Текст: 1)Прошло три года.
(2) Многочисленная публика собралась в Киеве слушать оригинального музыканта.
(3) Он был слеп, но молва передавала чудеса о его музыкальном таланте и его личной судьбе.
(4) Говорили, будто в детстве он был похищен из зажиточной семьи бандой слепцов, с которыми бродил, пока известный профессор не обратил внимания на его замечательный музыкальный талант.
(5) Другие передавали, что он сам ушёл из семьи к нищим из каких-то романтических побуждений.
(6) Как бы то ни было, зала была набита битком, и сбор (имевший неизвестное публике благотворительное назначение) был полный.
(7) В зале настала глубокая тишина, когда на эстраде появился молодой человек с красивыми большими глазами и бледным лицом.
(8) Никто не признал бы его слепым, если б эти глаза не были так неподвижны и если б его не вела молодая белокурая дама, как говорили, жена музыканта.
(9) Южнорусская публика вообще любит и ценит свои родные мелодии, но здесь даже разношёрстная толпа была сразу захвачена глубокой искренностью выражения.
(10) Живое чувство родной природы, чуткая оригинальная связь с непосредственными источниками народной мелодии сказывались в импровизации, которая лилась из-под рук слепого музыканта.
(11) Богатая красками, гибкая и певучая, она бежала звонкою струёй, то поднимаясь торжественным гимном, то разливаясь задушевным грустным напевом…
(12) Когда он смолк, гром рукоплесканий охваченной восторгом толпы наполнил громадную залу.
(13) Слепой сидел с опущенною головой, удивлённо прислушиваясь к этому грохоту.
(14) Но вот он опять поднял руки и ударил по клавишам.
(15) Многолюдная зала мгновенно притихла.
(16) В эту минуту вошёл Максим.
(17) Он внимательно оглядел эту толпу, охваченную одним чувством, направившую на слепого жадные, горящие взгляды.
(18) Старик слушал и ждал.
(19) Он больше, чем кто-нибудь другой в этой толпе, понимал живую драму этих звуков…
(20) И вдруг сердце Максима упало.
(21) Из-под рук музыканта опять, как и некогда, вырвался стон.
(22) Вырвался, прозвенел и замер.
(23) И опять живой рокот, всё ярче и сильнее, сверкающий и подвижный, счастливый и светлый.
(24) Это уже не одни стоны личного горя, не одно слепое страдание.
(25) На глазах старика появились слёзы.
(26) Слёзы были и на глазах его соседей.
(27) «Он прозрел, да, это правда — он прозрел, — думал Максим.
(28) — Да, он прозрел…
(29) На месте слепого и неутолимого эгоистического страдания он носит в душе ощущение жизни, он чувствует и людское горе, и людскую радость, он прозрел и сумеет напомнить счастливым о несчастных…»
(30) И старый солдат всё ниже опускал голову.
(31) Вот и он сделал своё дело, и он недаром прожил на свете, ему говорили об этом полные силы властные звуки, стоявшие в зале, царившие над толпой…
(В. Короленко)