(1)На рассвете мы с Лёнькой напились чаю и пошли на мшары искать глухарей. (2)Идти было скучно.
(3)— Ты бы, Лёня, рассказал чего-нибудь повеселей.
(4)— Чего рассказывать? — ответил Лёнька. (5)— Разве про старушек в нашей деревне. (6)Старушки эти — дочери знаменитейшего художника Пожалостина. (7)Академик он был, а вышел из наших пастушат, из сопливых. (8)Его гравюры висят в музеях в Париже, Лондоне и у нас в Рязани. (9)Небось видели?
(10)Я вспомнил прекрасные, чуть пожелтевшие от времени гравюры на стенах своей комнаты в доме у двух хлопотливых старух. (11)Вспомнилось мне и первое, очень странное ощущение от гравюр. (12)То были портреты старомодных людей, и я никак не мог избавиться от их взглядов. (13)Толпа дам и мужчин в наглухо застёгнутых сюртуках, толпа семидесятых годов девятнадцатого столетия, смотрела на меня со стен с глубоким вниманием.
(14)— Приходит как-то в сельсовет кузнец Егор, — продолжил Лёня. (15)— Нечем, говорит, чинить то, что требуется, потому давайте колокола снимать.
(16)Встревает тут Федосья, баба из Пустыни: (17)«У Пожалостиных в доме старухи по медным доскам ходят. (18)Что-то на тех досках нацарапано — не пойму. (19)Эти доски и пригодятся».
(20)Я пришёл к Пожалостиным, сказал, в чём дело, и попросил эти доски показать. (21)Старушка выносит доски, завёрнутые в чистый рушник. (22)Я взглянул и замер. (23)Мать честная, до чего тонкая работа, до чего твёрдо вырезано! (24)Особенно портрет Пугачёва — глядеть долго нельзя: кажется, с ним самим разговариваешь. (25)«Давайте мне доски на хранение, иначе их на гвозди переплавят», — говорю ей.
(26)3аплакала она и говорит: (27)«Что вы! (28)Это народная ценность, я их ни за что не отдам».
(29)В общем, спасли мы эти доски — отправили в Рязань, в музей.
(30)Потом созвали собрание, чтобы меня судить за то, что доски спрятал. (31)Я вышел и говорю: (32)«Не вы, а ваши дети поймут ценность этих гравюр, а труд чужой почитать надо. (33)Человек вышел из пастухов, десятки лет учился на чёрном хлебе и воде, в каждую доску столько труда вложено, бессонных ночей, мучений человеческих, таланта...».
(34)— Таланта! — повторил Лёня громче. (35)— Это понимать надо! (36)Это беречь и ценить надо! (37)Ведь правда?
(По К. Г. Паустовскому)