ЕГЭ по русскому

Проблема отношения к Родине во время войны «В июле 1941 года я ехал на военной грузовой машине из Рыбницы-на-Днестре в Тирасполь. Я сидел в кабине рядом с молчаливым водителем...» 24 балла

📅 23.07.2020
Автор: Raftyaf

Каждый человек ощущает внутреннюю связь со своей Родиной, так как потребность в родном крае сформировалась у нас ещё в детстве. Человек может считать своей Родиной деревню, в которой он вырос, или же свою страну. Все мы по-разному определяем свою Родину, но нас объединяет одно — то, как мы относимся к к ней. Так, в своем тексте К. Г. Паустовский поднимает проблему отношения к Родине во время войны. Докажем сказанное примерами из текста.

В нем К. Г. Паустовский хочет сказать нам, что человек очень привязан к своему родному месту. Мы можем заметить это, прочитав диалог водителя и рассказчика, представленный в данном тексте. Они, лежа под пулями врагов, вспоминают свои родные леса. Водитель говорит, что если он останется жив, то будет проситься в лесники. А главный герой представляет, как пойдёт в поход в свои любимые родные места. Мы видим, что и водитель, и герой, мечтая о будущем, говорят, что если выживут, то вернутся именно к себе на Родину. Это говорит о том, что, где бы человек ни был, ему всегда будет хотеться домой. Таким образом, можно сделать вывод о том, что человек испытывает сильную привязанность к своей Родине.

Далее автор старается донести до нас мысль о том, что на войне человек испытывает особенные чувства к своей Родине. Чувство любви к родной природе усиливается. Человек начинает ещё больше ценить свои любимые места. Мы можем заметить это, прочитав отрывок из текста, где рассказчик повествует о том, как он нетерпеливо ждёт ночи, чтобы вновь ”...вернуться мыслью к этим местам и пройти по ним медленно и спокойно…”. Вспоминая свой родной дом, герой чувствует, как его сердце замирает от мыслей о нём. Главный герой рассказывает, что никогда не вспоминал любимые места с такой остротой, как на войне. Ощущение любви к Родине двигало главным героем. Но именно это чувство помогало ему жить каждый день, не теряя веры в лучшее будущее своей страны. Таким образом, можно сказать, что война противопоставляется мирной жизни и человек понимает, как сильно ему не хватает своей Родины.

Оба примера дополняют друг друга, что позволяет нам лучше проанализировать проблему, поставленную автором.

Автор хочет сказать, что любовь к Родине способна помочь человеку даже в самое тяжёлое время. Добрые воспоминания о родных любимых местах помогают солдатам погрузиться в мирное время жизни и набраться сил, чтобы защитить свою родную землю от захватчиков .

Я полностью согласна с автором и убеждена в том, что, чувствуя в душе любовь к своему родному дому, человек способен пережить страшное время войны. Для подтверждения своей мысли обращусь к истории России во время Великой Отечественной войны. Именно преданность и любовь к своей родной стране помогли русским солдатам одержать победу над фашистами. Глубокое чувство верности родному краю двигало нашими войсками. И если бы не патриотизм, не было бы победы над немецким фашизмом.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что любовь к Родине — это одно из самых сильных чувств, которое может испытывать человек.

Исходный текст
В июле 1941 года я ехал на военной грузовой машине из Рыбницы-на-Днестре в Тирасполь. Я сидел в кабине рядом с молчаливым водителем. Бурая пыль, раскаленная солнцем, взрывалась клубами под колесами машины. Все вокруг - хаты, подсолнухи, акации и сухая трава - было покрыто этой шершавой пылью.

Солнце дымилось в обесцвеченном небе. Вода в алюминиевой фляге была горячая и пахла резиной. За Днестром гремела канонада.

В кузове ехали несколько молодых лейтенантов. Иногда они начинали стучать кулаками по крыше кабины и кричали: "Воздух!" Водитель останавливал машину, мы выскакивали, отбегали подальше от дороги и ложились. Тотчас со злорадным воем на дорогу пикировали черные немецкие "мессеры".

Иногда они замечали нас и били из пулеметов. Но, к счастью, никто не пострадал. Пули подымали смерчи пыли. "Мессеры" исчезали, и оставался только жар во всем теле от раскаленной земли, гул в голове и жажда.

После одного из таких налетов водитель неожиданно спросил меня:
- Вы о чем думаете, когда лежите под пулями? Вспоминаете? - Вспоминаю, - ответил я.
- И я вспоминаю, - сказал помолчав водитель. - Леса наши вспоминаю костромские. Останусь жив, вернусь на родину - буду проситься в лесники. Возьму с собой жену - она у меня спокойная, красивая - и девочку, и будем жить в сторожке. Поверите ли, как подумаю об этом, так с сердцем делаются перебои. А водителям это не положено.
- Я тоже, - ответил я. - Вспоминаю свои леса.
- А ваши хороши? - спросил водитель.
- Хороши.

Водитель натянул пилотку на лоб и дал газ. Больше мы не разговаривали. Пожалуй, никогда я не вспоминал с такой остротой любимые места, как на войне. Я ловил себя на том, что нетерпеливо жду ночи, когда где-нибудь в сухой степной балке, лежа в кузове грузовой машины и укрывшись шинелью, можно вернуться мыслью к этим местам и пройти по ним медленно и спокойно, вдыхая сосновый воздух. Я говорил себе: "Сегодня я пойду на Черное озеро, а завтра, если буду жив, на берега Пры или на Требутино". И у меня замирало сердце от предчувствия этих воображаемых походов.

Вот так однажды я лежал под шинелью и представлял в мельчайших подробностях путь на Черное озеро. Мне казалось, что не может быть в жизни большего счастья, чем опять увидеть эти места и пройти по ним, забыв обо всех заботах и невзгодах, слушая, как легко стучит в груди сердце. В этих своих мечтах в кузове машины я всегда выходил из деревенского дома ранним утром и шел по песчаной улице мимо старых изб. На подоконниках в жестянках от консервов цвел огненный бальзамин. Его в тамошних местах зовут "Ваня мокрый". Должно быть, потому, что толстый ствол бальзамина просвечивает против солнца зеленым соком и в этом соке иногда даже видны пузырьки воздуха.
Около колодца, где весь день гремят ведрами босоногие болтливые девочки в ситцевых выгоревших платьях, надо свернуть в проулок, или, по-местному, в "прожог". В этом проулке, в крайней избе, живет известный на всю округу красавец петух. Он часто стоит на одной ноге на самом солнцепеке и пылает своим оперением, как груда рдеющих углей.

За петухом избы кончаются, и тянется, заворачивая плавной дугой в дальние леса, игрушечное полотно узкоколейки. Удивительно, что по откосам этого полотна растут совсем не те цветы, что вокруг. Нигде нет таких зарослей цикория, как около горячих от солнца узеньких рельсов.

За полотном узкоколейки непроходимым частоколом стоит молодой сосняк. Непроходимым он кажется только издали. Сквозь него всегда можно продраться, но, конечно, маленькие сосенки исколют вас иглами и оставят на пальцах липучие пятна смолы.

Между сосенок на песчаной земле растет высокая сухая трава. Середина каждой травинки седая, а края темно-зеленые. Эта трава режет руки.