(1) Никто, как мать, не умеет так глубоко скрывать свои страдания и муки.
(2) И никто, как дети, не умеет так хладнокровно не замечать того, что происходит с матерью.
(3) Она не жалуется, значит, ей хорошо.
(4) Я никогда не видел слёз своей матери.
(5) Ни разу в моём присутствии её глаза не увлажнялись, ни разу она не пожаловалась мне на жизнь, на боль.
(6) Я не знал, что это было милосердием, которое она оказывала мне.
(7) В детстве мы легко принимаем от матери жертвы, всё время требуем жертв.
(8) А то, что это жестоко, узнаём позже – от своих детей.
(9) «Золотые дни» не вечны, на смену им приходят «суровые дни», когда мы начинаем чувствовать себя самостоятельными и постепенно удаляемся от мамы.
(10) И вот уже нет прекрасной дамы и маленького рыцаря, а если он и есть, то у него другая прекрасная дама – с косичками, с капризно надутыми губами, с кляксой на платье...
(11) В один из «суровых дней» я пришёл из школы голодный и усталый.
(12) Швырнул портфель.
(13) Разделся.
(14) И сразу за стол.
(15) На тарелке лежал розовый кружок колбасы.
(16) Я съел его мгновенно.
(17) Он растаял во рту.
(18) Его как бы и не было.
(19) Я сказал:
–
(20) Мало.
(21) Хочу ещё.
–
(22) Мама промолчала.
(23) Я повторил свою просьбу.
(24) Она подошла к окну и, не оглядываясь, тихо сказала:
–
(25) Больше нет... колбасы.
(26) Я встал из-за стола, не сказав «спасибо».
(27) Мало!
(28) Я шумно ходил по комнате, грохотал стульями, а мама всё стояла у окна.
(29) Я подумал, что она, наверное, разглядывает что-то, и тоже подошёл к окну.
(30) Но ничего не увидел.
(31) Я хлопнул дверью – мало! – и ушёл.
(32) Нет ничего более жестокого, чем просить у матери хлеба, когда его у неё нет.
(33) И негде взять.
(34) И она уже отдала тебе свой кусок...
(35) Тогда можно рассердиться и хлопнуть дверью.
(36) Но пройдут годы, и стыд настигнет тебя.
(37) И тебе станет мучительно больно от своей жестокой несправедливости.
(38) Ты будешь думать о дне своего позора даже после смерти матери, и эта мысль, как незаживающая рана, будет то затихать, то пробуждаться.
(39) Ты будешь находиться под её тяжёлой властью и, оглядываясь, скажешь: «Прости!»
(40) Нет ответа.
(41) Некому прошептать милосердное слово «прощаю».
(42) Когда мама стояла у окна, её плечи слегка вздрагивали от беззвучных слёз.
(43) Но я этого не заметил.
(44) Я не заметил грязных своих апрельских следов на полу, не расслышал хлопнувшей двери.
(45) Теперь я всё вижу и слышу.
(46) Время всё отдаляет, но оно приблизило ко мне и этот день, и многие другие дни.
(47) Во мне накопилось много слов.
(48) Они распирают мне грудь, стучат в висок.
(49) Они рвутся наружу, на свет, на бумагу.
(50) Прости меня, родная!
По Солоухину В.