(1)– Не сдали, – подтвердил Плужников. (2)– И не сдам. (3)Через час старшина Семишный умер. (4)Плужников снял знамя, разделся до пояса и обмотал знамя вокруг себя. (5)Холодный шёлк вскоре согрелся, и лейтенант всё время чувствовал его особую, волнующую теплоту. (6)Он лежал и спокойно думал, что ничего уже не боится: ни немцев, ни смерти, ни холода. (7)Он уже не ощущал своего «я», он ощущал нечто большее – свою личность. (8)Свою личность, ставшую звеном между прошлым и будущим Родины, частица которой грела его грудь благородным шёлком знамени. (9)И твёрдо знал, что звено это прочно и вечно. (10)А поверху мела метель. (11)Белым ковром укрывала землю и тропы, заносила притихшие деревни и пепелища, металась по пустым улицам обезлюдевших городов. (12)Но уже горели партизанские костры, и на их свет, укрываясь метелью, пробирались те, кто не считал себя побеждённым, как не считал себя побеждённым он. (13)И немцы жались к домам и дорогам, страшась темноты, метели и этого непонятного народа. (14)Эта земля становилась для фашистской армии адом. (15)И преддверием этого ада была Брестская крепость.
(По Б. Л. Васильеву)