Текст:
(4) С крыши на плечо падают редкие капли, на задворках порывисто вскрикивают гуси.
(5) Ржёт жеребёнок тоненьким голосом.
(6) Перед окнами стоят отпряжённые пушки, вытянув стальные холодные шеи.
(7) Потные лошади в сёдлах жуют сено.
(8) Сижу, подставив голову под апрельское солнце, смотрю на разорванную паутину голубеющих облаков, плывущих над талой, почерневшей землёй.
(9) Уши мои не оглохли от пушечных выстрелов: слышу, как порывисто вскрикивают гуси, весело квохчут курицы, тихо, осторожно падают редкие бесшумные капли ко мне на плечо.
(10) Это моя походная весна.
(11) Вслушиваюсь в шорохи, в крики, встречающие молодую апрельскую весну, — сердце волнуется...
(12) Дома — жена, двое детей.
(13) Маленькая комнатка в нижнем этаже.
(14) Там ждут меня.
(15) Посматривая на ручеёк под ногами, на воробьёв, прыгающих у лафетов, вижу сына Серёжку, с бледными щеками, трёхлетнюю
Нюську с голубенькой ленточкой в золотых волосах.
(16) Они сидят на подоконнике, прижавшись друг к другу, смотрят сквозь талые окна.
(17) Ищут меня среди прохожих, ждут, когда приду, посажу на колени к себе.
(18) Достаю из кармана старое, давно прочитанное письмо.
(19) Жена утешает меня: «Я не плачу, крепись и ты...»
(20) А когда уходил из дому, она говорила:
- Зачем ты идёшь добровольно?
(21) Разве тебе надоела жизнь?..
(22) По щекам у неё катились слёзы.
(23) Были в них горе, любовь и страдание.
(24) Теперь жена ободряет: «Не бойся за нас; я терпеливая, всё вынесу...»
(25) Дальше - письмо от Серёжки.
крючков, завитушек, маленький растопыренный кустик без листьев.
(26) Он не умеет писать буквами, наставил палочек, хвостиков,
(27) Внизу пояснение от матери: «Понимай, как хочешь...»
(28) Я понимаю Серёжкины буквы.
лись товарищи, и, пощупав винтовку, сказал:
пляющими глазами.
(30) Я поцеловал их украдкой, чтобы не посмеяние, и эти палочки с хвостиками посмотрели на меня светлыми укре-
(29) Первый раз я прочёл письмо в походе, когда шли в наступле-Иди, отец!..
(31) Я иду умирать не от скуки, не от старости, не оттого, что надосла мне жизнь.
(32) Я очень хочу жить.
(33) Меня волнуют и эта вот ширь весенняя, и утренние и вечерние зори в затишье, и дальний полёт журавлей, и лепет ручьёв по овражкам...
(34) Я любовно обнимаю взглядом кажлое облачко, каждый кустик и всё-таки иду умирать...
(35) Иду навстречу смерти спокойно и твёрдо.
(36) Она летит ко мне в тяжёлых артиллерийских снарядах, взрывающих талую землю, в частых винтовочных выстрелах, вспыхивающих синим дымком.
(37) я вижу её, выглядывающую из-под каждого бугорка, одетого сумраком вечера, и всё-таки иду умирать потому, что хочу жить.
(38) Я не знаю, как это сказать проще, но, окружённый хохочущей ни страха, ни тоски, ни расслабленности. порот смертью, не чувствую на себе холодных хватающих рук.
(39) Нет во мне в
(40) Я не вижу винтовок, выставленных против меня, не слышу, как рвутся снаряды.
(41) Я стискиваю зубы, падаю, ползу, снова вскакиваю, бросаюсь вперёд...
(42) Нет смерти...
(43) Полон молодости, неудержимого порыва, слышу я не весенний голос природы, а голос своей матери:
- Иди, сынок!..
для себя, для Серёжки с Нюськой и для тех, кто не видит их старыми
(44) Я хочу жить.
(45) А для этого должен отстрелять солнечные дни проплаканными глазами...
(47) Мне придётся или совсем лечь на талых просыхающих полях, или
(46) У меня прострелена одна рука, но это не последняя жертва.
вернуться домой победителем.
(48) Другого пути нет...
Нюськой, чтобы жил и радовался весь наш народ
(49) А я хочу жить.
(50) Хочу, чтобы жили и радовались Серёжка с это проще и легче, - любовь моя к жизни ведёт меня в бой.
(51) И оттого, что я хочу жить, оттого, что нет иного пути сделать черние зори в степях, но грусть моя светлая, укрепляющая.
(52) Долог мой путь.
(53) Не один раз меня встретят утренние и ве-
(54) Это — мой путь.