Война... Сколько боли и тяжелых воспоминаний несет в себе это короткое, но страшное слово. Во время Великой Отечественной войны солдаты сражались за Родину под командованием людей, находящихся выше их по званию. Что помогало им управлять ротами, побеждать на поле битвы и при этом не допускать большого количества человеческих жертв? Они понимали что нужно побеждать в бою, не жертвуя лишний раз жизнью солдат. Именно проблему разумного героизма поднимает Александр Альфредович Бек в своём тексте.
Автор рассказывает читателю о сложной ситуации, сложившейся с ротой, которая воевала под селом Новлянским. Комбат думает о том, что не атакуя противника, он предает товарищей, находящихся в окопах, но считает, что движение вперед погубит его и всю батарею, подчиняющуюся его приказам. Но в душе комбат понимает что нужно что-то делать в этой непростой ситуации, и принимает решение рвануться вперед и подать всем заразительный пример. Ему очень непросто привести в исполнение это действие, отключить разум и броситься в атаку, потому что он, анализируя свои решения, боится подвергнуть солдат излишней опасности. Оба примера, дополняя друг друга наталкивают читателя на мысль о том, что в любой ситуации человек должен поступать разумно, не руководствуясь своими чувствами и эмоциями, потому что находясь под впечатлением человек может совершить необдуманные поступки, повлекшие за собой в дальнейшем неприятные последствия и невинные жертвы.
А. А. Бек считает, что "нельзя воевать грудью пехоты... Береги солдата. Береги действием, огнём...". Эти слова отражают мысль о разумном героизме, когда главной задачею командира является победить врага и не погубить себя.
Я полностью согласна с мнением автора, потому что, проявляя героизм, нужно понимать, что победа над врагом с большим количеством потерь в рядах солдат несет в себе много горя и слез родственникам и близким погибших, что омрачает действия и решения, принимаемые солдатами для победы в кровопролитном сражении с врагом. Так и в рассказе Михаила Александровича Шолохова "Судьба человека" главный герой проявляет разумный героизм в своих поступках. Он вез снаряды под обстрелами противников, потому что нельзя иначе, свои находятся в опасности, а его промедление будет стоить чьих-то жизней. Андрей Соколов, попав в плен, не предает никого из знакомых солдат, потому что это может прервать течение жизни кого-то из этих людей. Своими поступками главный герой рассказа показывает читателю то, что нужно проявлять героизм в той или иной ситуации, но не забывать и о голосе разума, для того чтобы не совершить непоправимых ошибок.
Подводя итоги всему выше сказанному, можно сделать вывод о том, что героизм и разум должны быть всегда взаимосвязаны друг с другом. При сотрудничестве этих качеств человека совершаются великие подвиги, которые можно вписать в историю человечества.
(5)Бурнашев поднялся, оторвав себя от земли, исполняя приказ – не только мой, но вместе с тем приказ Родины сыну, – Бурнашев прокричал во всё поле:
– За Родину! (6)Вперёд!
(7)И вдруг голос прервался; будто споткнувшись о натянутую под ногами проволоку, Бурнашев с разбегу, с размаху упал. (8)Показалось: он сейчас вскочит, побежит дальше, и все, вынося перед собой штыки, побегут на врага вместе с ними. (9)Но он лежал, раскинув руки, лежал, не поднимаясь. (10)Все смотрели на него, на распластанного в снегу лейтенанта, подкошенного с первых шагов, все чего-то ждали.
(11)Опять прошла напряжённая секунда. (12)Цепь не поднялась.
(13)Снова кто-то вскочил, и в пулемётной трескотне взмыли над полем те же слова, тот же призыв. (14)Голос был неестественно высокий, по узенькой малорослой фигуре все узнали красноармейца Букеева. (15)Однако и он, едва ринувшись вперёд, рухнул.
(16)У меня напружинилось тело, пальцы сгребли снег. (17)Опять истекла секунда. (18)Цепь не поднялась.
(19)Наши товарищи, сорок–пятьдесят красноармейцев, сумевшие выбрать момент для удара в спину врага, приближались к немцам с другой стороны, которые и там уже открыли пальбу, а мы лежали, по-прежнему пришитые к земле, лежали, обрекая на погибель горстку братьев-смельчаков.
(20)Каждый из нас, как и я, напружинился, каждый стремился рвануться, вскочить, и никто не вскакивал.
(21)Да что же это? (22)Неужели мы так и пролежим, так и окажемся трусами, предателями братьев? (23)Неужели не найдётся никого, кто в третий раз стремительно двинулся бы вперёд, увлекая роту?
(24)И я вдруг ощутил, что взгляды всех устремлены на меня, ощутил, что ко мне, к старшему командиру, к комбату, словно к центральной точке боя, притянуто обострённое внимание: все, чудилось, ждали, что скажет, как поступит комбат. (25)И, отчётливо сознавая, что совершаю безумие, я рванулся вперёд, чтобы подать заразительный пример.
(26)Но меня тотчас с силой схватил за плечи, вдавил в снег старший политрук Толстунов:
– Не дури, не смей, комбат!
(27)Его приятно-грубоватое лицо в один миг переменилось: лицевые мышцы напряглись, окаменели. (28)Он оттолкнулся, чтобы резким движением встать, но теперь я схватил его за руку.
(29)Командиру надобно знать, что в бою каждое его слово, движение, выражение лица улавливается всеми, действует на всех; надобно знать, что управление боем есть не только управление огнём или передвижениями солдат, но и управление психикой. (30)Конечно, не дело комбата водить роту врукопашную. (31)Я вспомнил всё, чему мы обучались, вспомнил завет Панфилова: «Нельзя воевать грудью пехоты... (32)Береги солдата. (33)Береги действием, огнём...»
(34)Я крикнул:
– Частый огонь по пулемётчикам! (35)Прижмите их к земле!
(36)Бойцы поняли. (37)Теперь наши пули засвистали над головами стреляющих немцев.
(38)Ага, немецкие пулемётчики исчезли, пропали за щитками. (39)Ага, кого-то мы там подстрелили. (40)Один пулемёт запнулся, перестало выскакивать длинное острое пламя. (41)Я ловил момент, чтобы скомандовать. (42)Но не успел.
(43)Над цепью разнёсся яростный крик Толстунова:
– За Родину! (44)Ура-а-а!
(45)Мы увидели: Толстунов поднялся вместе с пулемётом и побежал, уперев приклад в грудь, стреляя и крича на бегу. (46)Голос Толстунова пропал в рёве других голосов. (47)Бойцы вскакивали.
(48)С криком они рванулись на врага, они обгоняли Толстунова. (49)Выпустив патроны, Толстунов взялся за горячий ствол пулемёта и поднял над собой тяжёлый приклад, как дубину.
(50)Немцы не приняли нашего вызова на рукопашный бой, не приняли штыкового удара, их боевой порядок смешался, они бежали от нас. (51)Преследуя врага, мы – наша вторая рота и взвод бойцов, начавший нападением с тыла эту славную контратаку, – мы с разных сторон ворвались в село Новлянское.