(1) Я люблю собак потому, что они самые верные друзья человека.
(2) Мне даже трудно жить и работать, если у меня дома нет хорошей собаки.
(3) Я всегда сам их выращивал и воспитывал.
(4) А потом я и сам состарился и подумал, что мне уже поздно заводить себе щенка и самому его воспитывать и обучать тонкой охотничьей науке.
(5) Я попросил своих друзей-охотников присмотреть где-нибудь для меня взрослого, солидного пса, который бы всё понимал и умел себя вести дома и на охоте.
(6) Скоро мне сказали, что есть такая собака в городе Орехово-Зуево, недалеко от Москвы.
(7) Хозяин продавал пса не от нужды, а от обиды: поблизости от Орехова пропали тетерева и куропатки — их пожрали еноты, и охотиться стало не на кого.
(8) Он будто бы обиделся на енотов и продавал сразу и ружьё и собаку.
(9) Долго не раздумывая, я поехал в Орехово-Зуево покупать собаку.
(10) Огромный, похожий на водолаза-ньюфаундленда сеттер понравился мне с первого взгляда.
(11) Звали его так же, как моего последнего собачьего друга, Томкой.
(12) Всю дорогу до Москвы пёс неожиданно тихо сидел на заднем сиденье машины.
(13) Он и в мою квартиру поднялся как будто спокойно.
(14) Кот Агапыч зашипел и заворчал на собаку, как тигр, делая вид, что вот сейчас он не выдержит, бросится и вцепится в собачью морду.
(15) Томка даже не посмотрел на шипящего кота, а Агапыч довольно быстро перестал изображать тигра.
(16) Томка мог в любую секунду проглотить Агапыча, как воробья, вместе с когтями и хвостом — такой он был громадный.
(17) И Агапыч понимал это очень хорошо.
(18) Весь день Томка лежал неподвижно возле стола, рядом с окном, положив морду на низкий подоконник.
(19) В сумерки, когда стало трудно различать лица прохожих на улице, он встал, подошёл ко мне — я в это время сидел на диване, у другого стола, — и вдруг опустил мне на колени свою тяжёлую голову.
(20) Я боялся пошевельнуться.
(21) По лёгкому, чуть заметному покачиванию собачьего тела я понял, что Томка дремлет.
(22) Прошло двадцать минут, полчаса…
(23) Ноги мои затекли, сидеть становилось всё труднее и труднее, наконец я не выдержал.
(24) — Томка, — сказал я жалобно, — проснись.
(25) Пёс только вздохнул во сне.
(26) Я взял его за ошейник и легонько тряхнул.
(27) Томка всхрапнул, доверчиво потянулся ко мне всем телом и только потом открыл глаза.
(28) И вдруг... в собачьих тёмных зрачках мелькнул ужас.
(29) Томка оскалил зубы и зарычал злобно и непримиримо.
(30) Только что ему снился родной дом и старый, любимый хозяин.
(31) А теперь он увидел, что дома нет и хозяина-друга, которого он преданно столько лет любил, тоже нет и, может быть, никогда и не будет…
(32) На третий день нашей совместной жизни я понял, что мне не удастся приручить Томку: он слишком сильно любил своего старого хозяина.
(33) Три дня Томка лежал в углу, у окна, без сна, не притрагиваясь к пище.
(34) Он тосковал и мучился, как человек.
(35) Я тоже мучился.
(36) Я уже успел полюбить Томку за верность.
(37) К концу третьего дня я дал телеграмму в Орехово-Зуево:
(38) «Приезжайте и возьмите собаку обратно.
(39) Она не может привыкнуть ко мне».
(40) Честно говоря, я не думал, что хозяин собаки приедет за ней: так обычно не делают при купле и продаже.
(41) И всё-таки я дал телеграмму.
(42) Хозяин приехал за своей собакой тотчас же, с ночным поездом.
(43) Томка первым услышал его шаги на лестнице.
(44) Он ещё не верил, что это возвращается самый любимый его человек.
(45) Когда я открыл дверь и хозяин вошёл в комнату, Томка не бросился к нему, не стал лаять и прыгать.
(46) Он только завилял хвостом, лёг на бок и закрыл глаза.
(47) Может быть, он опять боялся проснуться.
(48) Потом он повернулся и, как маленький щенок, опрокинулся на спину.
(49) По-собачьему это значило, наверно:
(50) «Видишь, я не могу жить без тебя.
(51) Это хорошо, что ты вернулся».
(52) В эту же ночь Томка уехал со своим другом-хозяином.
(53) Томкин хозяин понял, что друзей не продают, а я — что друзей и не покупают за деньги: дружбу и уважение надо заработать.
По Емельянову Б.