(1)Когда тридцать девочек встают, это похоже, будто взлетают птицы. (2)Фр-р-р!
(3)Одинаковые птицы, с чёрными крыльями передников. (4)Хлопать крышками парт нельзя.
(5)Неприлично. (6)А если зазеваешься и окаянная крышка издаст деревянный звук, все оглянутся, а классная дама подарит тебя особенным взглядом, именуемым в классе «Горгона в сиропе». (7)Потом пол-урока будут гореть щёки. (8)Поэтому - только вспорхнуть и сразу застыть. (9)Тридцать смотрят на одну - вот с чего начинается гимназия, если приходишь в середине года.
(10)- Познакомьтесь, это новая ученица, Римма Гейбер. (11)Будьте приветливы и помогите ей познакомиться с нашими порядками.
(12)«Мадам Бонтон» говорила всегда, будто диктант диктовала. (13)Надо было знать её несколько месяцев, чтобы понимать, что, в сущности, она безвредна. (14)Новенькая, в таком же, как у всех, чёрном переднике, держалась очень прямо и даже храбро улыбнулась.
(15)- Хорошенькая, - вздохнули где-то на последней парте. (16)Она и впрямь была хорошенькая, эта Римма: яркие карие глаза и черные кудри. (17) Впрочем, ясно было, что место первой красавицы класса она не займёт. (18)Это место было прочно утверждено за Зиной.
(19)На первой же перемене новенькую, как водится, окружили и стали расспрашивать.
(20)- Из Никола-а-ева? (21)Ах, какая провинция! - протянула Леля Губинская и повела плечиком. (22)Лёлю в классе недолюбливали. (23)Ничего, конечно, не было плохого в том, что её папа пожертвовал такие деньги на Евангелическую больницу. (24)Это было принято, и каждый делающий что-то для города мог быть уверен, что вся Одесса будет об этом говорить.
(25)Но не сам же он и не члены же его семьи! (26)В Лёлиных бесстыдных об этом разговорах было ещё и оскорбительное для города: будто без её хлопот Одесса забудет о благодарности.
(27)Девочки чувствовали, что это похуже обычного хвастовства, хотя и не отдавали себе отчёт - чем именно хуже. (28)Ещё больше возмущали их восторги Лёли по поводу волшебного фонаря, подаренного ей на Рождество. (29)Волшебный фонарь - это было почти чудо, и лучше было о нём не мечтать. (30)Не признаваться же себе, что завидуешь Лёле!
(31)Римма обо всех этих отношениях знать не могла, но симпатию класса почувствовала именно на себе и дерзко взглянула на примятый Лёлин бант.
(32)- А вы там бывали? (33)В Николаеве? - вкрадчиво спросила она.
(34)- Нет, разумеется! - Леля вздёрнула подбородок, как будто её потянули сзади за косу.
(35)- Тогда, конечно, провинция, - весело согласилась Римма, и девочки засмеялись.
(36)«Смелая какая! (37)И умница, как нашлась», - подумала Анна и решила взять новенькую под защиту. (38)Это могло еще понадобиться, потому что Лёля не собиралась сдавать позиции. (39)А что ж вы оттуда уехали, из Николаева?
(40)О, тут Римма могла не стесняться ответом. (41)Она уловила, что никто уже не посмеет смеяться или хотя бы отказать в сочувствии.
(42)- Там умер мой отец. (43)При трагических обстоятельствах. (44)И мама не могла там оставаться жить.
(45)- Почему же?
(46)Лёля уже и сама жалела, что начала задирать эту выскочку, но остановиться не могла.
(47)Хоть бы какой-нибудь безопасный отход для самолюбия!
(48)- Потому что она его любила. (49)Но вам, наверное, ещё рано понимать про любовь. (50)Это было уже наотмашь. (51)Не понимать про любовь никто из гимназисток второго класса позволить себе не мог. (52)Все оказались на стороне Риммы, и ниоткуда Лёля не могла ждать пощады.
(53)- Конечно, она не понимает. (54)Пойдёмте, Римма я вам покажу, где у нас чай пьют, - приобняла новенькую Зина. (55)И они пошли праздновать победу Риммы чаем с бубликами, продаваемыми обыкновенно уже на первой перемене.
(По И. Б. Ратушинской*, текст адаптирован Е. П. Дудиной)