9 мая вся страна праздновала Великую Победу советского народа над фашистской Германией. Многие люди смотрели хроники той кровопролитной войны, перечитывали письма дедов и прадедов с фронта и рассказывали молодому поколению о подвигах славных солдат. Жестокая бойня унесла жизни миллионов людей, но оправдала ли цель? Именно этим вопросом задается Григорий Бакланов, автор предложенного для анализа текста.
Писатель ставит перед нами проблему жестокости войны.
Григорий Бакланов повествует о беспощадности военного времени. Санитар, стоявший на перроне, наблюдал, как метались люди с вещами да с детишками, из последних сил искали место в вагоне. И самого героя затронула бесчеловечная война: он потерял ногу, и теперь вместо нее была деревяшка. Как можно было объяснить жестокость войны? Ведь не приставишь уже оторванную ногу. Так, автор пытается донести, что военное время никого не обходит стороной. Каждого оно заставляет страдать, мучиться и видеть, как в момент погибают близкие люди.
“Какая надобность не для кого-то, а для самой жизни в том, чтобы... люди валялись по всему полю, порезанные пулемётами, размётанные взрывами...?” — Третьяков размышлял о том, что могло оправдать войну. И герой пришёл к следующему: “Но ведь не для того живёт человек на свете, чтобы удобрить собою землю". Таким образом, война уносит самое дорогое — миллионы человеческих жизней, и её жестокость никакими благими целями и намерениями нельзя оправдать.
Оба приведенных примера помогают нам осознать, насколько тяжёлым был для людей период военных действий.
Авторская позиция заключается в следующем: ничто не может оправдать кровопролитную и беспощадную войну, которая унесла миллионы жизней и разрушила миллионы судеб людей. Поэтому каждый человек обязан предотвращать это зло и искать другие пути.
Нельзя не согласиться с автором. Война отнимает все самое родное у человека, но только сильные духом люди способны противостоять ее жестокости и не сломаться. Таким был герой произведения М. Шолохова “Судьба человека”. Соколов, пройдя лагеря смерти, испытав боль и отчаяние, когда увидел пустырь на месте родного дома, не сдался и продолжил бороться. Его сердце не окаменело даже после страшных испытаний, и герой нашел в себе силы на то, чтобы усыновить сироту Ванюшу.
В заключение хочу сказать о том, что никогда нельзя забывать уроки страшной войны. Каждое поколение обязано чтить память павших в военных действиях и стремится избегать конфликтов, которые могут привести к смерти миллионов людей.
(1)Весь в пару, надвинулся к перрону поезд. (2)Обындевелые крыши вагонов, натёки льда с крыш, белые слепые окна. (3)И словно это поезд нанёс с собой ветер: помело с крыши вокзала, закружило. (4)В снежном вихре, в пару отчаянно метались люди от дверей к дверям, из последних сил бежали вдоль состава. (5)Каждый раз вот так бегают с вещами, с детишками, а везде всё закрыто, ни в один вагон не пускают. (6)Санитар, стоявший рядом, тоже смотрел. – (7)Вот бы Гитлера сюда этого! (8)Сам-то он в тепле сидит. (9)А народу такие мучения принимать... (10)Да с детишками... (11)И зябко ёжился, будто уже совсем замёрз. (12)Глупым показался Третьякову этот разговор. (13)Срывая на санитаре зло, потому что ему тоже было жаль метавшихся по морозу баб, которых гнали от поезда, сказал: – Что ж, по-твоему, захотел какой-то Гитлер – и война началась? (14)Захотел – кончилась? (15)И сам от своего командирского голоса распрямился под халатом. (16)Санитар враз поскучнел, безликим сделался. – (17)Не я ж захотел, – бормотал он себе под нос, переходя к другому окну. – (18)Или мне моя нога лишней оказалась? (19)Третьяков посмотрел ему вслед, на один его сапог и на деревяшку. (20)Что ему объяснишь? (21)Не приставишь оторванную ногу и не объяснишь. (22)А самое главное, что и себе не всё объяснишь. (23)В школе со слов учителей он знал, как и почему возникают войны, и успешно отвечал на отметку. (24)И их неизбежность при определённых условиях тоже была объяснима и проста. (25)Но тому, что он повидал за эти годы, не было лёгких объяснений. (26)Ведь сколько раз бывало уже: кончались войны, и те самые народы, которые только что истребляли друг друга с такой яростью, как будто вместе им нет жизни на земле, эти самые народы жили потом мирно и ненависти никакой не чувствовали друг к другу. (27)Так что же, способа нет иного прийти к этому, как только убив миллионы людей? (28)Какая надобность не для кого-то, а для самой жизни в том, чтобы люди, батальонами, полками, ротами погруженные в эшелоны, спешили, мчались, терпя в дороге голод и многие лишения, шли скорым пешим маршем, а потом эти же люди валялись по всему полю, порезанные пулемётами, размётанные взрывами, и даже ни убрать их нельзя, ни похоронить? (29)Трава родится и с неизбежностью отмирает, и на удобренной ею земле гуще растёт трава. (30)Но ведь не для того живёт человек на свете, чтобы удобрить собою землю. (31)И какая надобность жизни в том, чтобы столько искалеченных людей мучилось по госпиталям? (32)Ещё до войны прочёл он поразившую его вещь: оказывается, нашествие Чингисхана предварял целый ряд особо благоприятных лет. (33)Шли в срок дожди, небывало росли травы, плодились несметные табуны, и всё вместе это тоже дало силу нашествию. (34)Быть может, разразись над этим краем многолетняя засуха, а не сойдись всё так благоприятно, и не обрушилось бы страшное бедствие на народы в других краях. (35)И история многих народов пошла бы по-другому. (36)На фронте воюет солдат, и ни на что другое не остаётся сил. (37)Но здесь, в госпитале, одна и та же мысль не давала покоя: неужели когда-нибудь окажется, что этой войны могло не быть? (38)Что в силах людей было предотвратить это? (39)И миллионы остались бы живы... (40)Двигать историю по её пути – тут нужны усилия всех, и многое должно сойтись. (41)Но, чтобы скатить колесо истории с его колеи, может быть, не так много и надо, может быть, достаточно камешек подложить?