Текст:
(1) Ночью в ближайших от моста селах немцы подняли жителей прямо с постелей и погнали на строительство.
(2) Метель слепила людям глаза и швыряла их из стороны в сторону.
(3) Всех прибывающих немцы останавливали возле строительной площадки и выстраивали по обе стороны дороги.
(4) Солдаты дали кому лом, кому — лопату и приказали рыть.
(5) Земля под снегом промерзла и поддавалась плохо.
(6) На тех, кто осмеливался отдыхать, немцы набрасывались, как воронье, — стаями.
(7) Пот лил с людей, словно они работали в жарко натопленной бане.
(8) Многие сбросили с себя полушубки и куртки.
(9) К утру, когда стали подходить жители дальних деревень, по обе стороны дороги очертились широкими канавами два белых прямоугольника.
(10) По приказу Швальбе солдаты разогнали падающих от усталости людей по местам их постоянной работы, а сами принялись оцеплять канавы рядами колючей проволоки.
(11) Люди заволновались.
(12) Неужели за колючую изгородь всех загонят?
(13) А как же с детьми и стариками?
(14) В полдень волнение усилилось: немцы стали нумеровать работающих — жирно мазали спины крахмалом и наклеивали по два белых матерчатых квадрата.
(15) На одном значилась написанная черным цифра, на другом — начальная буква названия села.
(16) Женю присоединили к великолужанам, приклеив к ее спине знак: «В-94».
(17) Перед вечером она осторожно подошла к покатнинцам, которые работали на распилке.
(18) Пильщик, на спине которого было крупно помечено «П-11», повернул на ее шаги голову — это был Фрол Кузьмич.
(19) Его-то и разыскивала Женя.
(20) Еще утром старик шепнул ей, что он и остальные покатнинцы намереваются бежать с наступлением вечерних сумерек, и просил помочь отвлечь чем-либо немцев.
(21) До сегодняшнего дня был один возможный путь — поле: с наступлением темноты ползком, прячась за бугорками, партизаны могли бы незаметно подкрасться к берегу и завладеть танками или уничтожить их.
(22) Но теперь этот путь прегражден колючей проволокой и рвами.
(23) Женя взглянула на мост.
(24) Два пролета были совсем готовы, цементировали настил…
(25) Превратится в железобетонное тело скелет третьего пролета — и пойдут по мосту поезда на Москву.
(26) — Пока остаемся, — сурово сказал Фрол Кузьмич.
(27) — Если нет другого исхода, до конца останемся, обмозгуем там, — он опять кивнул в сторону колючей изгороди, — и постараемся работнуть так, что Гитлер не обрадуется мостику.
(28) Так и передай своим.
(29) Из низины, в которой просеивали песок, прибежал Минька.
(30) «П-19» — прочла Женя на его спине, а Фрол Кузьмич, увидев сына, рассвирепел:
(31) — Ты что же это, а?
(32) Я тебе, подлецу, что приказал?
(33) Минька обиженно отвернулся.
(34) — А кто вам смолу станет приносить? — буркнул он, надвигая на лоб мохнатую шапку.
(35) Фрол Кузьмич молчал.
(36) Минька заплакал и прижался к отцу, спрятав лицо в его расстегнутой куртке.
(36) Чтобы совладать с собой, до слез тронутый старик отстранил сына и взялся за пилу, хотя сумерки сгустились уже настолько, что не было видно нанесенных на бруски линий.
(37) Женя мрачно смотрела на покатнинцев, которые с клеймами на спинах, под конвоем немцев, зашагали к колючей проволоке.
(38) Впереди шли Фрол Кузьмич и Минька — «П-11» и «П-19».
(39) В этой же группе шагали тетя Нюша и Клавдия.
(40) Великолужане выстраивались возле самых бетономешалок.
(41) Женя встала с краю — на случай, чтобы удобнее было бежать.
(42) — Для каждого села наказание — десять дней ареста, — хлестнул людей его голос.
(43) — Если в течение этого срока никто не получит замечания, все пойдут домой.
(44) Если в течение этого срока хоть один человек будет уличен в саботаже, все село пробудет за колючей проволокой до конца работ, а дальше — посмотрим…
(45) Воспользовавшись тем, что внимание немцев было сосредоточено на людях, входивших за колючую проволоку, Женя пробралась к самой кромке берега, спустилась вниз и поползла.
(46) У нее была важная задача: добраться до своих, чтобы передать, что их ждут – женщины, дети, старики.
(По Н. З. Бирюкову).