Автор предложенного для анализа текста поднимает проблему истинного прочтения художественного слова в литературе. В чем заключается подлинное понимание музыки слова? Каким является это познание: рациональным или чувственным? Что помогает человеку точнее понимать смысл написанного? Именно на эти вопросы отвечает Е. А. Евтушенко, размышляя над проблемой.
Чтобы раскрыть эту проблему перед читателем, писатель использует яркие примеры из своего жизни. “Однажды мне посчастливилось читать Стравинскому стихотворение...”, — вспоминает автор. Во время прочтения композитор даже зажмурился от удовольствия, воскликнув: “Какая вкусная строчка”. Этот человек поразил Е. А. Евтушенко, действительно, подлинным восприятием художественного слова, которое, кстати, свойственно не каждому профессиональному поэту (предложение 12). Поэтический слух, который, по мнению автора, можно воспитать, является одним из факторов, позволяющих людям замечать именно такие неброские, но замечательные строчки.
Но ещё раньше, в самом детстве писатель мог наблюдать подобное в собственной семье. Его отец сам писал стихи, но ещё он “прекрасно читал на память”, потому что воспринимал каждое предложение стиха при помощи своих чувств, без которых невозможно истинное прочтение художественного слова. Этот навык любящий отец прививал и сыну, объясняя непонятное “не рационально, а именно красотой чтения, подчеркиванием ритмической, образной силы строк”.
Оба примера являются дополнениями друг друга. Они позволяют автору ярко проиллюстрировать особенность настоящего восприятия литературного слова. Читатель должен чаще отмечать строки, далекие от рационального понимания, но которые способны своим ритмом, интонационными переливами, необычностью эпитетов возбудить в нём самые восторженные чувства. И с великим удовольствием он будет читать их вновь и вновь, чтобы снова испытать пережитые эмоции.
Таким образом, писатель приходит к следующему выводу: постигнуть художественное письмо означает получить “не бегло почерпнутую информацию, а наслаждение словом”. Только посредством чувственного познания мы способны приблизиться к истинной трактовке тех слов, которые выходят из-под пера писателя-творца, открывшегося своим чувствам и воле вдохновения. При помощи же логики очень трудно, а порой и невозможно, добраться до смысла литературного слова, каждое из которых создается под влиянием иррациональных эмоций и невидимой внутренней энергии души.
Я полностью согласен с позицией автора, ведь действительно человек всегда будет лишь отдаляться от истины, пытаясь найти логичной объяснение каждому слову и интонации. Читатель может разделить переживания и мысли писателя, только когда сам откроет душу и сердце, не разум, для высоких и искренних чувств. Подтверждением моей точки зрения может послужить пример из литературы. Мартин Иден, герой одноименного романа Джека Лондона, смог достигнуть подлинного восприятия художественного слова писателей и поэтов, которых он читал. Сама же Руфь, представители её круга, по большей части, стремились к рациональному толкованию прозы и поэзии. Они учились в университет, знали многочисленные правила литературного письма, когда Мартин Иден даже не ходил в школу; всё на что он мог положиться были его чувства. Но именно поэтому герою, судившему сердцем и душой, были понятны многие строчки Суинберна, которые образованной Руфь казались туманными, а иногда и предельно грубыми. Героиня не могла добраться до их истинного смысла, потому что не пыталась слушать свои чувства, как это делал Мартин, она искала правду в значении самого написанного, а не в его удивительном скрытом содержании. Этот пример наглядно показывает, что подлинное восприятие художественного слова доступно лишь человеку, использующему свои чувства, чтобы насладиться литературным творением, а не подчеркнуть поверхностную информации из него, полагаясь на разум.
Из всего вышеперечисленного можно сделать следующий вывод: людям важно не забывать, что литература — это область духовной деятельности общества, творения которой создаются при помощи высоких чувств, вдохновения и удивительной игры воображения. Неудивительно, что разуму не всегда дано понять поэзию души, поэтому полное прочтение художественного слова возможно только через призму собственных эмоций и впечатлений.
(3)Событием в жизни Горького было не только то, что происходило в красильне Кашириных, но и каждая прочитанная им книга. (4)Человек, не любящий книгу, несчастен, хотя и не всегда задумывается об этом. (5)Жизнь его может быть наполнена интереснейшими событиями, но он будет лишён не менее важного — сопереживания прочитанному и осмысления его.
