(1)Это был городок, каких на нашей земле осталось всего несколько десятков. (2)Ему было больше восьмисот лет. (3)Николай Николаевич хорошо знал, высоко ценил и любил его историю, которая как живая вставала перед ним, когда он бродил по его улочкам, по крутым берегам реки, по живописным окрестностям с древними курганами, заросшими густыми кустарниками жимолости и березняком.
(4)Городок за свою историю пережил не одно бедствие. (5)Здесь над самой рекой, на развалинах старого городища, стоял когда-то княжеский двор, и русская дружина насмерть дралась с несметными полчищами ханских воинов, вооружённых луками и кривыми саблями, которые с криками: «Та Русь! Та Русь!…» — на своих низкорослых крепких конях пытались переправиться с противоположного берега на этот, чтобы разгромить дружину и прорваться к Москве. (6)И Отечественная война 1812 года задела городок своим острым углом. (7)Армия Кутузова тогда пересекла его вереницей солдат и беженцев, повозок, лошадей, лёгкой и тяжёлой артиллерии со всевозможными мортирами и гаубицами, с запасными лафетами и полевыми кузницами, превратив и без того худые местные дороги в сплошное месиво. (8)А потом по этим же дорогам русские солдаты с неимоверной, почти нечеловеческой отвагой, не щадя живота своего днём и ночью гнали французов обратно.
(9)А первая империалистическая, как буря, унесла из городка всех мужчин и вернула их наполовину калеками — безрукими, безногими, но злыми и бесстрашными. (10)Потом много лет спустя пришли фашисты и прокатилась волна пожаров, повешений, расстрелов и жестокого опустошения. (11)Но прошло время, окончилась война, и городок вновь возродился. (12)Он стоял теперь, как и прежде, размашисто и вольно на нескольких холмах, которые крутыми обрывами подступали к широкой излучине реки.
(13)На одном из таких холмов и возвышался дом Николая Николаевича — старый, сложенный из крепких брёвен, совершенно почерневших от времени. (14)Его простой мезонин с прямоугольными окнами затейливо украшали четыре балкончика, выходящих на все стороны света. (15)Чёрный дом с просторной, открытой ветрам террасой был совсем не похож на новые весёлые, многоцветно раскрашенные домики соседей. (16)Он выделялся на этой улице, как если бы суровый седой ворон попал в стаю канареек или снегирей.
(17)По памяти дом всегда казался Николаю Николаевичу большим, просторным, пахнущим тёплым воздухом печей, горячим хлебом, парным молоком и свежевымытыми полами. (18)И ещё когда Николай Николаевич был маленьким мальчиком, то всегда думал, что у них в доме живут не только «живые люди»: бабушка, дедушка, папа, мама, братья и сёстры, приезжающие и уезжающие бесчисленные дяди и тёти, но и те, которые были на картинах, развешанных по стенам во всех пяти комнатах.
(19)Портрет знаменитого генерала Раевского, в парадном мундире, при многочисленных орденах, висел на самом видном месте. (20)Трудно объяснить, почему так происходило, но, будучи в самых сложных переделках, на тяжкой кровавой работе войны, Николай Николаевич, вспоминая дом, думал не только о своих родных, которые населяли его, но и о «людях с картин», которых он никогда не знал.
(21)Дело в том, что прапрадед Николая Николаевича был художник, а отец, доктор Бессольцев, отдал многие годы своей жизни, чтобы собрать его картины. (22)И сколько Николай Николаевич себя помнил, эти картины всегда занимали главное место в их доме.
(23)Николай Николаевич огляделся, подумал, что бы сделать ещё, и вдруг понял, что ему больше всего хочется сесть в старое отцовское кресло, которое называлось необычным словом «вольтеровское». (24)В детстве ему не разрешалось этого делать, а как хотелось забраться на него с ногами!…
(25)Николай Николаевич медленно опустился в кресло, откинулся на мягкую спинку, облокотился на подлокотники и просидел так неизвестно сколько времени. (26)Может быть, час, а может быть, три, а может, остаток дня и всю ночь…
(27)Николай Николаевич думал о разном, но каждый раз возвращался к своей тайной мечте. (28)Он думал о том, что когда он умрёт, то здесь поселится его сын с семьёй. (29)И видел воочию, как сын входит в дом. (30)И конечно, невидимые частицы прошлого пронзят и прогреют его тело, запульсируют кровью, и он уже никогда не сможет забыть родной дом. (31)Даже если уедет в одну из своих экспедиций, где будет искать редчайшие цветы, взбираясь высоко в горы и рискуя сорваться в пропасть, только затем, чтобы посмотреть на едва заметный бледно-голубой цветок на тонком стебельке, который растёт на самом краю отвесной скалы.
(По В. К. Железникову*)
*Владимир Карпович Железников (1925-2015) — советский и российский писатель, сценарист, кинодраматург.