(1)В истории русского самосознания одной из самых основных, самых своеобразных и самых показательных фигур является К. С. Аксаков. (2)Человек замечательной душевной чистоты, пламенного энтузиазма, рыцарски благородный, он был выразителем лучших, наиболее возвышенных и наиболее русских по своей природе сторон славянофильства. (3)В нём достигает высшего своего напряжения славянофильская мечта о России, о русском народе, как уже осуществившем в истории ту высокую правду, которую Запад ищет и не находит. (4)Для Аксакова русский народ — народ негосударственный, предоставивший всю власть правительству, монарху, и потому народ христианский, живущий по правде внутренней, по совести, а не по закону внешнему, не по праву. (5)Государство началось с призвания варягов, т. е. с добровольного отречения народа от власти. (6)Вся сила народа в земле, в общине, в быте, хранящем древние устои. (7)Запад же, начавший с завоевания и насилия, создал государство, основанное на принуждении и формальном праве, и тем исказил христианство, превратив его в католичество — внешний авторитет. (8)Аксаков страстно и непоколебимо верил, что русский народ — народ по преимуществу христианский, хранящий истинную веру — православие, что Россия призвана спасти мир. (9)В его писаниях и речах звучал пафос народничества, переходящего в народопоклонство. (10)Но это было народничество особого рода — аристократическое и романтическое. (11)Он любил не реальный народ со всеми его темными сторонами, а идеальный образ народа, созданный его воображением. (12)Отсюда — трагический разрыв с действительностью, который он глубоко переживал, но которого не мог преодолеть. (13)Славянофильство Аксакова было не только учением, но и жизнью, героической попыткой жить по-русски, по-народному, носить русское платье, бороду, быть простым и цельным. (14)И эта попытка, несмотря на всю её наивность и театральность в глазах многих, была глубоко искренней и трогательной. (15)В своём учении о «земле» и «государстве» Аксаков выразил самую суть славянофильской политической философии — идею безвластного народа и самодержавного царя, свободно соединенных любовью и верой, без всяких формальных договоров и гарантий. (16)Это была утопия, но утопия вдохновенная, оплодотворившая русскую мысль. (17)После смерти Аксакова славянофильство, лишившись своего самого чистого и пламенного пророка, пошло на убыль, стало вырождаться в национализм официальный и казенный. (18)Но то, что внес Аксаков в русское сознание, осталось навсегда — это неугасимая вера в особое призвание России, в высоту и святость русского народного духа, в неразрывную связь с родной землей. (19)Перед нами два пути, два исхода. (20)Один — путь Аксакова, путь славянофильской мечты, веры в святость русской земли и в то, что Россия выше Запада, что она уже христианская страна по преимуществу. (21)Другой путь — западнический, путь сомнения, критики, вечного недовольства собой и своей страной, путь искания правды по чужим краям. (22)Всем сердцем отвергая первое направление, всем сердцем следуем второму.
(По В. Д. Смирнову)