(1)Как-то мы набрели на выводок чирка: взрослую уточку и четырёх подростков. (2)Утята уже хорошо оперились, но летать ещё не могли, а потому выводок держался в самой глухой части Бараньего озера, сплошь заросшего ситником. (3)Сопровождавший меня соседкин сынишка Гриша, мигом полез за утятами. (4)— Вернись, утопнешь! — крикнул я. (5)Но Гриша не откликался. (6)Только чавкала вода. (7)Появился Гриша, весь забрызганный грязью, чёрный как бесёнок. (8)Из подола рубахи он торжественно извлёк пару утят. (9)— Прасковья Петровна! — окликнул я хозяйку, когда мы вошли во двор. (10)— Посмотрите, что мы принесли. (11)На порог сеней вышла бабушка Прасковья с недовязанным подсачком в руках, заглянула в мокрый подол, спросила: — Для дела для какого? (12)— Да нет, так просто... (13)— А тогда зря. (14)Птица вольная. (15)Ей надо на юг лететь. (16)А вы её неволить надумали. (17)Замокреет, запакостится, пропадёт! (18)Слова Прасковьи Петровны смутили меня. (19)Но я всё же не решился расстаться со своими пленниками. (20)Меня так соблазняла мысль увезти их в город, приручить, сделать их домашними! (21)Я попросил у Прасковьи Петровны лукошко, постлал на дно сухого сена и посадил на него утят. (22)А чтобы они не выскочили, накрыл лукошко плащом. (23)Я переживал какое-то радостное волнение оттого, что вот тут, в человеческом жилье, затаилась дикая природа: два пугливых чирка. (24)Сколько мы ещё не знаем! (25)Какое-нибудь худосочное озерцо, тут же под городом, полно жизни, но какова она, эта жизнь, — для многих такая же загадка, как тайна планеты Марс. (26)А мы ещё мечтаем о путешествиях в дальние страны... (27)Вот они, дальние неведомые страны, — вокруг тебя. (28)Поля, луга, рощи, реки, озёра... (29)Я накрошил в миску хлеба, налил воды, поставил в лукошко и лёт спать. (30)А ночью проснулся от хлопанья крыльев. (31)Селезень неведомо как вылез из лукошка, бился в окно. (32)— Вон ты какой буйный! — сказал я. (33)Потерпи, браток. (34)Приедем в город, устрою тебе вольерку с водой, посажу кустики осоки. (35)Славно заживёшь со своей подружкой. (36)Утром наведался Гриша, Мы вытащили утят и пустили их на пол. (37)Как неузнаваемо изменились они за одну только ночь неволи! (38)Хвосты и грудки намокли, из крыльев торчали вывернутые. (39)Прасковья Петровна, внеся завтрак, покачала головой:
— Пустите вы их! (40)Вот давай тебя возьму да и посажу в погреб. (41)Тебе надо в свой город, а я не пускать стану, буду в сырой яме держать. (42)Ты оттуда карабкаешься, а я за воротник да опять назад. (43)Неволя, сынок, самое тяжкое наказание. (44)И человек жертвует собой ради свободы, и птица тоже. (45)Только у человека, конечно, своё разуменье о свободной жизни. (46)А всё-таки для всех она что твой воздух. (47)Лишился — и зачах. (48)— Что, Гриша, отпустим чирят? — спросил я своего приятеля. (49)— Да хоть и пустим... — согласился Гриша. (50)Когда смерклось, мы в торжественном молчании вынесли из дому лукошко и спустились по откосу к реке. (51)Поперёк чёрной реки перекинулся зыбкий мостик лунного отсвета. (52)Я наклонил лукошко и сбросил с него плащ. (53)На ободок, неуклюже карабкаясь перепончатыми лапами, выбрался селезень, уселся на краю, балансируя грудью и вскидывая маленькую головку с блестящими глазками. (54)И вдруг полетел, зачерпывая крыльями воду, разбивая танцующий золотой мостик, полетел навстречу багровому диску луны. (55)Казалось, что вот он, обессиленный, упадёт. (56)Только когда он тяжело шлёпнулся у берега, мы поняли, что он набрал-таки сил перелететь реку и спрятаться в береговой тени. (57)Это был его первый в жизни полёт. (58)Полёт из неволи. (59)Уточка оказалась слабее селезня. (60)Она даже и не попыталась лететь, а сбежала к воде, вошла в неё и поплыла на ту сторону. (61)Уточка едва слышно свистнула, но её тихий тревожный зов был услышан на том берегу. (62)Тотчас раздался ответный голос селезня, плыви, мол, сюда! (63)Я здесь. (64)Уточка благополучно перебралась через реку, и мы потеряли её из виду. (65)Но долго ещё не уходили домой, слушали, как на той стороне плескались и радостно посвистывали два диких утёнка. (66)— Проводили? — встретила нас Прасковья. (67)— Проводили, — отозвался я. (68)— Жалко, конечно, но будто ношу какую с плеч сбросил. (69)— Оттого что доброе дело сделал. (70)С годами такое поймётся...
(По Е. И. Носову)