В чём проявлялся истинный героизм в годы войны? Вот вопрос, над которым заставляет задуматься
В. А. Каверин.
Чтобы ярче раскрыть данную проблему, автор повествует историю о том, как в военное время двум лучшим разведчикам, Корневу и Тумику, была поручена очень важная задача — уничтожить вражескую батарею, пожертвовав собственными жизнями. «Тумик первый сказал, что согласен. Корнеев тоже согласился, и решено было высадиться на берег в девять часов утра», — пишет автор, чтобы показать, как разведчики, не раздумывая, быстро решились на такой отважный подвиг, так как они были готовы погибнуть ради спасения своей Родины.
Продолжая развивать сюжетную линию, В. А. Каверин не может не обратить внимание читателей на воспоминания главных героев о своих домах, семьях и близких перед началом операции. Пробраться к батарее было достаточно только одному разведчику, и поэтому Тумик и Корнев стали тянуть спички. Они договорились, что вернётся тот, кто вытащит целую спичку. Тумик решил схитрить, так как знал, что у Корнева были жена и маленький ребёнок. «И Тумик взял в обе руки две целые спички и сказал шёпотом: — Ну, Корнев, тащи». Этот пример показывает настоящий героизм Тумика, который, не задумываясь, пожертвовал собой и сохранил жизнь своему товарищу, выполняя свой воинский долг.
Оба примера связаны между собой, второй дополняет первый, подчёркивая готовность разведчиков совершать отважные поступки в военное время.
Рассуждая над данной проблемой, В. А. Каверин приходит к выводу: героизм — это одно из самых важных человеческих качеств в годы войны, которое было присуще исключительно смелым и сильным духом людям. Оно проявлялось в готовности не только защищать свою Родину, не смотря ни на что, но и жертвовать собственной жизнью ради спасения других людей.
Трудно не согласиться с автором. Действительно, в военное время героизм занимал особое место в жизни каждого смелого солдата, который во что бы то ни стало был готов совершать подвиги, рисковать своей жизнью, чтобы защитить свою семью и Родину, одержать победу над врагом. В русской литературе существует много примеров, показывающих героизм человека в годы войны. Нельзя не вспомнить великое произведение Васильева «А зори здесь тихие», в котором пять девушек зенитчиц смело сражались в лесу с немцами. Они были готовы пожертвовать собственные жизни, чтобы одержать победу над врагом.
Таким образом, героизм — это очень важное качество, обладатели которого совершали невероятные подвиги в годы войны ради защиты своего Отечества.
Накануне вечером комиссар вызвал Корнева и Тумика в свою каюту и заговорил об этой батарее, дальнобойной, которая обстреливала передний край и глубину и которая всем давно надоела. Мы несём от неё немалые потери, — сказал он, — и, кроме того, она мешает одной задуманной операции. Нужно эту батарею уничтожить. Потом он спросил, что они думают о самопожертвовании, потому что-иначе её нельзя уничтожить. Он спросил не сразу, а начал с подвига двадцати восьми панфиловцев, которые отдали за Отчизну свои молодые жизни. Теперь этот вопрос стоит перед ними — Корневым и Тумиком — как лучшими разведчиками, награждёнными орденами и медалями. Тумик первый сказал, что согласен. Корнев тоже согласился, и решено было высадиться на берег в девять часов утра. По ночам немцы пускали ракеты, хотя стоял декабрь и днём было так же темно, как и ночью. Времени вдруг оказалось много, и можно было полежать и подумать, тем более что это, наверно, уже в последний раз, а больше, пожалуй, не придётся. Тумик воевал уже полтора года и дважды был ранен. Он участвовал в захвате знаменитой сопки «Колпак», когда восемьдесят моряков семь часов держались против двух батальонов, и боезапас кончился, и моряки стали отбиваться камнями. Как вчера, он видел перед собой маленький дом, крыльцо с провалившейся ступенькой и отца в саду — коротко стриженного, седого, с худым носом и ещё такого стройного, ловкого, когда он быстро шёл навстречу гостям, опираясь на трость, в своей кубанке набекрень и со своими тремя орденами. Когда началась война, он прислал Тумику письмо: «Воюй и за себя, и за меня». Тут Тумик вспомнил всю свою жизнь, самое главное, самое интересное в жизни. Отец — это был родной дом, детство и школа, девушка Шура — это была любовь, а Миша Рубин — друг, который всегда говорил, что, может быть, и есть на свете любовь, но верно то, что на свете есть настоящая дружба навеки. Они были с ним всю войну — отец, та девушка и Миша — и были теперь, когда он лежал на своей койке под иллюминатором и слышно было, как волна, плеща, набегает на борт. Это была его Отчизна! И вдруг всё стало так ясно для него, что он даже присел на койке, обхватив руками колени. Недаром же я жил на земле, — сказал он себе. Он видел, как при свете огарка Корнев пишет письмо, и ему хотелось сказать Корневу, что нет для них смерти и что для них пришла эта торжественная, последняя ночь, когда замер весь свет и только под лёгким ветром волна, плеща, набегает на борт. Но он ничего не сказал. У Корнева были жена и маленький сын. Он писал им, и кто знает, о чём он думал сейчас, хмуря крупные чёрные брови... Утром они с первого взгляда поняли, что нельзя заложить тол и уйти: батарея работала, и кругом было слишком много народу. Можно было только сделать, как сказал комиссар: подорвать её и самим подорваться. И это было легко: неподалёку от батареи штабелями лежали снаряды. Они стали тянуть жребий, потому что достаточно было подорваться одному, а другой мог вернуться к своим. Они условились: вернётся тот, кто вытащит целую спичку. И Тумик взял в обе руки две целые спички и сказал шёпотом: — Ну, Корнев, тащи. У Корнева были жена и маленький сын... Они обнялись, поцеловались. На прощание Тумик отдал Корневу свою фотографию, где был снят с автоматом, лёжа, прицеливаясь, — ребята говорили, что вышел отлично. И Корнев ушёл. Он был метрах в сорока от батареи, когда раздался взрыв и пламя метнулось до самого неба, осветив пустынный край — снег и тёмные ущелья между скал, диких скал Отчизны...