5) Его знают, читают все, должно быть потому, что и вышел он оттуда, из самой гущи,— выдавила его из себя земля, как кряж, как обломок скалы, как ветвистое и полнолиственное дерево, и за весь свой сорокалетний писательский путь он не изменил своей начальной песне.
(6) Мы помним время, когда в литературе нашей стало вдруг как-то пусто и холодно.
(7) Будущее писательское поколение находилось в Красной Армии.
(8) Писатели приходили к литературе в рваных солдатских шинелях, в военкомовских френчах и почти всегда растерянные перед размерами того громадного литературного наследства, которое нужно было освоить.
(9) Но палитра молодых, как правило, вначале бывала бедна, им не хватало красок для полноголосого повествования о своей эпохе.
(10) Поэтому нам обязательно следовало воспользоваться тем литературным наследством, которое ближе всего стояло к вам по духу и по времени.
(11) И здесь именно Горький сыграл неизмеримую роль в оформлении нашей молодой литературной поросли.
(12) Литературная молодежь стремилась воспринять у Горького значительную часть его изобразительного инструментария.
(13) Я имею в виду и необычайную
по художественной точности выразительность горьковского образа, словно вырезанного на меди, и монументальность и вместе с тем почти афористическую лаконичность его персонажей, и внутреннюю мелодию чистой горьковской фразы, и романтическую взволнованность стиля, и еще многое другое, что, несомненно, обогатило наш литературный арсенал.
(14) Этой учебе у Горького в особенности способствовало еще и то немаловажное обстоятельство, что вряд ли во всей русской литературе существовал другой, подобный Горькому, наставник и верный друг молодых литераторов, которые приходили ему на смену.
(15) Поддержка молодому художнику нужна всегда.
(16) Но многие старые писатели не довершили своего долга к литературным наследникам; иное разбежалось, чтобы в приливе политического и всякого иного сальеризма дребезжать за рубежом, иное истаяло, истлело, не вынеся испытания революцией.
(17) Ведущую роль — в данном случае в весьма многих отраслях советского искусства — сыграл и играет один Горький.
(18) Редкий из нас не имеет писем от него, полученных именно тогда, когда мы в особенности нуждались в них.
(19) Это дружеское участие и поддержка мастера, которому мы верим, безусловно, не раз давали нам силу для дальнейшей работы; большая доля в успехах пореволюционной литературы принадлежит ему, Алексею Максимовичу.
(20) Случалось, Горький ошибался, хваля литератора, впоследствии не оправдавшего надежд; и все же насколько мудрее похвалить, поддержать даже малый, даже хилый росток, чем в железных сапогах бегать по едва засеянным нивам!
(21) Горький — человек, удивительно поработавший над самим собой. И, познавая его почти нечеловеческий труд, испытываешь еще большее уважение к этому гражданину мира из нижегородского малярного цеха.