(1) Сегодня я снова лечу в командировку в Сибирь.
(2) Первой вхожу в салон самолёта, беру в руки толстый журнал, чтобы, прочитав пару страниц, спокойно уснуть.
(3) На трапе тем временем происходит что-то не совсем обычное: очередь застопорилась, её что-то сдерживало, стюардесса начала повышать голос, кого-то явно не пропускала. –
(4) Я вам русским языком говорю, покажите ваш посадочный талон!
(5) Что значит был?
(6) Был да сплыл?
(7) Не морочьте мне голову, немедленно спускайтесь, ещё не хватало мне здесь безбилетников.
(8) Доносится тихий голос, что-то пытающийся возразить в ответ.
(9) Стюардесса неумолима, она связки не бережёт, кипятится, поэтому переходит практически на крик: – Вы русский язык не понимаете?
(10) Спускайтесь с трапа, я вам говорю!
(11) Вы, старый человек, лезете тут без билета!
(12) Назло мне что ли?
(13) До чего наглые люди пошли!
(14) Я сейчас пилота позову!..
(15) Бортпроводница – белобрысая, длинноногая крикунья – мгновенно влетела в салон, вся аж раскраснелась и никак не могла успокоиться, взвизгивала, что много «бесстыжих людей развелось».
(16) За ней в салон неуверенным шагом поднялся очень пожилой человек, бедно, но аккуратно одетый.
(17) Старенький шерстяной костюм, кепка, на пиджаке планки от орденов и медалей.
(18) В трясущихся руках он сжимал кошелёк и лепетал: – Да был талон, был…
(19) Ты не ругайся, дочка.
(20) Ты подскажи…
(21) Я уже села в кресло и начала перелистывать журнальные страницы, но тут вскочила со своего места: мне стало просто нехорошо от такой сцены. –
(22) Дедушка, да вы присядьте, снимите пиджак и просмотрите внимательно все карманы.
(23) Но бортпроводница начала толкать старика к выходу, взвизгивая, что зайцев в самолёте не потерпит, а я слёзно просила оставить старика в покое. –
(24) Защитница нашлась, – огрызнулась бортпроводница и ринулась в кабину пилотов.
(25) Старик покрылся крупными каплями пота, руки его не слушались, он трясущимися пальцами пытался доставать что-то то из внутренних карманов старенького пиджачка, то из карманов брюк, но посадочный талон не попадался. –
(26) Вот ведь неприятность, – лепетал старик. –
(27) Ты уж меня, дочка, не защищай…
(28) Ну нет билета, а был ведь, был.
(29) Ой, расслабился я.
(30) На Парад Победы приехал, по Красной площади прошёл, как тогда, в 45-м…
(31) Всех нас собрали.
(32) Письмо мне такое с приглашением прислали, билет наш Совет ветеранов прямо на дом принёс, в день отъезда на привокзальной площади встретили, до поезда проводили, в вагон посадили.
(33) Хотел я, дочка, со старухой ехать, да денег не наскребли.
(34) Поезжай, говорит, один, всё посмотришь, расскажешь потом…
(35) А впечатлений столько!..
(36) Как с ума не сошёл, сам не знаю: столько впечатлений!..
(37) А сегодня с утра словно временное помешательство произошло, ничего не соображаю, всё мысленно в голове прокручиваю: и то не забыть рассказать, и это.
(38) Шутка ли?!
(39) В самом Параде Победы участвовал, по Красной площади прошёл торжественным шагом!
(40) И ты знаешь, главное, что молодым себя почувствовал, настроение просто такое весеннее…
(41) Они ведь, знаешь, врачей пригнали, карет «скорой помощи».
(42) А нам это всё не потребовалось.
(43) Все шли, как по линеечке.
(44) Есть ещё силёнки!
(45) И вот на тебе, под самый конец такая неприятность: не сберёг талона-то…
(46) Из кабины пилотов вышел человек в форме, за ним бежала раскрасневшаяся и какая-то сразу очень неприятная стюардесса. –
(47) Сынок, прости, рейс тут задерживаю.
(48) Ты только не подумай, что я безбилетный, ветеранский Совет мне билет покупал, на параде я был.
(49) Господи, помоги: всей деревней провожали, а я вот подвёл.
(50) Дед трясущимися руками доставал завёрнутый в носовой платок паспорт, слёзы блестели у него на глазах.
(51) Смотреть на это не было никаких сил.
(52) Лётчик старался говорить мягко: – Поймите, дедушка, у нас существуют правила, по которым мы не можем взять на борт безбилетного пассажира…
(53) Из-за спины лётчика выглядывала стюардесса.
(54) Она злорадно улыбалась.
(55) Мы не заметили, как рядом с нами оказалось несколько здоровых сибирских молодцов.
(56) Давно прислушиваясь к разговору, ребята не принимали участия в «потасовке»: видимо, были уверены, что всё обойдётся.
(57) Никто не мог подумать, что дело примет такой оборот.
(58) Сибиряки не выдержали, встали всей командой, а один из них взял старика под руки, усадил удобно в кресло. –
(59) Вот так садись, дедуня, и ни о чем не думай.
(60) Не для того ты нас защищал, чтобы мы тебя сейчас бросили.
(61) Всё будет хорошо, сейчас домой полетим.
(62) Парни поднялись стеной, отгородив фронтовика от летчика и стюардессы. –
(63) Деда в обиду не дадим… таких людей почитать надо, а вы…
(64) Иди в кабину, командир, и заводи двигатель.
(65) Парень говорил спокойно, но в голосе чувствовалась такая сила, сопротивляться которой было просто невозможно.
(66) В самолёте стояла мёртвая тишина, все напряжённо ждали: неужели произойдет сейчас страшная несправедливость?
(67) Но для этого уже не было никаких шансов, потому что парни бы не допустили.
(68) Пилоту это было тоже ясно.
(69) Наверное, он нарушал свой устав, но существуют простые человеческие отношения и человеческая благодарность тем, кому мы обязаны жизнью.
(70) И, думаю, в душе пилот был благодарен сибирякам за то, что они не дали ему войти в конфликт с собственной совестью.
(71) Лётчик ушёл в кабину молча.
(72) Через несколько минут самолёт уже набирал высоту.
(73) Дедушка утирал слёзы, как и я, впрочем.
(74) Мы не говорили о том, что произошло и что заставило нас поволноваться.
(75) Но оба думали об одном и том же: не перевелись на земле русской настоящие люди.
(76) Так и должно быть!
По Рониной Е. Н.