Продолжая раздумывать о проблеме, автор отмечает, что поступок Ульяны Громовой и её отряда — это подвиг, порождённый любовью к родине, а не действия серых, недостаточно развитых личностей. 
Так же проблему патриотизма затрагивал Лев Николаевич Толстой в своем произведение «Война и мир». Князь Андрей Болконский дал слово, что никогда больше не будет учувствовать в военных сражениях. Позже мы видим, что князь Андрей принимает участие в войне, ведь враг пришел на наши земли. По-моему, действия князя были нечто иным, как проявлением патриотизма, ведь ради спасения родины Болконский переступил через свое слово, а, как я считаю, лишь поистине любящий свою родину человек способен на такое.
К сожалению, в современном обществе, на мой взгляд, в сердцах людей сложно отыскать любовь к родине, но все же есть и те, кто дорожит ей, идет на подвиг ради спасения своей страны. Сейчас настоящий подвиг совершают врачи, которые, несмотря на угрозу, каждый день продолжают бороться за жизни людей, работают днями и ночами ради России, ради каждого из нас и нашей спокойной жизни. Это ли не подвиг? Это ли не истинный патриотизм?
Таким образом, обобщая все вышесказанное, Андрей Николаевич Кузнецов был прав, когда утверждал, что патриотизм — это подвиг, жертва, которую люди готовы принести для спасения своей родины. Оценить подвиги патриотов могут только люди, сами таковыми являющиеся, поэтому с самого раннего детства нужно прививать ребенку любовь к родине, патриотизм, чтобы потом он не считал подвиги героев неразвитостью личности.
(4)Нелепость такого «трезвого размышления» очевидна для любого человека, который хоть раз оказывался под пулями. (5)Я на всю жизнь запомнил свой первый бой. (6)Пыль, поднятая взрывами, закрыла солнце. (7)Земля ходила ходуном, как во время землетрясения, и я, слепой и оглохший, не понимал, где верх, где низ... (8)И что же, в такой момент, когда точно не знаешь,жив ещё или уже убит, кто-то сможет философствовать: раз бежать нельзя, что ж, делать нечего, приму геройскую смерть? (9)Это бред! (10)Страх не может превратить труса в героя! (11)Если бы это было возможно, все армии мира давно стали бы применять такой нехитрый метод воспитания мужества и воинской доблести. (12)Герой как раз тем только и отличается от труса, что как-то умеет преодолеть страх смерти, что, истекая кровью, он почему-то продолжает сражаться с врагом. (13)«Как-то», «почему-то» – я, несмотря на то что почти полтора года провёл на передовой, не сумею объяснить, какие чувства руководят солдатом во время сражения, когда грань между жизнью и смертью становится почти неразличимой.
(14)Но важным мне здесь представляется иное: как современные люди объясняют себе поведение советских людей во время недавней войны. (15)«Фанатики, оболваненные пропагандой», «марионетки, осуждённые на подвиг», «люди, у которых отняли будущее»... (16)Когда я, бывший солдат, слышу подобные заявления, то испытываю не возмущение и обиду. (17)Я же признался, что и сам не могу точно объяснить, почему мы погибали, но не бросали позиций. (18)Мне горько оттого, что я ощущаю своё бессилие: как объяснить современным людям, что человек в своих поступках может руководствоваться чем-то иным, кроме животного страха?! (19)Неужели моему соотечественнику сегодня проще поверить в то, что его деды и прадеды были запуганными рабами бесчеловечного режима, чем в то, что они беззаветно любили свою родину, где жили их матери, жёны и дети, и что ценой своей жизни пытались спасти их от смерти? (20)А если, не дай Бог, на вашу долю выпадет такое же испытание, за что вы ухватитесь, какая вера вам даст силы, какое чувство заставит вас идти вперёд? (21)Неужели вас погонит на верную смерть только тёмный, звериный страх и злобное отчаяние?! (22) Ведь нет же! (23)Вот и нас вели в бой совсем другие чувства.