(1) Мне ещё никогда не приходилось выступать в роли учителя, да ещё на открытом уроке литературы, но придётся попробовать.
(2) Смотрю я сейчас на вас и думаю о важности того, чтобы каждый из вас состоялся в жизни как гражданин.
(3) Всё должно быть в своё время.
(4) И гражданин должен состояться именно в своё время, не в сорок лет, и не в тридцать, даже не в двадцать, потому что к двадцати годам это уже взрослый, полностью определившийся человек, переделать потом себя ему трудно.
(5) Гражданин начинается с первых часов, с первых дней своей жизни, а определяется всё-таки в вашем возрасте.
(6) И в этом, конечно, очень важна роль ваших родителей и учителей.
(7) И если у нас урок литературы, то скажу доброе слово о литературе, о чтении.
(8) Есть вещи, которым не могут научить ни науки, ни ремёсла, ни технические средства.
(9) Нравственности, духовности может научить литература.
(10) Помните, может быть, когда Пушкин узнал, что ему предстоит умереть, когда сказали ему об этом и потребовалось сделать последнее распоряжение, то первые слова, с которыми он обратился, были к книгам: «Прощайте, друзья».
(11) Ни к кому-то, даже не к близким, а к книгам.
(12) Родство по крови – это одно.
(13) Другое дело - родство с книгами – это какое-то особое духовное родство.
(14) Я, по крайней мере, представить себе жизнь без книги не в состоянии.
(15) Это настолько огромное несчастье, когда ты остаёшься без книг.
(16) Часто нам, писателям, приходится ездить.
(17) Иногда это мешает работе, но иногда что-то приобретаешь, запасаешься опытом, однако всякий раз стремишься домой.
(18) Но почему-то при мысли о доме вспоминаешь свою библиотеку, думаешь о том, что ты недавно читал, как это точно звучит в таком-то месте.
(19) И без этого я не представляю свои мысли.
(20) Я деревенский мальчишка, вырос в глухой сибирской деревне, хотя места вокруг у нас были удивительно красивые, живописные.
(21) У нас в школе была библиотека, а в ней не больше тридцати стареньких книжонок.
(22) Истрёпанные были совершенно книжонки, с потёртым от времени страницами.
(23) Их настолько берегли (а учился я в военное время), что ребятам на руки совсем не выдавали.
(24) Я своё пристрастие к книгам начал с воровства.
(25) Теперь уже не стыдно в этом признаться, потому что это воровство не было окончательным воровством.
(26) Мы с моим товарищем летом вынимали стекло в окне, забирались в школу, открывали шкаф, брали книги, читали, а потом возвращали на место.
(27) И я настолько пристрастился к чтению, что однажды дед, постригая меня, заметил в моей голове седой волос.
(28) У двенадцатилетнего мальчишки какой мог быть седой волос?
(29) Непонятно совершенно.
(30) Я думаю, что с головы деда он на мою голову упал, пока дед меня постригал, но в семье была поднята тревога, что всё зло от книг.
(31) Читал я всё подряд.
(32) Книг было немного, но всякие брошюры, газеты, какие только мне попадались, я от корки до корки, от строчки до строчки прочитывал.
(33) И как-то совершенно не представлял себе без этого жизни.
(34) Не читаемые в своё время книги, словно сироты.
(35) Они вроде бы как и не нужны никому.
(36) Но вообще-то у книги не бывает сиротства.
(37) Человек может быть сиротой, и мы часто, даже имея родителей, родных, чувствуем себя сиротами.
(38) Наступают такие мгновения, меня они тоже часто посещают, когда кажется, что всё напрасно, что усилия никаких результатов не дают.
(39) Вот мы, например, спасаем Байкал, спасаем сибирские леса, реки, а результатов мало.
(40) Они, конечно, есть, но иногда противоборствующая сила бывает настолько большой, а её противодействие настолько угнетающим, что кажется, что у тебя совершенно ничего не получается.
(41) И чувствуешь себя сиротой.
