(1)— Мы об вас вспоминали у председателя палаты, у Ивана Григорьевича, — сказал наконец Чичиков, видя, что никто не располагается начинать разговора, — в прошедший четверг. (2)Очень приятно провели там время. (3)— Да, я не был тогда у председателя, — отвечал Собакевич. (4)— А прекрасный человек! (5)— Кто такой? — сказал Собакевич, глядя на угол печи. (6)— Ну, может быть, это вам так показалось: он только что масон, а такой дурак, какого свет не производил. (7)Чичиков немного озадачился таким отчасти резким определением, но потом, поправившись, продолжал:
— Конечно, всякий человек не без слабостей, но зато губернатор какой превосходный человек! (8)— Губернатор превосходный человек? (9)— Да, не правда ли? (10)— Первый разбойник в мире! (11)— Как, губернатор разбойник? — сказал Чичиков и совершенно не мог понять, как губернатор мог попасть в разбойники. (12)— Признаюсь, этого я бы никак не подумал, — продолжал он. (13)— Но позвольте, однако же, заметить: поступки его совершенно не такие, напротив, скорее даже мягкости в нём много. (14)— Тут он <...› отозвался с похвалою об ласковом выражении лица его. (15)— И лицо разбойничье! — сказал Собакевич. (16)— Дайте ему только нож да выпустите на большую дорогу — зарежет, за копейку зарежет! (17)Он да ещё вице-губернатор — это Гога и Maгогa! (18)«Нет, он с ними не в ладах, — подумал про себя Чичиков. (19)— А вот заговорю я с ним о полицеймейстере: он, кажется, друг его». (20)— Впрочем, что до меня, — сказал он, — мне, признаюсь, более всех нравится полицеймейстер. (21)Какой-то этакой характер прямой, открытый; в лице видно что-то простосердечное. (22)— Мошенник! — сказал Собакевич очень хладнокровно, — продаст, обманет, ещё и пообедает с вами! (23)Я их знаю всех: это всё мошенники, весь город там такой: мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет. (24)Все христопродавцы. (25)Один там только и есть порядочный человек: прокурор; да и тот, если сказать правду, свинья. (26)После таких похвальных, хотя несколько кратких биографий Чичиков увидел, что о других чиновниках нечего упоминать, и вспомнил, что Собакевич не любил ни о ком хорошо отзываться.
(По Н. В. Гоголю)