(1) Дедушку боялись абсолютно все.
(2) Он был директор завода и партийный чиновник.
(3) Да и просто очень высокий, грузный, большой во всех смыслах человек.
(4) У него был тяжёлый взгляд и низкий страшный голос.
(5) Но самое сильное впечатление всегда производил его стальной характер.
(6) Он не терпел безволия, неподчинения правилам, халтуры и слабости.
(7) Я и правда всегда его боялась.
(8) Бабушка вставала с рассветом и будила меня.
(9) Очень больших усилий стоило мне спросонья не уронить тяжёлую голову себе под ноги, плетясь на кухню.
(10) Там мы пекли булки, готовили завтрак, а бабушка гладила две белые рубашки на день!
(11) Две в день, чтобы и утром, и вечером была свежая отглаженная сорочка!
(12) И от белизны этих рубашек ломило глаза.
(13) А дедушка влетал в кухню и командовал: «Лёля, кофе!»
(14) Бабушка любовно накладывала ему еды, включала радио с новостями и садилась смотреть, как он ест.
—
(15) Ну, не скучайте тут!
(16) Он целовал меня в макушку, обнимал бабушку и уходил.
(17) И дом превращался в мой персональный ад: начиналась уборка, потому что в доме не терпели грязи.
(18) И бесконечные запреты: в этом доме нельзя было ничего!
(19) Например, трогать ковёр на стене.
(20) Ковёр не с оленями, а красный с геометрическим рисунком!
(21) На всю стену.
(22) Бесконечная роскошь.
(23) Вот сейчас, когда все издеваются над традицией вешать ковры на стену, мне смешно.
(24) Да что вы вообще знаете о коврах на стене?
(25) Наш ковёр был особенный: когда я читала книги Фенимора Купера, на этом ковре проступали какие-то индейские письмена; когда я читала Жюля Верна, там были заснеженные вершины Патагонии.
(26) Волшебнейший ковёр!
(27) Трогать было нельзя, только пылесосить и брызгать лавандой от моли.
(28) Но я, конечно же, каждый день тайком рисовала на нём пальцем географические карты и тайные послания.
(29) Мне казалось, что мы самая неправильная семья в мире.
(30) Как можно всю жизнь построить на дисциплине?
(31) Как можно жить по расписанию и чёткому плану работ на неделю?
(32) Как можно не проявлять эмоции на людях?
(33) У этого ещё довоенного поколения вместо нежности один сплошной долг и плановая экономика.
(34) Только потом, через много лет, я поняла, что именно эти бесконечные хозяйственные хлопоты и выражали бабушкину любовь к деду, к семье.
(35) А один раз ночью, когда бабушка с дедом думали, что я давно сплю, я вышла из своей комнаты.
(36) И вот тогда я подслушала, как мой самый строгий в мире дед, который одним взглядом может погрузить весь мир в вечную мерзлоту, ласково тихим-тихим голосом говорит бабушке:
— Лёля, а Лёля, а пошли сегодня на балкон полуношничать.
(37) «Полуношничать»!
(38) Такое слово уютное.
(39) Полуношничать.
(40) Очевидно, мир начал разваливаться в тот момент, когда люди перестали полуношничать.
(41) Они стояли и смотрели на Волгу, на Луну.
(42) Два очень старых человека, уже больные своими смертельными болезнями.
(43) Они прожили вместе тридцать восемь лет, и прожили по тяжёлым армейским законам, но им всё ещё приятно было быть вдвоём.
(44) Просто быть.
(45) Не обмениваться информацией, не строить планов, не высказывать мнений, не говорить о быте.
(46) Такое могут себе позволить только люди, уверенные в том, что в их молчании нет пустоты.
(47) Что их друг для друга достаточно.
(48) Что паузы существуют не для того, чтобы бросать в них всякий мусор.
(49) Потом они начали дурачиться и хихикать как дети.
(50) Как на первом свидании.
(51) Он вставал на одно колено и предлагал ей веник из сушёного лаврового листа, они танцевали, спотыкаясь о банки с огурцами, он изображал соседа по даче, который похож на вертикальную бетономешалку.
(52) Травили анекдоты, обнимались, тихо пели песни, какую-то, наверное, «надежду, наш компас земной».
(53) Это была какая-то волшебная ночь.
…
(54) Они оба очень рано умерли, один за другим.
(55) Мне так и не хватило их, остались только какие-то мелкие обрывки воспоминаний.
(56) И в эти обрывки вместилось совсем немного, только то, что действительно важно, — семья, небезразличие, традиции.
(57) Запах дома, который любят и берегут.
(58) Вечернее лото за чаем.
(59) Чай с душицей и зверобоем.
(60) Домашнее лечо и банка маринованных маслят.
(61) Нераскрытые тайны большого красного ковра.
(62) И осталось вот это балконное воспоминание.
(63) Как сквозь плотно закрытую дверь до меня с трудом, но дошёл этот свет большой любви.
(64) Всё-таки успел.
(65) Да иногда и сейчас в тяжёлые минуты, когда всё перестаёт получаться и опускаются руки, он всё ещё долетает ко мне с того балкона.
(Д. А. Алавидзе)
По Алавидзе Д. А.