(42) Вокруг тебя друзья могут быть, товарищи, а ты круглый сирота, настолько неприкаянный, что некуда тебе приклониться.
(43) Некуда пойти, никакие тебе мысли не помогают, не помогают и воспоминания – ни о родителях, ни о детях, ни о своём детстве – ничего не помогает.
(44) Вот тут-то и приходит на помощь классика.
(45) Тогда достаёшь Достоевского, «Дневник писателя» прочитаешь или «Братьев Карамазовых».
(46) А то возьмёшь Толстого, я вот люблю «Детство.
(47) Отрочество.
(48) Юность»; люблю такие вещи, которые когда-то в детстве читал, «Степь» Чехова, например.
(49) Почитал, посмотрел что-нибудь из любимых писателей, и к тебе опять приходят силы, и ты готов идти дальше.
(50) Конечно, книг очень много.
(51) Нам иногда подсовывают не те книги, которые нужно читать.
(52) Неслучайно даже газетная рубрика существует «Компас в книжном море».
(53) А компас чаще всего и указывает на бесплодные книги, и тут нужно самому определиться.
(54) Я ничего плохого не вижу, в общем-то, даже в детективах, и сам их читаю.
(55) Но я знаю, что для этого должно отводиться определённое время.
(56) Бывает, надо убить время в самолёте, например.
(57) Я часто летаю, но никак не могу привыкнуть, что вишу в воздухе, где-то там, за десять километров от земли, мне это всегда неприятно.
(58) В такой ситуации и может пригодиться детектив.
(59) Но всегда надо знать, что ждут тебя и Пушкин, и Лермонтов, и Достоевский, и Лесков, и Толстой, и Чехов, и Бунин...
(60) Я говорил уже о том, что литература помогает нам не быть сиротами ни в оте-честве, ни в истории.
(61) Но самое главное, что делает человека не сиротой, это его душа.
(62) Есть в человеке душа - никогда уже сиротой он не будет.
(63) Сейчас нам в России нужны россияне, которые бы любили свою родину, понимали бы её сегодняшний день, знали бы её историю.
(64) Не хватает нам в России россиян.
(65) Говорить вам о том, что для этого нужно читать Пушкина, Достоевского, Лескова, Бунина, Лермонтова, Фета, Тютчева, бывает иногда безрезультатно.
(66) Чем больше понуканий будет с нашей стороны, тем меньше с вашей стороны будет им веры.
(67) Существует какой-то закон отталкивания, обратный внушению, и в ребёнке он тоже существует, чаще всего и проявляется.
(68) Но слова всё-таки, может быть, западут в ваши сердца и души, ведь мы о своём опыте говорим.
(69) Мы были такими же, как вы...
(70) Мы видим, сколько вокруг нас пустоты человеческой, когда люди занялись не тем ремеслом, не тем делом и делают жизнь не лучше, а хуже.
(71) А человек приходит в жизнь, чтобы сделать её хотя бы немного лучше, чтобы сделать человека более нравственным.
(72) Нам надо просто улучшить жизнь в том смысле, чтобы у нас в магазинах было всё необходимое: и сахар, и молоко, и мясо.
(73) Сейчас наступают такие условия, что мы эту проблему наконец-то решим.
(74) И нужны здесь общие усилия, усилия литературы, и наши, и ваши усилия.
(75) Придётся ведь бороться с собой.
(76) А самая страшная борьба, которая предстоит каждому человеку, это и есть борьба с собой.
(77) Называется она уже давно борьбой добра со злом, вытеснением из себя худших черт и воспитанием в себе черт лучших.
(78) И без литературы здесь никак не обойтись…
(79) Много нас рождается, растёт наше население.
(80) Но растут ли у нас граждане?
(81) Порой посмотришь вокруг и подумаешь: мало у нас граждан, очень мало у нас россиян, мало у нас человеческого в человеке.
(82) Вот об этом бы нам не забыть.
(83) И нам – взрослым, и вам – детям.