Как-то в выходной день Сёмка пошёл опять к талицкой церкви.
(2) Сел на косогор, стал внимательно смотреть на неё.
(3) Тишина и покой кругом.
(4) Тихо в деревне.
(5) И стоит в зелени белая красавица – столько лет стоит! – молчит.
(6) И много-много раз видела она, как восходит и заходит солнце, полоскали её дожди, заносили снега…
(7) Но вот – стоит.
(8) Кому на радость?
(9) О чём же думал тот неведомый мастер, оставляя после себя эту светлую каменную сказку?
(10) Как песню спел человек, и спел хорошо.
(11) Так просила душа.
(12) Милый, дорогой человек!..
(13) Сёмка сидел в церкви, пока пятно света на каменном полу не подкралось к его ногам.
(14) На другой день Сёмка, сказавшись больным, не пошёл на работу, а поехал в райгородок.
–
(15) Игорь Александрович, займитесь, пожалуйста, с товарищем – по вашей части.
–
(16) Пойдёмте, – радушно предложил Игорь Александрович.
(17) Они пошли по длинному коридору, Игорь Александрович впереди, Сёмка сзади на полшага.
–
(18) Я сам из Талицы, а точнее, из Чебровки, Талица от нас…
–
(19) Сейчас, сейчас, - покивал головой Игорь Александрович, не оборачиваясь, – сейчас во всём разберёмся.
(20) Вошли в кабинет…
–
(21) Ну? – сказал Игорь Александрович.
(22) И улыбнулся.
–
(23) Садитесь и спокойно всё расскажите.
(24) Сёмка начал всё подробно рассказывать.
(25) Пока он рассказывал, Игорь Александрович, слушая его, нашёл на книжной полке какую-то папку, полистал, отыскал нужное и, придерживая ладонью, чтобы папка не закрылась, стал заметно проявлять нетерпение.
(26) Сёмка заметил это.
–
(27) Всё? – спросил Игорь Александрович.
–
(28) Пока всё.
–
(29) Ну, слушайте: Талицкая церковь Н-ской области Чебровского района, – стал читать Игорь Александрович, – так называемая – на Крови.
(30) Сёмка Рысь чувствовал себя полностью обескураженным.
–
(31) Но красота-то какая! – попытался он упорствовать.
–
(32) Красивая, да, – Игорь Александрович легко поднялся, взял с полки книгу, показал фотографию храма.
–
(33) Похоже?
–
(34) Похоже…
–
(35) Это владимирский храм Покрова.
(36) Двенадцатый век.
(37) Не бывали во Владимире?
–
(38) Я што-то не верю… – Сёмка кивнул на казённую бумагу. – По-моему, они вам втёрли очки, эти ваши специалисты.
(39) Я буду писать в Москву.
–
(40) Так это ответ из Москвы.
(41) Я почему обманулся: думал, что она тоже двенадцатого века…
(42) Я думал, кто-то самостоятельно – сам по себе, может быть, понаслышке, – повторил он.
(43) Но чудес не бывает.
(44) Вас что, сельсовет послал?
–
(45) Да нет, я сам…
(46) Надо же!
(47) Ну, допустим – копия!
(48) Ну и что?
(49) Красоты-то от этого не убавилось!
–
(50) Ну, это уже не то…
(51) А главное, денег никто не даст на ремонт.
–
(52) Не дадут?
–
(53) Нет.
(54) Домой Семён выехал в тот же день.
(55) В райгородок прибыл ещё засветло, обидно было.
(56) И досадно.
(57) С тех пор он про талицкую церковь не заикался, никогда не ходил к ней, а если случалось ехать талицкой дорогой, он у косогора поворачивался спиной к церкви, смотрел на речку, на луга за речкой, зло курил и молчал.
(58) Люди заметили это, и никто не решался заговорить с ним в это время.
(59) И зачем он ездил в область, и куда там ходил, тоже не спрашивали.
(60) Раз молчит, значит не хочет говорить об этом, значит, зачем же бередить душу расспросами.
(По В. Шукшину)