(1)У неё было много прозвищ: Мячик, Чижик, а один боец, когда она ещё работала в госпитале, прозвал её Пучком энергии. (2)Это был действительно пучок, состоявший из топота быстрых ног, скороговорки, румянца и косичек. (3)Это была действительно сама энергия, веселая, стремительная и действующая взрывами, как ракета. (4)В этот день, самый горячий за всю её шестнадцатилетнюю жизнь, она с утра успела поругаться с шофёром, сменить повязки раненым бойцам, лежавшим в медсанбате, накормить их, съездить за письмами на полевую почтовую станцию и сделать ещё десятки дел, перечислять которые было бы слишком долго. (5)Теперь нужно было везти раненых в тыл, и она принялась помогать шоферу, который, ворча что-то себе под нос, вот уже целый час возился с проколотой шиной. (6)Раненых она уже знала по именам, а кого не знала, того называла голубушкой. (7)О том, что дорога простреливается, она сказала, когда все уже были устроены и осталось только принести в машину снятое с бойцов оружие.
(8)- Вот что, товарищи, - сказала она быстро, - мы поедем на полном газу. (9)Понятно? (10)Дорога простреливается. (11)Понятно? (12)Так что нужно принять во внимание свои головы, чтобы при подбрасывании не разбить. (13)Понятно? (14)Всё ближе слышались разрывы снарядов, чёрные столбы земли, перемешанной с дымом, вдруг вставали среди дороги. (15)Шофёр свернул и, проехав вдоль. обочины по полю, поставил машину среди редкого кустарника, которым была обсажена дорога. (16)Лучшего прикрытия не было. (17)Но и это было не прикрытие, во всяком случае, оставлять раненых в машине, являвшейся превосходной целью, Кнопка не решилась. (18)Называя их всех без разбору голубушками и умницами, она вытащила бойцов одного за другим, устроила в канаве метров за двадцать пять от машины, подложила каждому по голову что-нибудь... (19)Был душный августовский день, солнце стояло в зените. (20)Очень хотелось пить, и первый сказал об этом маленький лейтенант с перевязанной головой, который всю дорогу подбадривал других, а теперь, беспомощно раскинувшись и тяжело дыша, лежал на дне канавы. (21)И, точно сговорившись, все раненые стали жаловаться на сильную жажду.
(22)- Где ведро? - спросила Кнопка у шофёра. (23)- В машине осталось? (24)Ты за ними присмотришь, ладно? (25)И прежде чем шофёр успел опомниться, она выскочила из канавы и ползком стала пробираться к машине. (26)Это было ещё полбеды - доползти до машины и разыскать полотняное ведро в ящике, полном всякой рухлядью, которую шофёр возил зачем-то с собой. (27)Она достала ведро и, сложив его, как блин, засунула за пояс. (28)Главное было впереди - добраться до шоссейной сторожки, а самое главное ещё впереди - от сторожки, уже не прячась в канаве, дойти до колодца. (29)Вот и сторожка, вернее, то, что от неё осталось. (30)До сих пор Кнопка не думала, есть ли в колодце вода. (31)Эта мысль только мелькнула и пропала, когда она разглядывала сруб издалека. (32)Но теперь она снова подумала: «А вдруг воды нет?». (33)Однако продолжала ползти. (34)Сруб колодца стоял на огороде, а огород был отделён изгородью. (35)Руки ныли, спину ломило, и Кнопка, прижавшись лицом к земле и стараясь ровнее дышать, решила, что не поползёт. (36)Ведро было на длинной верёвке - она перебросит его через изгородь, авось ведро угодит в колодец. (37)Четыре раза она перебрасывала ведро, прежде чем оно попало в колодец. (38)Наконец удалось. (39)«Так нет же, есть там вода! - вдруг сказала она про себя. (40)- Не может быть! (41)Есть, да глубоко». (42)Она сняла пояс и привязала его к верёвке. (43)Ведро чуть слышно шлёпнуло... (44)Верёвка всё натягивалась. (45)Кнопка слегка подёргала её и поняла, что ведро наполнилось водой. (46)Ну-ка, голубушка, - сказала она не то ведру, не то самой себе, и стала осторожно вытягивать ведро из колодца. (47)Она вытащила его, мокрое, расправившееся, полное воды, и, вскочив, быстро перехватила рукой. (48)И тут она впервые задумалась над тем, как вернуться обратно с ведром, полным воды, ведь теперь его не засунешь за пояс. (49)- Эх, была не была! - подхватив ведро, она побежала к сторожке. (50)Где-то близко разрывались снаряды. (51)Кнопка только приседала на мгновение и бежала дальше. (52)Запыхавшись, приложив руку к сердцу, она остановилась у сторожки и заботливо заглянула в ведро: не очень ли много расплескалось?
(53)- Не очень! (54)И вообще гораздо лучше бежать, чем ползти. (55)Через несколько минут она снова побежала, таща ведро с водой. (56)Она летела так быстро, что с добрых полведра выплеснулось, но ещё оставалось много великолепной, не успевшей согреться, чистой, вкусной воды.
(57)- Голубушки, принесла! (58)Честное слово, принесла! - закричала Кнопка, подтанцовывая и сама глядя на воду с искренним удивлением. (59)- Вот так штука! (60)Принесла! (61)Через полчаса, когда обстрел прекратился и раненые, которых она напоила и умыла, были уложены в машину, Кнопка с дороги в последний раз взглянула на мёртвый, изрытый снарядами кусок земли между колодцем и канавой. (62)«Должно быть, я храбрая, что ли?» - неясно подумала она и поправила развязавшуюся ленточку на тугой короткой косичке. (63)Впрочем, через несколько минут она уже не думала об этом. (64)Машина по-прежнему ныряла по рытвинам, и нужно было следить, чтобы кто-нибудь из раненых не упал с носилок.
(По В. А. Каверину)