На протяжении всей истории человечества люди стремились познать окружающий их мир. Главными средствами для этого служили и служат наука и искусство; однако между ними существует большая разница. В чём же состоит отличие науки от искусства? Этот вопрос поднимает в своём тексте В. В. Конецкий.
Рассуждая над данной проблемой, автор приводит множество различий между научной и творческой деятельностями. Во-первых, один конкретный научный факт может быть открыт лишь однажды, в то время как произведений искусства на одну и ту же тему может быть великое множество; тем не менее, «художники не способны повторить друг друга». Во-вторых, научная истина существует вне зависимости от учёного, открывшего её; истина же художественная всегда неразрывно связана с творцом. Наконец, художник «не способен сформулировать вопрос в логических понятиях»; учёный же стремится «поставить вопрос так, чтобы задачу или проблему можно было решить по возможности быстро и полно и при минимальных издержках».
Позиция автора становится ясной после внимательного прочтения текста. В. В. Конецкий убеждён, что наука объективна, а искусство субъективно: оно отражает индивидуальное, авторское видение мира. Основой научного мышления является решение проблем, то есть постановка вопросов и ответ на них. Для гениального художественного шедевра достаточно вопроса.
Трудно не согласиться с мнением автора. Наука отражает объективные законы природы, искусство — отношение человека к окружающему его миру. Учёные путём анализа и рассуждений дают конкретные ответы на большое количество вопросов; художники же лишь задают вопрос, позволяя человеку рассуждать и приходить к собственным выводам.
Многие произведения русской и советской посвящены людям науки и искусства. В частности, в романе Даниила Гранина «Иду на грозу» представлены два взгляда на цель научной деятельности: взгляд Тулина с одной стороны и Крылова — с другой. В то время как Тулин готов идти на компромисс ради успеха, признания, славы, Крылов убеждён, что истина дороже, и учёному достаточно лишь научного результата.
Примером человека, который стремится познать мир через призму творчества, является Мастер из романа М. И. Булгакова «Мастер и Маргарита». В своём романе о Понтии Пилате, труде всей его жизни, Мастер не просто описывает события, произошедшие с прокуратором Иудеи; он стремится понять, что лежало в основе его действий, тем самым отражая своё субъективное видение истории о Понтии Пилате и задавая своему читателю глубокие философские вопросы.
Таким образом, наука и искусство коренным образом отличаются друг от друга. В то же время они служат общей цели: познанию мира и поиску истины в нём.
У художников нет Бюро патентов. Оно не нужно художникам. Художники не способны повторить друг друга даже в тех случаях, когда они ставят перед собой такую задачу. Можно тысячи раз в любых географических пунктах и в любые века открыть силу тяготения или убедиться в том, что Земля — круглая. Невозможно создать вторую Джоконду, как невозможно равноценно заменить самый слабый художественный талант чистым размышлением, ибо мысли повторяются, а художественность индивидуальна, а значит — неповторима.
Ученый не сомневается, что рано или поздно придет другой гений, и найдет его истину, и расскажет о ней людям. Ученый знает, что исчезает только его авторство, а не истина. Когда исчезает картина, исчезает и авторство и художественная истина навсегда.
Основой творческого научного мышления является решение проблем, то есть постановка вопросов и ответ на них.
Для гениального художественного шедевра достаточно вопроса. Например: совместимы ли гений и злодейство?
Если вопрос задан в совершенной художественной форме, он имеет столько ответов, сколько есть людей на планете.
Ответ на вопрос, скрытый в художественном шедевре, ищет все общество, весь мир, все дилетанты, не имеющие никакого отношения к профессии специалистов по психологии творчества.
Художник общается с миром, а ученый — с коллегами.
Художник не способен сформулировать вопрос в логических понятиях. Он задает вопрос «совместимы ли гений и злодейство?» в форме «Моцарта и Сальери», но, пересказанный мною в виде слов-понятий, этот вопрос уже не существует, это я только одну из бесчисленных матрешек вытащил на свет логики. На самом деле вопрос, который задает Пушкин, так же сложен, как вся сложность Мира.
Ученый же так хочет поставить вопрос, чтобы задачу или проблему можно было не только обязательно решить, но и решить по возможности быстро и полно и при минимальных издержках. Если ученый задает вопрос, который не может лечь в русло научно разработанной стратегии ответа, то коллеги не считают этого ученого ученым. Они считают его беспочвенным фантазером и псевдомыслителем.