(1) Тогда я жил ещё в родном городе К.
(2) Небольшой, но старинный, как вы, на-верное, знаете, русский городок.
(3) Литературный институт я уже окончил, стихи то там, то сям публиковались, и, ко-нечно, в таком городке, как К., меня, единственного стихотворца, все знали.
(4) Во всяком случае, хорошо знали в городской библиотеке.
(5) Можно сказать, что с главной нашей библиотекаршей Валентиной Филипповной мы были друзьями.
(6) Она даже у нас в гостях бывала, если, скажем, день рождения у моей жены или праздник какой-нибудь.
(7И вот однажды Валентина Филипповна присылает мне записочку и просит прийти в библиотеку.
(8) Я пошёл.
(9) Мы с женой в это утро повздорили в нашей житейской коммунальной тесноте, и настроение у меня было паршивое.
(10) Словно глаза бы закрыл и убежал бы куда-нибудь подальше.
(11) И в самом деле, когда тесно, да ещё ребёнок, и невозможно уединиться, чтобы писать...
(12) Пришёл я в библиотеку, а Валентина Филипповна меня с ходу и ошарашила.
(13) Дело в том, что у них в подвалах бывшего купеческого дома, в котором разме-щалась теперь городская библиотека, сложенными в штабеля лежали старые книги.
(14) Откуда взялись?
(15) Очень просто.
(16) Когда конфисковались дворянские усадьбы в уезде и такие вот купеческие дома, то, естественно, в каждом доме находили библиотеку.
(17) Книги свезли в подвал одного дома, в котором тогда уже решили устроить городскую народную библиотеку.
(18) Какая-то часть из свезённых и сваленных книг была разобрана, систематизирована и составила основу библиотеки, а большая часть так с тех пор и лежала в подвале.
(19) Они занимали даже проходы и служебные комнаты — ужасно мешали.
(20) Валентина Филипповна много раз обращалась к своему городскому начальству: что делать с этими книгами?
(21) Надоела, должно быть.
(22) И вот наконец получила распоряв макулатуру.
жение: все старые книги, заполняющие подвал, проходы и служебные помещения, сдать
(23) Решение оказалось неожиданным для Валентины Филипповны: она ведь была хорошим библиотекарем и любила книги.
(24) Тогда-то она и послала за мной, единственным в городке литератором-профессионалом.
(25) Она объяснила мне, в чём дело, и предложила подогнать грузовик и всё, что захочу и выберу, увезти к себе.
(26) Какая разница, сколько будет сдано макулатуры: две тонны, тонна с четвертью или семьсот килограммов?
(27) А ведь там были первоиздания Радищева и Державина, Баратынского и Батюшкова, первые книги на французском языке Дюма и Бальзака, там были Библии с иллюстрациями Доре...
-
(28) Так у тебя же теперь, наверное, одна из лучших библиотек в Москве!
(29) Ты же — миллионер!
-
(30) Исстари ведётся - дуракам клад даётся.
-
(31) Ты что же, эти книги тогда не взял?
—
(32) В том-то и дело, что не взял!
—
(33) Но почему?!
—
(34) Да говорю же... с женой поругались... теснота... настроение паршивое... а тут надо грузовик нанимать, возиться.
-
(35) Значит, попросту говоря, были-с не в настроении-с?
—
(36) Да, и говорю Валентине Филипповне, мол, делайте что хотите с этими рарите-тами.
-
(37) А она что же?
—
(38) Поглядела на меня как на чокнутого, а потом сразу же, видимо, осердилась, оскорбилась...
(По В.А. Солоухину*)
23
* Владимир Алексеевич Солоухин (1924-1997) — русский писатель и поэт, публицист.