У каждого гражданина нашей страны есть долг перед Родиной. Он заключается в готовности защищать страну от любых угроз. В данном тексте Валентин Петрович Катаев раскрывает проблему долга перед родиной.
Во время Великой Отечественной войны многие граждане нашей страны жертвовали своими жизнями, чтобы защитить то, что было им дорого. 
Позиция автора такова: людям придавало стойкость чувство патриотизма, долга перед Родиной и любви к ней. Все граждане ждали Победу.
Я согласен с точкой зрения автора. Миллионы людей в разгар войны совершали героические поступки, потому что ими двигало чувство патриотизма и долга перед своим народом.
Твардовский в своей поэме «Василий Тёркин» утверждает мысль о том, что каждый русский человек должен защищать свою Родину, не бояться смерти, а бороться за судьбу Отечества, несмотря на все трудности и несчастья. Главный герой Василий Тёркин никогда не задумывается о том, чтобы где-то спрятаться и не выполнять свой долг перед Отчизной. 
Вторым аргументом, подтверждающим мои слова, может служить художественный фильм Леонида Фёдоровича Быкова «В бой идут одни старики», повествующий о буднях лётчиков — истребителей в годы Великой Отечественной войны. В кинофильме герои добровольно желали вступить в знаменитую вторую эскадрилью. Каждого солдата так сильно тяготило к боям с фашистами, что приходилось даже нарушать приказы старшего по званию, чтобы сбить как можно больше вражеских самолётов. Вот пример тому, что у солдата есть чувство долга перед Родиной, что он готов пойти на опасный риск, лишь бы отстоять интересы своего Отечества.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что каждый человек имеет долг перед своей Родиной, особенно в чрезвычайных ситуациях, как война. Человек не должен бросать свою страну ради спокойной жизни, а защищать её до последней капли крови. Пожалуй, каждому нужно помнить, что Родина только одна и её стоит беречь.
(6) В тот день немецкий истребитель сбросил вымпел с ультиматумом.
(7) Командир отвинтил крышку с алюминиевого цилиндра, вытащил бумагу, свёрнутую трубкой, и прочитал: (8) «Вы окружены со всех сторон. (9) Предлагаю вам капитулировать. (10) Условия капитуляции: весь гарнизон форта без оружия идёт на площадь возле кирхи. (11) Ровно в шесть часов по среднеевропейскому времени на вершине кирхи должен быть выставлен белый флаг. (12) За это я обещаю вам подарить жизнь. (13) В противном случае – смерть. (14) Командир немецкого десанта контр-адмирал фон Эвершарп».
(15) Всю ночь гарнизон форта шил флаг. (16) Незадолго до рассвета флаг размером по крайней мере в шесть простынь был готов. (17) Моряки в последний раз побрились, надели чистые рубахи и один за другим, с автоматами на шее и карманами, набитыми патронами, стали выходить по трапу наверх.
(18) Фон Эвершарп стоял на боевой рубке. (19) Над силуэтом рыбачьего посёлка подымался узкий треугольник кирхи с чёрным прямым крестом, врезанным в пасмурное небо. (20) Большой флаг развевался на шпиле. (21) В утренних сумерках он был совсем тёмный, почти чёрный.
(22) Фон Эвершарп отдал приказ, и флотилия десантных шлюпок и торпедных катеров направилась к острову. (23) Остров вырастал, приближался. (24) Теперь уже простым глазом можно было рассмотреть кучку моряков, стоявших на площади возле кирхи. (25) В этот миг показалось малиновое солнце. (26) Оно повисло между небом и водой, верхним краем уйдя в длинную дымчатую тучу, а нижним касаясь зубчатого моря.
(27) Угрюмый свет озарил остров. (28) Флаг на кирхе стал красным, как раскалённое железо.
(29) – Чёрт возьми, это красиво, – сказал фон Эвершарп, – солнце хорошо подшутило над русскими. (30) Оно выкрасило белый флаг в красный цвет, но сейчас мы опять заставим его побледнеть.
(31) Десантные шлюпки выбросились на берег. (32) Немцы бежали к форту. (33) И вдруг подземный взрыв чудовищной силы потряс остров.
(34) Скалы наползали одна на другую, раскалывались. (35) Их корёжило, поднимало на поверхность из глубины, из недр острова, и с поверхности спихивало в открывшиеся провалы.
(36) –Они взрывают батареи! – крикнул фон Эвершарп. – (37) Они нарушили условия капитуляции! (38) Мерзавцы!
(39) В эту минуту солнце медленно вошло в тучу. (40) Красный свет, мрачно озарявший остров и море, померк. (41) Всё вокруг стало монотонного гранитного цвета. (42) Всё, кроме флага на кирхе. (43) Фон Эвершарп подумал, что он сходит с ума: вопреки всем законам физики, громадный флаг на кирхе продолжал оставаться красным. (44) На сером фоне пейзажа его цвет стал ещё интенсивней. (45) Тогда фон Эвершарп понял всё: флаг никогда не был белым, он всегда был красным. (46) Он не мог быть иным.
(47) Фон Эвершарп забыл, с кем он воюет. (48) Это не был оптический обман. (49) Не солнце обмануло фон Эвершарпа – он обманул сам себя.
(50) Фон Эвершарп отдал новое приказание – эскадрильи бомбардировщиков, штурмовиков, истребителей поднялись в воздух. (51) Торпедные катера, эсминцы и десантные шлюпки со всех сторон ринулись на остров. (52) И посреди этого бушующего ада, окопавшись под контрфорсами кирхи, тридцать советских моряков выставили свои автоматы и пулемёты на все четыре стороны света. (53) Никто из них в этот страшный последний час не думал о жизни. (54) Вопрос о жизни был решён. (55) Они знали, что умрут, но, умирая, они хотели уничтожить как можно больше врагов.
(56) В этом состояла боевая задача, и они выполнили её до конца.
(57) Осыпаемые осколками кирпича и штукатурки, выбитыми разрывными пулями из стен кирхи, с лицами, чёрными от копоти, залитыми потом и кровью, затыкая раны ватой, вырванной из подкладки бушлатов, тридцать советских моряков падали один за другим, продолжая стрелять до последнего вздоха. (58) Над ними развевался громадный красный флаг, сшитый большими матросскими иголками и суровыми матросскими нитками из кусков самой разнообразной красной материи, из всего, что нашлось подходящего в матросских сундучках. (59) Он был сшит из заветных шёлковых платочков, из красных косынок, шерстяных малиновых шарфов, розовых кисетов, из пунцовых одеял, маек. (60) Алый коленкоровый переплёт первого тома «Истории гражданской войны» был также вшит в эту огненную мозаику.
(61) На головокружительной высоте, среди движущихся туч, он развевался, струился, горел, как будто незримый великан-знаменосец стремительно нёс его сквозь дым сражения вперёд, к победе.