(6)Есть люди, которые говорят: «Я читать люблю... только не стихи». (7)Тут кроется неправда: человек, не любящий поэзию, не может по-настоящему любить и прозу, воспитание поэзией — это воспитание вкуса к литературе вообще. (8)Обаяние поэзии более, чем прозы, скрывается не только в мысли и в построении сюжета, но и в самой музыке слова, в интонационных переливах, в метафорах, в тонкости эпитетов. (9)Подлинное прочтение художественного слова (в поэзии и в прозе) подразумевает не бегло почерпнутую информацию, а наслаждение словом, впитывание его всеми нервными клетками, умение чувствовать это слово кожей.
(10)Однажды мне посчастливилось читать композитору Стравинскому стихотворение «Граждане, послушайте меня...». (11)Стравинский слушал, казалось, вполслуха и вдруг на строчке «пальцами растерянно мудря» воскликнул, даже зажмурившись от удовольствия: «Какая вкусная строчка!» (12)Я был поражён, потому что такую неброскую строчку мог отметить далеко не каждый профессиональный поэт. (13)Я не уверен в том, что существует врождённый поэтический слух, но в том, что такой слух можно воспитать, убеждён.
(14)И я хотел бы, пусть запоздало и не всеобъемлюще, выразить свою глубокую благодарность всем людям в моей жизни, которые воспитывали меня в любви к поэзии. (15)Если бы я не стал профессиональным поэтом, то всё равно до конца своих дней оставался бы преданным читателем поэзии. (16)Мой отец, геолог, писал стихи, мне кажется, талантливые. (17)Он любил поэзию и свою любовь к ней передал мне. (18)Прекрасно читал на память и, если я что-то не понимал, объяснял, но не рационально, а именно красотой чтения, подчёркиванием ритмической, образной силы строк, и не только Пушкина и Лермонтова, но и современных поэтов, упиваясь стихом, особенно понравившимся ему.
(19) В 1949 году мне повезло, когда в редакции газеты «Советский спорт» я встретился с журналистом и поэтом Николаем Тарасовым. (20)Он не только напечатал мои первые стихи, но и просиживал со мной долгие часы, терпеливо объясняя, какая строчка хорошая, какая плохая и почему.
(21)Мне удалось познакомиться с творчеством Ахматовой, Цветаевой, Мандельштама. (22)Однако на стихах, которые я в то время создавал, моё расширявшееся «поэтическое образование» совсем не сказывалось. (23)Как читатель я опередил себя, поэта.
(24)Переломный момент в жизни поэта наступает тогда, когда, воспитанный на поэзии других, он уже начинает воспитывать своей поэзией читателей. (25)«Мощное эхо», вернувшись, может силой возвратной волны сбить поэта с ног, если он недостаточно стоек, или так контузить, что он потеряет слух к поэзии и ко времени. (26)Но такое эхо может и воспитать. (27)Таким образом, поэт будет воспитываться возвратной волной собственной поэзии.
(28)Я резко отделяю читателей от почитателей. (29)Читатель при всей любви к поэту добр, но взыскателен. (ЗО)Таких читателей я находил и в своей профессиональной среде, и среди людей самых различных профессий в разных концах страны. (31)Именно они и были всегда тайными соавторами моих стихов.
(32) Я по-прежнему стараюсь воспитывать себя поэзией и теперь часто повторяю строки Тютчева, которого я полюбил в последние годы:
Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовётся, —
И нам сочувствие даётся,
Как нам даётся благодать...
(33) Я чувствую себя счастливым, потому что не был обделён этим сочувствием, но иногда мне грустно, потому что я не знаю, сумею ли за него отблагодарить в полной мере.
(34) Мне часто пишут письма начинающие поэты и спрашивают: «Какими качествами нужно обладать, чтобы сделаться настоящим поэтом?» (35)Я никогда не отвечал на этот, как я считал, наивный вопрос, но сейчас попытаюсь, хотя это, может быть, тоже наивно.
36) Таких качеств, пожалуй, пять.
37 Первое: надо, чтобы у тебя была совесть, но этого мало, чтобы стать поэтом.
38 Второе: надо, чтобы у тебя был ум, но этого мало, чтобы стать поэтом.
39 Третье: надо, чтобы у тебя была смелость, но этого мало, чтобы стать поэтом.
40 Четвёртое: надо любить не только свои стихи, но и чужие, однако и этого мало, чтобы стать поэтом.
41 Пятое: надо хорошо писать стихи, но если у тебя не будет всех предыдущих качеств, этого тоже мало, чтобы стать поэтом, ибо
Поэта вне народа нет,
Как сына нет без отчей тени.
42 Поэзия, по известному выражению, это самосознание народа. (43)«Чтобы понять себя, народ и создаёт своих поэтов».