(1) Есть два подобия целомудренных и страстных объятий: море и раскрытая книга; их оценить может всякий возраст. Но море однообразнее книги и быстрее утомляет; книга держит в объятьях часами, годами, всю жизнь, и любовные выдумки её безграничны. Прочитанная, она остаётся в памяти – и снова рождается, опять влекущая и ещё раз полная тайны. В море мы плаваем на поверхности – в книгу уходим с головой, и чем глубже, тем слаще и чудеснее. Чаще всего её называют другом.
(9) Она бывает Учителем, ласковой матерью, детищем и злым врагом. Но, конечно, она – возлюбленная, неподражаемая в постоянстве и вечном равнодушии. Ничто не дало миру столько добра и столько зла, как книга, и никто другой не пользовался таким почётом в памяти далёких поколений. Самым невозможным кажется исчезновение книги, замена её иной человеческой выдумкой. Это, конечно, случится, – но к тому времени люди переродятся, и не будет больше ни любви, ни вымысла, ни наивной веры, украшающей нашу жизнь. С жалостью думается о таких людях будущего.
Михаил Андреевич Осоргин (1878-1942), русский писатель, журналист.
Отрывок из книги "Заметки старого книгоеда"