(1) Вот они безмолвно стоят перед нами, книги, - дома ли, в библиотеке ли, в чужой ли квартире, на прилавке.
(2) Если бы книги могли кричать!
(3) Если бы они сами обладали способностью заставлять читать себя!
(4) Какими бы мы все были умными и добрыми людьми!
(5) Молчат книги.
(6) Сверкает экран телевизора, требует внимания радио, манит афишей кино.
(7) Книги молчат.
(8) Нет ничего на свете терпеливее их, послушнее, безропотнее.
(9) Самые значительные книги были забыты, небрежно заброшены на чердаки, в чуланы, в подвалы.
(10) Книга всё стерпит, погибнет, не издав ни стона.
(11) Столетиями будет ждать своей очереди и неторопливо раскроется в незнакомых руках, ничем не выдавая своего волнения.
(12) Книги не жалуются, когда их не читают, и не радуются, когда их открывают.
(13) Полные страданий, мудрости, улыбок, иронии, лукавства, гнева, живые, каким и не всякий человек может быть, книги замирают на полках.
(14) И всё-таки они кричат.
(15) Услышим их.
(16) «Ни дня без строчки», - сказал древний писатель.
(17) «Ни дня без странички», - скажем мы, читатели, вслед за ним.
(18) Великая это радость – жить на земле ещё и читателем.
(19) Что ищем мы под книжным переплётом?
(20) Зачем открываем его?
(21) Ищем наслаждения.
(22) Ищем ответы на то, что мучит нас – может быть, бессознательно мучит.
(23) Ищем мудрости.
(24) И развлечения ищем - книга и развлечение даёт.
(25) Ищем, конечно, и знания.
(26) Мы хотим, чтобы книга рассказала про нас самих, и ищем в ней примеры, по которым мы могли бы определить свои цели.
(27) Что хорошо, что плохо, что зло и что добро – об этом мы тоже узнаём из книг.
(28) Мы ищем в книгах друзей.
(29) Печорин и Наташа Ростова ближе нам, чем соседи по квартире: о Печорине и Наташе мы знаем больше.
(30) Ни один живой человек не раскроет нам свою душу с такой искренностью, как герой хорошей книги.
(31) Что же определяет художественность книги?
(32) Как научиться отличать хорошую книгу от плохой?
(33) Укрепляющей вкус и расслабляющей?
(34) Не слово, не стиль определяет в конечном счёте качество книги, а её направленность, напор идей, насыщенность содержанием.
(35) Говорят – «пустая» книга.
(36) Как же «пустая»?
(37) В ней триста страниц текста!
(38) Но автору нечего было сказать такого, чего не знали бы до него.
(39) Бывало и по триста, и по тысяче страниц написано и напечатано, но в них – пустота, идейная и художественная.
(40) Лишь очень немногие книги всегда достойны внимания истинного читателя.
(41) Такие книги называются классическими.
(С. Соловейчик)