(1)Для того чтобы прозреть, нужно не только смотреть по сторонам. (2)Нужно научиться видеть. (3)Хорошо может видеть людей и землю только тот, кто их любит. (4)Стертость и бесцветность прозы часто бывает следствием холодной крови писателя, грозным признаком его омертвения. (5)Но иногда это простое неумение, свидетельствующее о недостатке культуры. (6)Тогда это дело, как говорится, поправимое. (7)Как видеть, как воспринимать свет и краски — этому могут научить нас художники. (8)Они видят лучше нас. (9)И они умеют помнить увиденное. (10)Когда я был еще юным писателем, знакомый художник сказал мне: — Вы, мой милый, еще не совсем ясно видите. (11)Несколько мутновато. (12)И грубо.
(13)Судя по вашим рассказам, вы замечаете только основные цвета и сильно окрашенные поверхности, а переходы и оттенки сливаются у вас в нечто однообразное. (14)— Что же я могу поделать! (15)— ответил я, оправдываясь — Такой уж глаз. (16)— Ерунда! (17)Хороший глаз — дело наживное. (18)Поработайте, не ленитесь, над зрением. (19)Держите его, как говорится, в струне. (20)Попробуйте месяц или два смотреть на все с мыслью, что вам это обязательно надо написать красками. (21)В трамвае, в автобусе, всюду смотрите на людей именно так. (22)И через два-три дня вы убедитесь, что до этого вы не видели на лицах и десятой доли того, что заметили теперь. (23)А через два месяца вы научитесь видеть, и вам уже не надо будет понуждать себя к этому.
(24)Я послушался художника, и действительно — и люди и вещи оказались гораздо интереснее, чем раньше, когда я смотрел на них бегло и торопливо. (25)И меня охватило едкое сожаление о глупо потраченном времени. (26)Сколько бы я мог увидеть за прошлые годы превосходных вещей! (27)Сколько интересного необратимо ушло, и его уже не воскресишь! (28)Это был первый урок, который я получил от художника. (29)Второй урок был нагляднее. (30)Однажды осенью я ехал из Москвы в Ленинград, но не через Калинин и Бологое, а с Савеловского вокзала — через Калязин и Хвойную. (31)Многие москвичи и ленинградцы даже не подозревают о существовании этого пути. (32)Он хотя и дальше, но интереснее, чем привычный путь на Бологое. (33)Интереснее тем, что дорога проходит по пустынным и лесистым краям. (34)Моим попутчиком оказался маленький человек с узенькими, но очень живыми глазами.
(35)Одет он был мешковато. (36)Человек этот вез большой ящик с масляными красками и рулоны загрунтованного холста. (37)Нетрудно было догадаться, что это художник. (38)Мы разговорились. (39)Мой попутчик рассказал, что едет под город Тихвин, где есть у него приятель лесник, будет жить у него на кордоне и писать осень. (40)— А почему же вы забираетесь так далеко, под Тихвин? (41)— спросил я. (42)— Там у меня облюбовано одно место, -доверительно ответил художник. (43)— Всем местам место! (44)Такого второго нигде не найдете. (45)Чистый осиновый лес! (46)Кое-где только попадаются редкие ели. (47)Осина дает осенью такой нарядный убор, как ни одно дерево. (48)Листу нее чистой раскраски. (49)Пурпурный, лимонный, лиловый и даже черный с золотым крапом.
(50)Под солнцем получается великолепный костер. (51)Поработаю там до зимы, а зимой подамся на берег Финского залива, за Ленинград. (52)Там, вы знаете, самый лучший иней в России. (53)Нигде я такого инея не видел. (54)Я сказал, конечно, шутя, что при таких познаниях мой спутник мог бы составить ценный путеводитель для художников, где что писать. (55)— А что же вы думаете! (56)— серьезно ответил художник. (57)— Составить нетрудно. (58)Но только нет смысла. (59)Все набьются в одно место, тогда как сейчас каждый ищет себе красоту в отдельности.
(60)А это не в пример лучше. (61)— Почему? (62)— Разнообразнее раскрывается страна. (63)В русской земле столько прелести, что всем художникам хватит на тысячи лет. (64)Но знаете, -добавил он с тревогой, -что-то человек начал очень уж затаптывать и разорять землю. (65)А ведь красота земли — вещь священная, великая вещь в нашей социальной жизни. (66)Это одна из конечных наших целей. (67)Не знаю, как вы, но я в этом убежден. (68)Без понимания этого какой же может быть передовой человек!
(По К.Г. Паустовскому*)
* Константин Георгиевич Паустовский (1892—1968) — русский писатель и публицист XX века, классик отечественной литературы.