Это одна из главных проблем, которую поднимает Д. Гусман в предложенном для анализа в тексте. Действительно, обыкновенно дети любопытны и обладают, кажется, запасом неиссякаемой энергии, но в наши дни «взрослые» лишь воспримут исчезновение той искры в глазах, той наивности и непосредственности, что делают детей детьми, как этап развития личности.
Так, автор рассказывает историю о ребенке, которого ей довелось увидеть однажды. Наивность и бесхитростность сквозили в движениях, естественных «для человечка, не так давно появившегося на свет». Он не уставал задавать вопросы обо всем, что его окружало, все рождало в нем живой интерес и жажду познания. Так хотелось герою рассказа Д. Гусман «раскрыть тайну, спящую за внешней стороной предметов и событий», потому глубокими и одновременно простыми становились его вопросы, на которые и должен искать ответы человек, пришедший в этот удивительный мир.
Поражает автора реакция родителей на детскую непосредственность: те лишь отшучивались, ведь им почему-то казалось, что пора бы еще совсем маленькому человеку «повзрослеть», утратив «бесхитростность первых идеалов». Не принято в этом «взрослом» мире говорить о прекрасном и интересном, потому и приходится ребенку с ранних лет привыкать «высказывать лишь то, что другие хотят услышать», расставшись с наивностью и чистотой еще цепкого разума.
Делия Гусман полагает, что именно родители виноваты в утрате детьми умения удивляться простым вещам, доверия к людям, ведь ребенок зачастую сталкивается с непониманием внешнего мира, где неуместно говорить о первых бесхитростных идеалах, любознательности и трепетном интересе к мирозданью, где постыдно искать ответа на простые, но сокровенные вопросы, обращаясь с самой человеческой сути. Заметив «истинного» ребенка с живой искрой интереса в глазах, люди лишь называют его «странным», не похожим на остальных, ведь, по мнению многих, утрата вышеописанных качеств – это шаг вперед в человеческом развитии, необходимый и естественный.
Я абсолютно согласна с мнением автора, потому что именно этот негативный опыт, критическое и будничное восприятие их стремлений заставляют детей замолкать, пряча в самый дальний угол вопросы и мысли, что и приводит к раннему взрослению.
Зачастую «особенным» в современном мире оказывается человек, не утративший «ребяческой» любознательности и врожденного любопытства. Именно люди, в которых миру не удалось «убить» важнейшую жажду познания, на самом деле движут человечество вперед, ведь они умеют искать ответы на непростые вопросы, направляя неустанно «корабль Земли» к новым берегам. Так, герой романа И.А. Гончарова «Обломов» Андрей Штольц с детства питал огромный интерес к новому, неизведанному, который ему смогли привить родители. Герой пытался поделиться этим интересом со всем миром, постоянно находя новые цели и добиваясь своего, ища пути для дальнейшего развития. Таким образом, мы видим, каков человек, который, повзрослев, не лишился детского любопытства, что и позволяло ему духовно обогащаться, открывая себе дорогу в жизнь.
Живые, непоседливые дети доставляют окружающим немало хлопот, а потому сталкиваются зачастую с их непониманием, ведь не привыкли такие люди прятать настоящих себя. Так, Тома Сойера – героя романа Марка Твена «Приключения Тома Сойера», – многие взрослые считают непослушным, невоспитанным из-за его любознательности и непосредственности, красок, которыми мальчишка хочет раскрасить будни. Даже другие дети, уже в своем раннем возрасте повзрослевшие, принявшие законы, устои и правила, закрепленные в обществе, зачастую оказываются неспособны постичь желаний и стремлений Тома. Мы видим, как вдруг оказывается «плохим примером для подражания» озорной, «живой» ребенок, что не желает молчать, скрывая скуку и непонимание, соответствуя удобной окружающим «норме».
Подводя итог, стоит отметить, что ответ на вопрос, поднятый Делией Стейнберг Гусман, очевиден. Действительно, именно родители и общество в целом вынуждают ребенка отказываться от собственных наивных и простых идеалов и мировоззрения, забывать о красоте необыкновенного мира, превращая человека заинтересованного, настоящего, в еще один винтик в «системе взрослой жизни».
(9)Вопросы, которые он задавал, были простыми и одновременно глубокими именно благодаря своей простоте. (10)Он хотел знать всё о небе, о звёздах, о границах Вселенной. (11)Он хотел знать, почему насекомые летают и почему у человека нет крыльев. (12)Он хотел знать, отчего люди плачут и почему ему иногда хочется смеяться и кричать... (13)Но родители ответили ему лишь улыбкой и шутками. «(14)И в кого только пошёл этот малыш? (15)Он ни в чём не похож на нас... (16)И мне даже стыдно за его вопросы, такое впечатление, что он совсем ничего не понимает... (17)Почему ты не такой, как остальные твои товарищи? (18)Почему ты не играешь с друзьями? (19)Сынок, что ещё я могу рассказать тебе про луну, если не знаю больше того, что уже рассказал?»
(20)Прежде сияющий и счастливый взгляд ребёнка сделался хмурым, как осенние небеса, на него легла тень, которая лучше тысячи словарей могла бы рассказать, что такое грусть. (21)И мне кажется, что именно в этот миг он утратил свою доверчивость и непосредственность и, сам того не желая и не понимая, раньше времени повзрослел. (22)Он усвоил жестокий жизненный урок: надо молчать, сталкиваясь с непониманием, прятать в глубине души свои сокровенные мечты, не говорить о прекрасном, а высказывать лишь то, что другие хотят услышать.
(23)И если сначала я увидела ребёнка, то теперь передо мной был взрослый человек, на чьих плечах лежал груз пережитого, груз боли и грусти. (24)Почему мы обрекаем на гибель красоту и невинность? (25)Где тот ребёнок, который когда-то жил в нас и чей голос до сих пор должен был бы звучать в нашем сердце, пробуждая неисчерпаемое любопытство и потребность в любви? (26)Неужели мы больше не способны воспринимать доброе и чистое? (27)Неужели наше взросление обязательно связано с потерей детского умения удивляться?
(28)Печальным оказался тот день, когда я увидела этого ребёнка.
(29) Теперь я неустанно буду всматриваться в лица окружающих в поисках другого такого же взгляда, который поведает мне о бесхитростности первых идеалов, ещё не загрязнённых разгулом современного ритма жизни.
(30) Я буду искать юные, пытливые и нежные глаза; глаза, в которых отражается тоска по небу и вечным вопросам, что находят ответ лишь в глубине человеческой души, спящей сегодня в ожидании лучших времён.