Успех боя зачастую зависит от грамотных и продуманных действий того, кто им руководит. Что же нужно знать командиру, что нужно учитывать в ведении боя? Какова его роль в сражении? Над этими вопросами предлагает задуматься Александр Альфредович Бек, поднимая проблему ответственной роли командира в бою.
Рассуждая над данными вопросами, писатель рассказывает о сражении у села Новлянское. Автор подробно останавливается на действиях командира батальона, обращая внимание на то, как в самый главный момент он ощутил, что «взгляды всех» красноармейцев «были устремлены на» него. И тогда автор показывает отчаянное поведение комбата: он «отчётливо сознавая, что совершает безумие, рванулся вперёд, чтобы подать заразительный пример», но не успел — старший политрук Толстунов «с силой схватил его за плечи и вдавил в снег». Данным примером, на мой взгляд, Александр Альфредович хотел донести до читателей мысль о том, что командир — это тот человек, который должен подавать пример солдатам своими действиями, и по большей степени от него будет зависеть дальнейшее поведение всей роты. Однако не всегда риск командира в бою оправдан, поэтому далее Бек говорит о мыслях главного героя, а точнее о том, как тот вспоминает завет Панфилова: «Нельзя воевать грудью пехоты… Береги солдата. Береги действием огнём…». И после этого писатель сообщает о приказе командира: «Я крикнул: — Частый огонь по пулемётчикам! Прижмите их к земле!». Тогда бойцы поняли план, и благодаря грамотным действиям комбата рота смогла ворваться «в село Новлянское». Уже этим примером, я уверен, писатель хотел сказать своим читателям, насколько исход сражения порой зависит от продуманных и ответственных действий командира. Автор хотел показать, что командир должен не только бездумно рисковать собой, но и уметь управлять самим боем, своими солдатами, должен знать много тактик ведения боя, обладать первоклассной смекалкой и пытаться спасти как можно больше бойцов. Оба эти примера противопоставлены друг другу. Они помогают понять читателям, как должен вести себя командир и какова его роль в бою.
Авторская позиция вполне конкретна. Александр Альфредович считает, что роль командира в сражении очень велика. Поведение солдат целиком зависит от продуманных действий и приказов комбата. Позицию автора можно дополнить такой цитатой: «Командиру надобно знать, что в бою каждое его слово, движение, выражение лица улавливается всеми, действует на всех; надобно знать, что управление боем есть не только управление огнём или передвижениями солдат, но и управление психикой».
Я полностью согласен с мнением писателя. Считаю, что успех сражения почти полностью зависит от профессионализма командира, а также от его личных качеств. В качестве подтверждения данной мысли хочется вспомнить великого полководца Жукова, благодаря которому было одержано множество побед. А всё потому, что он обладал неординарным мышлением, был отличным тактиком и стратегом, мог резко изменять ход сражения и всегда думал о сохранении жизни солдат.
В заключение хотелось бы выразить благодарность Александру Альфредовичу. Он помог мне ещё раз понять, как должен вести себя командир в бою и какова его роль.
(5)Бурнашев поднялся, оторвав себя от земли, исполняя приказ – не только мой, но вместе с тем приказ Родины сыну, – Бурнашев прокричал во всё поле:
– За Родину! (6)Вперёд!
(7)И вдруг голос прервался; будто споткнувшись о натянутую под ногами проволоку, Бурнашев с разбегу, с размаху упал. (8)Показалось: он сейчас вскочит, побежит дальше, и все, вынося перед собой штыки, побегут на врага вместе с ними. (9)Но он лежал, раскинув руки, лежал, не поднимаясь. (10)Все смотрели на него, на распластанного в снегу лейтенанта, подкошенного с первых шагов, все чего-то ждали.
(11)Опять прошла напряжённая секунда. (12)Цепь не поднялась.
(13)Снова кто-то вскочил, и в пулемётной трескотне взмыли над полем те же слова, тот же призыв. (14)Голос был неестественно высокий, по узенькой малорослой фигуре все узнали красноармейца Букеева. (15)Однако и он, едва ринувшись вперёд, рухнул.
(16)У меня напружинилось тело, пальцы сгребли снег. (17)Опять истекла секунда. (18)Цепь не поднялась.
(19)Наши товарищи, сорок–пятьдесят красноармейцев, сумевшие выбрать момент для удара в спину врага, приближались к немцам с другой стороны, которые и там уже открыли пальбу, а мы лежали, по-прежнему пришитые к земле, лежали, обрекая на погибель горстку братьев-смельчаков.
(20)Каждый из нас, как и я, напружинился, каждый стремился рвануться, вскочить, и никто не вскакивал.
(21)Да что же это? (22)Неужели мы так и пролежим, так и окажемся трусами, предателями братьев? (23)Неужели не найдётся никого, кто в третий раз стремительно двинулся бы вперёд, увлекая роту?
(24)И я вдруг ощутил, что взгляды всех устремлены на меня, ощутил, что ко мне, к старшему командиру, к комбату, словно к центральной точке боя, притянуто обострённое внимание: все, чудилось, ждали, что скажет, как поступит комбат. (25)И, отчётливо сознавая, что совершаю безумие, я рванулся вперёд, чтобы подать заразительный пример.
(26)Но меня тотчас с силой схватил за плечи, вдавил в снег старший политрук Толстунов:
– Не дури, не смей, комбат!
(27)Его приятно-грубоватое лицо в один миг переменилось: лицевые мышцы напряглись, окаменели. (28)Он оттолкнулся, чтобы резким движением встать, но теперь я схватил его за руку.
(29)Командиру надобно знать, что в бою каждое его слово, движение, выражение лица улавливается всеми, действует на всех; надобно знать, что управление боем есть не только управление огнём или передвижениями солдат, но и управление психикой. (30)Конечно, не дело комбата водить роту врукопашную. (31)Я вспомнил всё, чему мы обучались, вспомнил завет Панфилова: «Нельзя воевать грудью пехоты... (32)Береги солдата. (33)Береги действием, огнём...»
(34)Я крикнул:
– Частый огонь по пулемётчикам! (35)Прижмите их к земле!
(36)Бойцы поняли. (37)Теперь наши пули засвистали над головами стреляющих немцев.
(38)Ага, немецкие пулемётчики исчезли, пропали за щитками. (39)Ага, кого-то мы там подстрелили. (40)Один пулемёт запнулся, перестало выскакивать длинное острое пламя. (41)Я ловил момент, чтобы скомандовать. (42)Но не успел.
(43)Над цепью разнёсся яростный крик Толстунова:
– За Родину! (44)Ура-а-а!
(45)Мы увидели: Толстунов поднялся вместе с пулемётом и побежал, уперев приклад в грудь, стреляя и крича на бегу. (46)Голос Толстунова пропал в рёве других голосов. (47)Бойцы вскакивали.
(48)С криком они рванулись на врага, они обгоняли Толстунова. (49)Выпустив патроны, Толстунов взялся за горячий ствол пулемёта и поднял над собой тяжёлый приклад, как дубину.
(50)Немцы не приняли нашего вызова на рукопашный бой, не приняли штыкового удара, их боевой порядок смешался, они бежали от нас. (51)Преследуя врага, мы – наша вторая рота и взвод бойцов, начавший нападением с тыла эту славную контратаку, – мы с разных сторон ворвались в село Новлянское.